Эдгар Уоллес - Тайна желтых нарциссов

— Почему же ты сегодня приехала в Гертфорд?

Она улыбнулась.

— Хотела получить свое признание обратно. Я знала, что Мильбург хранил его в сейфе. Я встретилась с ним после того, как покинула гостиницу. Предварительно он позвонил мне и указал магазин, где можно уйти от слежки, и тогда же сказал мне…

Одетта вдруг замолчала, густо покраснев.

— Он сказал, что я влюблен в тебя, — спокойно закончил Тарлинг.

Она не отрицала.

— Мильбург грозил мне извлечь из этого выгоду для себя и показать тебе мое признание.

— Теперь я понимаю, — произнес Тарлинг, облегченно вздохнув. — Слава Богу, завтра я арестую убийцу Торнтона Лайна!

— Нет, пожалуйста, не делай этого, — попросила она, положив руку на его плечо и печально заглянув в глаза. — Ты ошибаешься. Мистер Мильбург здесь ни при чем.

— Кто же послал телеграмму твоей матери о том, что ты не можешь приехать?

— Это был Мильбург.

— Тебе известно, что он отправил две телеграммы?

— Да. Но я не знаю, кому он отправил вторую.

— Это мы тоже выяснили, потому что оба бланка были отправлены с одного телеграфа.

— Но…

— Любимая, ты больше не должна беспокоиться, хотя в ближайшее время тебе предстоит немало пережить. Наберись сил. Еще немного. Будь мужественной, я с тобой.

В ответ Одетта только нежно улыбнулась.

— Ты вообще самоуверен?

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, не поняв вопроса.

— Ты думаешь, — она покраснела, — что я люблю тебя и выйду за тебя замуж?

— Да, я так думаю, — медленно ответил Тарлинг. — Может, с моей стороны это слишком самонадеянно, но иначе и быть не может.

— Возможно, — сказала девушка и крепко сжала его руку.

— Но сейчас я должен доставить тебя к твоей матери.

Дорога показалась Джеку на редкость короткой, хотя они шли очень медленно. Счастье казалось ему невероятным, как сон.

У Одетты был ключ от ворот, и они вошли в парк.

— Миссис Райдер знает о том, что ты в Гертфорде? — вдруг спросил он.

— Да, я сегодня была у нее, прежде чем отправилась за тобой.

— Она знает?..

У него не хватило духу закончить фразу.

— Нет, — сказала Одетта. — И если бы узнала, то ее сердце не выдержало бы ужасной правды. Она любит Мильбурга. Он всегда очень предупредителен и внимателен к ней, и мама любит его так сильно, что слепо верит всем его небылицам о том, почему посещения им законной супруги должны быть окутаны тайной. Она ни в чем никогда не подозревала его.

Дом был погружен в темноту.

— Мы пройдем через дверь под колоннадой. Этой дорогой всегда приходит мистер Мильбург. Зажги фонарь.

Одетта вставила ключ в замок, но дверь сама легко отворилась.

— Дверь не заперта, — испуганно сказала она. — Но я уверена, что запирала ее.

Тарлинг обследовал замок с помощью фонарика. Язычок замка был заклинен деревянной щепкой.

— Как долго ты находилась в доме? — быстро спросил он.

— Всего лишь пару минут.

— А ты точно заперла дверь за собой, когда входила в дом?

Одетта минутку подумала.

— Может быть, я и забыла, — сказала она. — Понятно, дверь осталась открытой, потому что я вышла из дому не этим путем. Моя мать выпустила меня через парадную дверь.

Тарлинг повел фонариком по вестибюлю и заметил в глубине его лестницу, покрытую толстой дорожкой. У него уже были предположения о случившемся. Кто-то, должно быть, видел, что дверь была просто прикрыта и, войдя в дом, собирался быстро вернуться обратно. А кусочек дерева сунул в замок, чтобы дверь не захлопнулась.

— Что тут могло случиться? — озабоченно спросила она.

— Ничего, — ответил Тарлинг — Наверное, это сделал твой отчим, потому что потерял свой ключ.

— Но ведь он бы мог пройти через парадную дверь, — боязливо сказала она.

— Я пойду вперед, — сказал Джек с беззаботным видом, хотя его самого охватило тревожное предчувствие.

Он осторожно поднялся по лестнице, держа лампу в одной руке, пистолет в другой.

Ступени вели на просторную площадку, огороженную перилами. Здесь было две двери.

— Вот комната моей матери, — сказала Одетта, указывая на ближайшую. Ее вдруг охватил страх, она задрожала.

Тарлинг обнял ее, чтобы успокоить. Он подошел к двери и осторожно нажал на ручку. Но, почувствовав сопротивление, изо всех сил налег на дверь. В конце концов ему удалось приоткрыть ее и заглянуть внутрь.

Окно было наглухо закрыто тяжелой портьерой. На письменном столе горела лампа. Стояла гробовая тишина. Что-то мешало полностью открыть дверь. Он с трудом протиснул в щель голову и заглянул. На полу с кинжалом в сердце лежала миссис Райдер. На ее лице застыла умиротворенная улыбка.

Глава 27

Быстрым взглядом Тарлинг окинул все помещение. Затем повернулся к Одетте, которая хотела войти. Нежно взяв за руку, он увлек ее обратно на площадку.

— Что случилось? — испуганно спросила девушка. — Пусти меня к матери!

Она пыталась высвободиться из его рук, но Джек крепко держал ее.

— Будь мужественной, — требовательно сказал он и, открыв вторую дверь, увлек Одетту за собой в комнату. Они находились в малой спальне, которая чаще всего пустовала. Отсюда вел еще один ход, в противоположном направлении, очевидно, во внутрь дома.

— Куда ведет эта дверь? — спросил он.

Девушка не слышала его.

— Мама! Мама! — в страхе восклицала она. — Что с ней случилось?!

— Куда ведет эта дверь?! — еще раз настойчиво повторил он.

Вместо ответа она вынула из сумочки ключ и протянула ему.

Он отпер замок и попал в длинную галерею, ведущую в широкий вестибюль.

Одетта шла следом за ним. Он снова взял ее за руку, и они вдвоем возвратились в малую спальню.

— Ты должна сохранить спокойствие, теперь все зависит от того, хватит ли у тебя мужества. Где находятся комнаты прислуги?

Она неожиданно вырвалась из его рук и бросилась вон из спальни.

— Ради Бога, Одетта, не ходи туда!

Девушка изо всех сил налегла на дверь и очутилась в комнате матери. Она сразу увидела ужасное зрелище, опустилась на пол рядом с покойной и зарыдала.

Какой-то полуодетый человек, словно обезумевший, бежал на крик девушки. Тарлинг предположил, что это дворецкий.

— Разбудите всю прислугу, — тихо сказал он. — Миссис Райдер убита.

— Убита?! — ужаснулся дворецкий. — Но ведь этого не может быть!

— Помогите мне, быстрее, — настойчиво приказал Тарлинг. — Мисс Райдер упала в обморок.

Они вдвоем унесли Одетту в гостиную и уложили на диван. Джек оставался при ней до тех пор, пока его не сменила служанка.

Потом он вместе с дворецким вернулся в комнату, где лежала убитая, зажег все электролампы и тщательно обследовал помещение. Окно, выходящее в зимний сад, было наглухо закрыто.

Тяжелые шторы, опущенные, вероятно, в тот момент, когда Мильбург доставал сумку, были нетронуты. Судя по тому, что на лице у миссис Райдер застыло спокойное, блаженное выражение, он заключил, что смерть настигла ее внезапно и неожиданно. По всей вероятности, убийца подкрался сзади, когда она стояла рядом с диваном. По-видимому, женщина, желая скоротать время до возвращения дочери, собиралась взять книгу из маленького шкафа, находившегося у дверей. Действительно, на полу нашлась книга, которая, очевидно, выпала из ее рук в тот момент, когда ей нанесли смертельный удар.

Мужчины подняли убитую и положили на диван.

— Теперь сходите в город… или, может быть, у вас здесь есть телефон?

— Да, сэр.

— Очень хорошо.

После того как Тарлинг уведомил местную полицию он велел соединить его со Скотленд-Ярдом и вызвав Уайтсайда.

Поглядев в окно, он увидел, что небо на востоке начинает проясняться, но бледный свет делал темноту в доме еще более зловещей.

Джек стал разглядывать оружие, которым было совершено убийство. Оно напоминало обыкновенный кухонный нож. На рукоятке виднелось несколько выжженных уже полустершихся букв. С трудом он мог разобрать прописное «М», а потом рассмотреть две другие, которые походили на прописное «К» и прописное «А». «М. К. А.»?

Тарлинг попытался расшифровать надпись, но в это время вернулся дворецкий.

— Молодая хозяйка чувствует себя очень плохо, сэр. Я послал за врачом.

— Вы правильно поступили. Пережитое волнение и испуг были чересчур тяжелы для бедной девушки.

Он подошел к телефону и вызвал машину скорой помощи, чтобы отвезти Одетту в одну из лондонских больниц. Затем вновь позвонил в Скотленд-Ярд и просил немедленно прислать Линг-Чу. Следы были еще совершенно свежие, и сыщик рассчитывал на «нюх» китайца.

— Никто не должен заходить в верхние комнаты, — приказал сыщик дворецкому. — Когда прибудут врач и шериф, вы впустите их через парадный вход, а если меня здесь не будет, то ни под каким видом не должны допускать, чтобы кто-нибудь воспользовался черной лестницей, ведущей к колоннаде.