Нулевой день - Рут Уэйр

«За тобой следили?» – на самом деле хотела спросить я, но при детях не стала, еще испугаются.

Хел неопределенно повела рукой.

– Ну, терпимо. Шел за мной один от самого дома, зуб даю, полицейский в штатском, но отстал у школьных ворот. Я забрала девочек и нарочно повела на детскую площадку: подозрительного мужчину там сразу заметят. Мы поэтому задержались, девочки выпросили десять минут на качелях. Слава богу, Китти захотела в туалет.

– Мама, – послышалось из кабинки. – Я покакала. Вытри меня.

– Иду-иду, – вздохнула Хел. – В школе ты сама вытираешься, Китти, так почему сейчас меня просишь? Ты уже большая.

– А я сама вытираюсь, – благовоспитанно заявила Милли из кабинки напротив.

– Держите меня семеро, – пробормотала Хел.

– Слушай, долго здесь оставаться нельзя. Ты все принесла? – спросила я.

– Да, все тут. – Она вытащила пакет из вместительной хозяйственной сумки, где для девочек обычно лежали запасные футболки, перекусы и дневники чтения. – Извини, что не собрала больше. Я подумала: если заявлюсь в школу с чемоданом, точно всех переполошу. Здесь одежда, спальный мешок, осветлитель для волос, телефон с пополненным балансом и двести пятьдесят фунтов. Больше не смогла снять, закончился лимит на выдачу налички.

– Говорю же, не извиняйся!

Я порылась в пакете. К счастью, Хел много удалось запихнуть. Под спальным мешком оказались темно-синяя толстовка и серая шапка бини, я надела их вместо куртки и кепки. Потом аккуратно заправила внутрь красные пряди, надеясь, что усилия спрятать волосы не слишком заметны, и сложила все остальное в рюкзак.

Я зашла в торговый центр в одном виде, а выйду с открытым лицом, но собранными волосами. Я понадеялась, что на записи с камер покажусь другим человеком.

– Наличными платила за телефон? – спросила я, просовывая руки в лямки рюкзака и чуть морщась от боли.

– Да. И за симку тоже. Купила в одном сомнительном магазинчике на главной улице. На ней сто фунтов. Слушай, Джеки… – Хел сжала мои руки и увидела запекшуюся кровь под ногтями. – Подожди, это кровь? Что-то серьезное?

– Нет, пустяки. Царапина. Ты просто супер, Хел!

– Мам, у меня попа грязная, – властно напомнила о себе Китти, как умеют лишь четырехлетки. – Хватит уже болтать!

– Сказала же, иду! – проворчала Хел.

– Иди. – Я обняла ее крепче, ведь мы, возможно, в следующий раз увидимся только… Так, довольно. Не хотелось думать, что случится, если я не смогу все исправить. – Помоги Китти. Люблю тебя, Хел.

– И я тебя, – дрогнувшим голосом ответила сестра.

– Мамочка, я считаю до трех, – услышала я, уже открывая дверь. – Если не подойдешь, я очень-очень рассержусь. Раз, два…

Я вышла в оживленную толпу. Меня окружали сотни людей: покупатели, персонал, охранники. И все же мне никогда не было так одиноко.

Я покинула торговый центр через другую дверь и теперь гадала, что дальше.

А что я могла? Я только задумалась о серьезности своего положения, значимости своего поступка, и, если буду слишком много об этом размышлять, правда грозила меня раздавить. Я ушла из дома. Я в бегах! Немыслимо.

Я вдруг поняла, до чего устала. К тому же оставалось очень мало времени на побег из Лондона. Полиция, скорее всего, собиралась и дальше обыскивать мой район, потом нагрянуть к дому Хел, параллельно надеясь меня выследить: вдруг захочу позвонить друзьям или наведаться в знакомые места. Но рано или поздно полицейские поймут, что я сбежала, и вызовут на подмогу другие отделения.

Нужно уехать из Лондона и отправиться… в неожиданное место. И там уже продумать следующий шаг. Но надо решить – куда податься? В городах все дорого, а еще полно полицейских и камер наблюдения. За городом люди друг друга знают и обязательно приметят незнакомых, особенно одинокую девушку, которая заявилась ни с того ни с сего посреди зимы.

Значит, нужен компромисс.

Для начала поменяю цвет волос.

Без него я обычная девушка двадцати пяти – тридцати пяти лет, среднего роста и телосложения, в неприметной одежде – ничего выдающегося. А с красными волосами меня безошибочно узнают. Камеры мгновенно засекут, а шапку или капюшон не везде наденешь.

Мелькнула мысль найти другой общественный туалет, но на осветление волос требуется время. Нет, лучше в дешевом отеле. Или в хостеле. Там я растворюсь среди временных постояльцев с рюкзаками.

Я достала из кармана одноразовый телефон Хел, сняла наклейку с экрана и набрала: «хостел для туристов, Лондон». За углом как раз такой нашелся, и там позволялось платить наличными. Закинув рюкзак на плечо, я двинулась в путь.

– Музыка после десяти вечера запрещается, – с сильным австралийским акцентом предупредила скучающая администратор. – В наушниках можно. Никакой еды и алкоголя в спальне, для этого есть столовая. В здании запрещено курить. Сработает пожарная сигнализация, и вас выгонят, поэтому просто не надо, хорошо?

– Хорошо. Я не курю.

– Конечно, – отмахнулась девушка. – Не сомневаюсь. Сверху или снизу?

– Простите?

– Кровать верхняя или нижняя?

– Хм… Наверное, нижняя.

Администратор кивнула и положила на стойку пластиковый ключ-карту и ключ от шкафчика.

– Ключ от хостела. – Администратор показала на карту. – А заодно от номера. У вас пятая кровать.

– А этот? – Я подняла ключ от шкафчика.

– От отсека для чемоданов. – Она окинула взглядом мой рюкзак. – Вряд ли понадобится. На одну ночь, говорите?

– Да.

– Двадцать четыре фунта.

Я порылась в кармане и вытащила две купюры. Девушка покачала головой, подвинула ко мне терминал и постучала по нему ногтем.

– Извините, наличными не принимаем.

– Как? Принимаете, на сайте написано!

– Наверное, давно не обновляли. – Девушка пожала плечами. – Карта или по коду?

– Картой расплатиться не могу, – сдержанно ответила я, изо всех сил сохраняя вежливость, как бы ни хотелось плакать. Казалось, сто лет прошло с тех пор, как я в последний раз спала, и еще сто лет с тех пор, как радовалась или отдыхала. Я жила в кошмаре наяву, а эта глупая девчонка отказывалась взять наличные? – Превысила лимит по карте. Могу только наличными.

– Карта или по коду? – повторила администратор. Я молча на нее уставилась, не понимая, что делать. – Извините, – равнодушно добавила девушка. – Может, в Мейда-Вейл берут наличными. – Она протянула руку за ключами.

Я смотрела на них, представляя долгий путь до Мейда-Вейл, цену за такси, которое не могла себе позволить, и полицию – возможно, она уже следовала за Хел до дома. И что, черт побери, мне делать?

– Возьмите, – произнес у меня за спиной низкий голос с американским акцентом. Кто-то через мое плечо приложил телефон к терминалу. Устройство пикнуло. «Оплата принята», – сообщил экран.