Закон парных случаев - Инна Юрьевна Бачинская
– Есть кто живой? – прокричал Алик. Из глубины дома им ответило громкое эхо. Они переглянулись. Алик шагнул внутрь полутемного холла и снова закричал: – Эй! Люди, где вы?!
Они услышали тяжелые неторопливые шаги, и перед ними появилась крупная женщина в голубом комбинезоне, испачканном краской, и в белой косынке.
– Никого нету, – сказала она. – Каникулы. Вам кого?
– Нам Марию Ивановну Новик, – сказал Алик. – Может, адресок дадите?
– Маню Новик? Эка хватились! Она уже лет десять как померла, царство ей небесное. А вы кто ей будете?
– Журналисты, – сказал Алик. – Думали написать историю Сиднева и помещиков Старицких. В историческом музее сказали, что Мария Ивановна все расскажет. Это ведь их дом?
– Был ихний, теперь школа. Сразу после революции и открыли. Маня по истории учила и на раскопки с детьми ездила. И по людям собирали старые вещи – прялки, глиняные горшки, вышивки, а еще записывали истории и старые песни. Теперь стариков мало осталось, а молодежь не помнит, много новых приехало. Хаты раскупили, дачи понаделали. Кажный выходной – гульня.
– Как вас зовут? – спросил Алик.
– Надя Панич.
– А по отчеству?
– Андреевна. Надя Андреевна.
– Очень приятно, Надя Андреевна. Это Александр Шибаев, моя фамилия Дрючин. А кто сейчас у вас преподает историю?
– Глеб Антоныч, тоже из наших. Ее ученик.
– Тут в школе был когда-то краеведческий кабинет…
– Был и есть. Еще Иван Алексеевич открыл, отец ее, директорствовал у нас лет тридцать. Потом Маня вела, а теперь Глеб Антоныч следит. Он у нас молодой, да ладный, дети к нему тянутся. Мой сын у него учится.
– А можно посмотреть?
Женщина молчала, раздумывая. Наконец сказала нерешительно:
– Ключ-то у меня есть, там стены белить надо, даже не знаю…
– А мы в вашем присутствии, Надя Андреевна. Просто посмотрим, ничего трогать не будем. А это правда, что Мария Ивановна была внучкой помещика Алексея Старицкого?
– Правда! Только фамилия другая. Когда-то люди боялись, что дворяне, вот и меняли. Я, помню, сказала ей: ты бы, Маня, сменила назад фамилию, Старицкие – наши земляки, старинный род, в книжках про них написано. Сейчас уже можно, никто слова не скажет. А она отвечает: разве фамилия главное? Хорошая была женщина, не гордая. Не повезло, всю жизнь одна. А детей любила – не передать! Такое испытание ей выпало, своих бог не дал. Есть ее фотография, Леша сделал, учитель физики.
– Ну так как? Покажете кабинет? – повторил Алик.
– А, ладно! Пошли! – решилась женщина. – Только недолго. Глеб Антоныч наказал следить, к нам воры недавно залезли…
– Воры? В школу?
– Ну! В кабинет, где музей. Все ящики повывернули, старые газеты валялись по всему полу. Это пришлые, наши не полезут, уважают. А чужим не жалко. Чего искали, спрашивается? Глеб Антоныч говорит: может, думали, тут монеты какие старинные или золото из раскопок, а у нас все больше глиняная посуда да черепки всякие и рушники вышитые.
Она отперла дверь кабинета, и они вошли. Это была полутемная комната со стендами, витринами и большим письменным столом у окна, на котором стоял старинный письменный прибор из зеленого мрамора.
– Говорят, это самого Старицкого письменный стол, Мария Ивановна забрала из сельсовета. Дети сами почистили и лаком покрыли. И чернильница, говорят, его. Ему сто лет, даже больше, а все как новенький. Раньше умельцы были, не то, что сейчас – не успел купить, как посыпалось. Вот ведь как бывает: человека нет, а вещь живет. Слава богу, серебряный портсигар не заметили, ему от жены подарок, там и надпись есть. В ящике под бумагами был. Ее Каролина звали. Так и написано: «Любезному супругу Алексею от Каролины на вечную память». Глеб Антоныч теперь от греха подальше убрал в кабинет директора, в сейф.
– Она тоже тут жила?
– Нет, она померла раньше, а Алексей Иванович с сыном сразу сюда уехали. Вроде он ее убил из пистолета, – она понизила голос. – Приревновал. И неудивительно, вон какая краля. – Она кивнула на картину над столом. – И сразу из города сюда, сидел безвылазно. Тут и помер, уже в Гражданскую. Она не наша была, из немецких колонистов. А на вид чисто цыганка! Я вам сейчас свет впущу.
Надя раздернула занавески на окне, и они увидели портрет.
Алик и Шибаев рассматривали Каролину Бергман, женщину, о которой еще пару недель назад не знали ровным счетом ничего – родственницу сентиментального старика Алоиза Мольтке. Они смотрели на Каролину Бергман, а она смотрела на них. Смуглое лицо, черные пронзительные глаза, тонкий нос и прекрасной формы рот. Открытое кремовое платье, высокая шея, вскинутый подбородок. На груди овальный золотой медальон. Она смотрела с портрета чуть улыбаясь, словно говоря: «Что, хороша? Да, да, я прекрасно об этом знаю!» На коленях ее сидел маленький кудрявый песик с красным ошейником.
– А портрета Старицкого нет? – спросил Шибаев.
– Есть в книге по истории Сиднева, наша типография напечатала. Вот!
Она полистала книгу, лежавшую на столе, остановилась на нужной странице. Они наклонились, рассматривая фотографию Старицкого. Солидный уверенный в себе значительный господин в бороде и усах. Столп общества, меценат и заводчик. Убийца. Его ровная прямая дорога жизни вдруг покрылась выбоинами и ухабами. Вдруг. В какой-то момент. В момент встречи с Каролиной. Кто-то играючи бросил кости, и выпал роковой номер…
– А это Иван Алексеевич, его сын.
Алик достал айфон, защелкал, снимая портрет. Простодушная Надя Андреевна не задалась вопросом: а чего это у журналиста не приличная камера, а всего-навсего мобильник?
– А вот наша Мария Ивановна! – Она кивнула на портрет женщины средних лет в строгом черном костюме, с гладко причесанными волосами. Неброские приятные черты, спокойное выражение лица. Она словно говорила: «Я учу детей, работаю в школе, звезд с неба не хватаю, потому что мне не нужны звезды, мне хорошо здесь. Здесь я – дома». Сельская учительница, потомок старинного рода Старицких. Они вглядывались в портрет, пытаясь найти черты бабки Каролины, но в Марии Ивановне не было ничего, что напоминало бы ее. Светловолосая, светлоглазая, круглолицая…
Они вышли из полутемного дома на крыльцо, зажмурились от солнечного света.
– Сто лет назад, – сказал вдруг Алик. – А кажется, будто вчера. Три поколения. Теперь есть что сказать Алоизу. И показать.
– Где похоронен Старицкий? – Шибаев повернулся к Наде.
– Они все здесь лежат, на нашем кладбище. Как выедете со двора, сразу налево через рощу, там и увидите. Черный
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение Закон парных случаев - Инна Юрьевна Бачинская, относящееся к жанру Детектив. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
