Тиканье часов - Герберт Осбери

— Я сразу же отправился домой, — сказал МакДоннелл, — как только Ли Синг впустил её.

— Значит, дверь открыл Ли Синг?

— Да, сэр.

— И это было около часа ночи?

— Позже. Я бы сказал, что это было ближе к двум, может даже чуть позже. Она должна была прибыть на поезде в час тридцать, а он ещё и опоздал.

— Значит, Ли Синг не был одурманен наркотиками в тот час?

— Вроде нет. Он подошёл к двери в халате, чтобы впустить нас.

— Отсюда вы сразу отправились домой?

— Да. Я вернулся домой около трёх часов; думаю, примерно в это время.

— Вы ещё выходили из своей квартиры?

— Ну, да. Я не мог заснуть, поэтому встал около шести часов и вышел перекусить, меня не было около часа, а может, и полутора.

— Всё это время вы ели?

— Нет. После этого я немного прогулялся.

— Один?

— Да, сэр.

— Значит, у вас нет доказательств тому, о чём вы говорите?

— Нет, сэр. У меня их нет.

Хелен Уолтон внезапно наклонилась вперёд и сжала руку МакДоннелла.

— Ему не нужны никакие доказательства! — воскликнула она. — Он говорит правду!

— Откуда вы знаете, мисс Уолтон? — спросил инспектор.

— Потому что Гарри не стал бы лгать, — гордо ответила девушка. — Гарри не совершил бы убийство и не стал бы лгать!

Инспектор Конрой покачал головой и улыбнулся.

— Я восхищаюсь вашей верой, мисс Уолтон, — сказал он, — но на свете нет человека, который не солгал бы, если бы счёл это необходимым. Мистер МакДоннелл сейчас пойдёт на что угодно, чтобы избавить вас от неприятностей.

— Это другое, — сказала она. — Это другое.

— Возможно, — сказал инспектор. — Возможно, как раз таки это самое дело!

— Я не лгу, инспектор, — сказал МакДоннелл. — Я слегка перекусил, а потом вышел прогуляться.

— Где вы гуляли?

— По району Вашингтон-сквер и вверх по Пятой авеню примерно до Пятнадцатой улицы.

— Вы не заходили в этот дом?

— Не заходил.

— Как давно вы знаете мисс Уолтон, мистер МакДоннелл?

— Около двух лет. Я познакомился с ней на танцах в «Шеррис» вскоре после окончания колледжа.

— Вы хорошо знали мистера Уолтона?

— Ну… я знал его.

— Он вам не нравился?

— Я не хотел иметь с ним ничего общего.

— Вы с ним ссорились, не так ли?

— Часто, — ответил МакДоннелл. — Мне не понравилось его отношение к мисс Уолтон, и я сказал ему об этом.

— Вы когда-нибудь видели больного молодого человека, о котором упоминали миссис Джонсон и истопник?

— Нет, но, по-моему, я слышал его однажды.

— Как это было?

— Однажды я ждал мисс Уолтон и услышал, как кто-то разговаривает в этой комнате. Это был голос молодого человека, и он говорил так, словно был болен.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, нервный и возбуждённый, такой голос. Я слышал, как он сказал, что не может этого вынести и что ему это необходимо. Затем Уолтон что-то сказал ему, и он, казалось, был удовлетворён; по крайней мере, я не слышал, чтобы он говорил что-то ещё.

— Вы не знаете, что именно он должен был получить?

— Нет.

— Вы когда-нибудь видели здесь маленькие бутылочки с белым веществом?

— Видел одну, — сказал МакДоннелл, поджав губы.

— Когда? — спросил инспектор. — Расскажите об этом.

— У мисс Уолтон однажды была такая, — сказал МакДоннелл. — Она сказала, что её отчим дал ей её от головной боли. Мне это показалось подозрительным, и я взял бутылочку и спросил у аптекаря, что это такое.

— Что там было?

— Героин, — сказал Макдоннелл. — Он дал ей таблетки с героином.

— И что вы сделали?

— Я убедил мисс Уолтон пообещать мне, что она никогда не будет принимать ничего из того, что он ей давал. Вскоре после этого она покинула этот дом. Я посоветовал ей так сделать.

— Она должна быть благодарна вам, — сказал инспектор Конрой. — Вы хороший друг. Простите за личный вопрос, мистер МакДоннелл, но вы помолвлены с мисс Уолтон?

— Ну… э… э… нет, — сказал Макдоннелл, — это… я…

Хелен Уолтон быстро наклонилась вперёд и положила руку ему на плечо.

— Помолвлен, мистер Конрой, — сказала она, нервно улыбаясь. — Просто до сегодняшнего дня он не знал об этом!

Это была самая лучшая новость, которую только мог услышать МакДоннелл, но и самая тревожная вещь, которая когда-либо приходила ему в голову. Казалось, он не знал, что делать; на самом деле, только большой знаток этикета мог бы проинструктировать его, как правильно реагировать на подобное заявление в такое время и в таком месте. Он покраснел и запнулся, но в конце концов широко улыбнулся и погладил девушку по руке.

— Теперь вам никогда не удастся повесить это убийство на меня, инспектор! — воскликнул он.

— Не сомневайтесь, я это сделаю, если это совершили вы! — мрачно сказал инспектор. — Можете поставить на это свою жизнь. Откуда у вас эта царапина на руке?

— Почему… почему? — заикаясь, пробормотал МакДоннелл, внезапно сильно занервничав. — Я… со мной произошёл небольшой несчастный случай!

— Что это был за небольшой несчастный случай?

— Я… я… повредил руку, — начал МакДоннелл, но Хелен Уолтон перебила его.

— Я сделала это, мистер Конрой! — сказала она.

— Что? — изумился инспектор. — Когда?

— Это было по дороге домой с железнодорожного вокзала, — сказала Хелен Уолтон, бросив быстрый взгляд на покрасневшего МакДоннелла. — Я… я была в плохом настроении, и Гарри… ну, он пощекотал меня, чтобы рассмешить. Я