Закон парных случаев - Инна Юрьевна Бачинская
Они попрощались и поехали смотреть черный памятник на могиле Алексея Старицкого.
– Ты заметил ее медальон? – спросил Алик.
– Заметил. И что?
– В нем камень, наверное, тот самый, подарок Старицкого. С аукциона.
– «Черная принцесса»? И что?
– А если вор искал медальон?
– Вор не мог искать медальон, – веско произнес Шибаев. – Откуда он здесь? Если даже и был, то за сто лет растворился. О чем ты, Дрючин? Сам говорил: три войны и революция. Учитель истории… как его? Глеб Антоныч? Он прав, искали монеты или золото из раскопок.
– А серебряный портсигар не заметили?
– Не заметили. Если бы заметили, то… сам понимаешь.
– Какие-то воры нетипичные – у твоей англичанки не тронули платиновую брошку, здесь пропустили серебро. Куда мы идем, Ши-бон? Сплошные аматеры кругом.
Шибаев не ответил. А что было отвечать? Алику, как всегда, хотелось болтать.
– Не думаю, что в медальоне бриллиант, – сказал Алик после паузы.
Шибаев промолчал.
– Там какой-то черный камень, вроде агата. Между прочим, агат спасает от сглаза, помнишь, я читал? Хотя… – Он замолчал и задумался.
– Ну? – не выдержал Шибаев.
– Вряд ли агат, нетипично для золота. Уж скорее серебро. Парадный портрет, шикарное платье, прическа… Однозначно, бриллиант! А почему черный? Может, просто тень. Или все-таки агат. Хотя, опять-таки, с другой стороны… – Он снова замолчал. – Возможно, не черный, а лиловый.
– Если портрет парадный, то надо во всем блеске, – сказал Шибаев. – Шик и блеск. Агат – дешевка, значит, бриллиант.
– А почему он черный?
– Ты же сам сказал – тень так упала. На самом деле лиловый.
– Зленко сказал, что он был лиловый. Почему тогда «Черная принцесса», а не лиловая?
– Может, «черная», потому что из Африки, – перебил Шибаев. – Где их вообще добывают? В ЮАР? Помню, книжку читал в детстве, «Копи царя Соломона»…
– В Индии тоже. И в Бразилии. Но славятся африканские, самые знаменитые – компании «Де Бирс». И вообще, у каждого мало-мальски известного камня уникальное название и своя история, отмеченная кровью, предательством, человеческой жадностью и…
– Значит, «Черную принцессу» добыли в Африке и продали на аукционе в начале двадцатого века, – перебил Шибаев. – Старицкий купил бриллиант для жены, а после ее смерти подарил Каролине.
– И убил. Знаешь, сколько проклятых камней убило своих владельцев? Причем часто даже непонятно, отчего наступила смерть. Это вроде проклятия фараонов.
– Дрючин, они и так бы умерли, при чем тут камни? Все люди в конце концов умирают. Ада Борисовна тоже считает, что они живые и у нее с ними мистическая связь. Если, конечно, смерть не насильственная… – прибавил он, подумав.
Алик хотел было спросить, что Шибаев чувствует после удара вазой из вулканического стекла: ну там, ясновидение вдруг прорезалось, интуиция, предчувствия, но взвесил возможные последствия и передумал. Они молча шли к машине.
– Если камень такой дорогой… – начал Шибаев и замолчал.
– Если камень такой дорогой… – повторил Алик. – Матвей Юрьевич сказал, Старицкий заплатил за него миллион рублей золотом. И что?
– А то! Куда же он делся? Если бы Старицкий его продал, об этом бы писали газеты, были бы слухи и сплетни. Матвей Юрьевич знал бы. А он не знает. Старицкий продал городской дом, мебель, антиквариат, картинную галерею… что там еще? Все! А бриллиант, получается, оставил себе? И портрет?
– Не думаю. Я бы на его месте избавился от всякой памяти об измене. Вообще-то такие сделки не афишируются. Он мог продать его тому же купцу… как его? Негоцианту!
– И никто не пронюхал? Даже Матвей Юрьевич?
– Мы не знаем, пронюхал или нет. Старику сто лет, запросто мог забыть. Я читал, что с возрастом из памяти выпадают целые пласты, как будто и не было. Может, и у него так. Надо бы в архив… – Алик осекся. Спросил после паузы: – Капитан не звонил? Нашли убийцу?
– Не звонил.
– Так позвони сам. Ты – лицо заинтересованное. И расскажи про типа с вазой, ему будет приятно.
– Приятно? – опешил Шибаев. – Этот еще почему?
– Ну, что она не сбрендила, а в здравом рассудке.
…Они проехали по грунтовой дороге через березовую рощу, выбрались на луг, тянущийся до леса.
– Вон кладбище, – сказал Алик. – Дальше пешком.
И они пошли к сельскому кладбищу, огороженному от остального мира плетеным тыном. Открыли кривую, жалобно скрипнувшую калитку, вошли. Встали, рассматривая деревянные кресты с навершием «домиком», венки с выгоревшими красными и синими розами и черными лентами с нечитаемыми уже словами. Кладбище отчетливо разделялось на несколько временны́х разновеликих полос: старинное, с едва заметными холмиками без крестов, заросшее высокой травой, кустами ежевики и одичавшими цветами золотого шара и мальв. Здесь бросались в глаза несколько осевших памятников черного камня. Было заметно, что сюда давно не ходят, видимо, некому уже. Следующая полоса – отчетливые могильные холмики с потемневшими и покосившимися деревянными крестами, здесь виднелись венки и букеты пластмассовых цветов разной степени ветхости – видимо, могилы изредка навещали. И последняя полоса – аккуратная, ухоженная, со скамейками и оградками, с пестрыми цветами по периметру, с венками и свежими белыми деревянными крестами с черными прямоугольными табличками. Тут и там виднелись надгробия черного блестящего камня с медальонами-фотографиями. Черно-серые лики смотрели с них отрешенно и строго. Легкий ветерок шуршал бумажными розами и выгоревшей травой, пахло сеном и свежей землей. Здесь не было ни души, и ни звука не доносилось ниоткуда, только свиристела наверху какая-то пичуга.
– Вечный покой, – пробормотал Алик. – Так проходит слава земная. Я тоже не прочь упокоиться здесь. Чувствуется слияние с космосом, возвращение к истокам…
– Еще постриптизим, Дрючин, не торопись, – перебил Шибаев, и магия старого кладбища развеялась. – Нам вон туда!
Темно-серый, почти черный, покрытый желтоватым жестким лишайником гранитный памятник с двойным чугунным крестом, такая же провалившаяся плита с сидящим на ней позеленевшим босым ангелочком с отбитым крылом. Правым. Ангелочек плакал, закрыв лицо ладошками. Нечитаемые от лишайника буквы. Это если не знать, а если знать, то можно разобрать, что покоится здесь Алексей Иванович Старицкий, ниже две даты, еще ниже пожелание мира праху и двойной крест.
– Надо бы цветы, – пробормотал сентиментальный Алик. – Может, он нас видит. Вот тебе и вся философия бытия, Ши-бон. Родился, умер, растворился без следа.
– Почему без следа? А дети?
– О близнецах мы ничего не знаем, сын Иван сменил фамилию, и внучки уже нет. Здесь лежат те, к кому никто не приходит. Смотри на даты, Ши-бон, тут даже середина девятнадцатого века. Я уверен, есть более ранние, но уже ничего не разобрать. Предки Старицкого, это была их земля.
Они
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение Закон парных случаев - Инна Юрьевна Бачинская, относящееся к жанру Детектив. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
