Эдгар Уоллес - Тайна желтых нарциссов

Тарлинг уложил девушку на диван. Потом бросился в спальню за стаканом воды. Этим и воспользовался Мильбург. Он молниеносно схватил листок с признанием Одетты и сунул его в карман.

На маленьком столике стоял письменный прибор и коробочка с писчей бумагой. Прежде чем Тарлинг успел вернуться, он вытащил фирменный бланк гостиницы и бросил его в огонь. Когда сыщик появился в дверях, бумага пылала оранжевым пламенем.

— Что вы сделали?

— Сжег признание мисс Райдер.

— Уверен, что это не в ваших интересах.

Тарлинг сбрызнул лицо девушки водой. Она открыла глаза и задрожала. Джек подошел к камину. Бумага сгорела почти целиком. Остался лишь маленький клочок. Он быстро нагнулся и поднял его. Потом обернулся и заметил, что ящичек с писчей бумагой стоит не на месте.

— Хотите обмануть меня? — сердито спросил он и, заперев дверь, повернулся к управляющему.

— А теперь, Мильбург, давайте-ка мне тот лист, который только что сунули в карман.

— Но вы же видели, что я сжег его, мистер Тарлинг.

— Гнусный лжец! Вы хорошо знаете, что я не выпущу вас отсюда, пока этот документ находится в ваших руках. Вы пытались провести меня и сожгли чистый лист писчей бумаги. Ну, давайте сюда признание.

— Но уверяю вас… — начал Мильбург.

— Давайте сюда документ! — крикнул Тарлинг.

Мильбург, смущенно улыбаясь, достал скомканный листок из кармана.

— Ведь вы только что сказали, что сожгли его, — с иронией произнес Тарлинг. — А теперь своими глазами можете убедиться что он будет сожжен.

Джек еще раз прочитал документ и бросил его в огонь. Бумага мгновенно взялась пламенем. Тарлинг довершил сожжение кочергой, разбросав пепел.

— Так, это дело улажено, — удовлетворенно сказал сыщик.

— Надо полагать, вы знаете, что вы только что сделали, — фыркнул управляющий. — Уничтожили важный документ, свидетельское показание, признание — вы, который должен стоять на страже закона и справедливости…

— Ах, да бросьте паясничать! — коротко приказал Тарлинг. Он отпер дверь и широко распахнул ее.

— Можете идти, Мильбург. Я знаю, где вас найти, если вы понадобитесь полиции.

— Вы еще пожалеете об этом! — возбужденно выкрикнул негодяй.

— Наш разговор еще не окончен, — бросил в ответ сыщик.

— Завтра же утром я отправлюсь в Скотленд-Ярд и донесу на вас! яростно произнес Мильбург, бледный от злости.

— Делайте то, что считаете нужным. Но будьте столь любезны, заодно передайте сердечный привет от меня с просьбой, чтобы вас задержали до моего приезда.

С этими словами он запер дверь.

Одетта села на край дивана и испытующе посмотрела на человека, который признался ей в любви.

— Что ты сделал? — тихо спросила она.

— Уничтожил твое признание. Я твердо убежден в том, что только под давлением ты написала его. Разве не так?

Девушка кивнула.

— А теперь подожди. Я оденусь и доставлю тебя домой.

— Домой? — испуганно спросила она. — Не веди меня к матери! Она никогда не должна узнать об этом.

— Напротив, она должна узнать. Накопилось так много тайн, что этому нужно положить конец.

Одетта встала, подошла к камину и облокотилась о мраморный карниз.

— Я скажу тебе все, что знаю. Может быть, ты и прав. Слишком многое скрывалось от тебя. Ты прежде спрашивал меня, кто такой Мильбург.

При этих словах она обернулась и посмотрела на него.

— Я не буду больше об этом спрашивать, потому что знаю в чем дело.

— Знаешь?

— Мильбург — второй муж твоей матери.

Одетта, широко раскрыв глаза, посмотрела на него.

— Как ты узнал?..

— Я предполагал это, — самоуверенно ответил сыщик. — По желанию Мильбурга, она сохранила фамилию Райдер. Не правда ли?

Девушка кивнула в знак согласия.

— Моя мать встретилась с ним семь лет назад, когда мы жили в Харрогите. Она обладала некоторым состоянием, и Мильбург, по всей вероятности, предположил, что у нее на самом деле большой капитал. Он был с ней очень любезен и рассказал, что владеет большим торговым домом в городе. Моя мать верила ему во всем.

— Ну, теперь я понимаю, — сказал Тарлинг. — Мильбург растратил деньги фирмы, чтобы твоя мать могла жить достойно.

Она отрицательно покачала головой.

— Это верно только отчасти. Моя мать ничего не знает об этих делах. Он купил большой красивый дом в Гертфорде, богато обставил его и еще год тому назад приобрел два автомобиля. Только из-за моих возражений он прекратил это и стал жить проще. Ты не можешь себе представить, сколько я выстрадала в этом году, после того как, наконец, поняла, что счастье моей матери может рухнуть, когда она узнает о его афере.

— Как же ты узнала об этом?

— Вскоре после ее свадьбы я зашла в торговый дом Лайна. Одна из сотрудниц обошлась со мной невежливо. Я бы промолчала, если бы один из старших служащих не был свидетелем инцидента. Он сейчас же уволил эту девушку, и когда я пыталась замолвить о ней доброе слово, настоял на том, чтобы я поговорила с управляющим. Меня привели к нему в кабинет, где я увидела мистера Мильбурга и поняла, что он живет двойной жизнью. Он упрашивал меня молчать, расписывая мне ужасные последствия, которые произошли бы, если бы я рассказала об этом своей матери. Мильбург уверял меня, что может все снова привести в порядок, если я тоже поступлю на фирму. Говорил о крупных суммах, вложенных им в разные спекуляции, от которых ожидал крупной прибыли. Этими деньгами он собирался покрыть свои растраты по службе. Поэтому я поступила кассиром в торговый дом. Но он тут же нарушил свое обещание.

— Я все-таки не понимаю, почему он дал тебе место в конторе?

— Это была важная контрольная должность, и если бы на моем месте был кто-то другой, то его растраты могли легко вскрыться. Он знал, что все документы по расчетам должны прежде всего пройти через мои руки, и ему нужен был человек, информировавший его обо всем. Он никогда не говорил мне этого. Но я скоро поняла истинную причину моего приема в бухгалтерию.

Она рассказала, какие муки совести ей пришлось пережить ради матери.

— С первого же момента я была его сообщницей. Не воровала сама, но молчала. Благодаря этому он совершал различные махинации в книгах. Я так боялась позора для матери, что терпела все. Но наступил предел. Вместо того, чтобы, как обещал мне, покрыть растраты, он начал совершать другие.

Одетта посмотрела на Джека, печально улыбнувшись.

— Я сейчас совершенно не думаю о том, что говорю с сыщиком и что все мои муки не оправдывают меня. Но истина должна, наконец, выйти на свет Божий, какие бы последствия это не повлекло.

Она сделала паузу.

— А вот что случилось в ночь убийства.

Глава 26

Наступила тишина. Тарлинг слышал биение своего сердца.

— Уйдя в тот вечер из фирмы, — продолжала Одетта, — я решила поехать к матери и остаться у нее на два-три дня, пока не поступлю на новую работу. Мистер Мильбург проводил в Гертфорде только конец недели. Для меня было бы совершенно невозможно жить с ним под одной крышей, зная о нем такое.

Я вышла из своей квартиры примерно в половине седьмого вечера, потому что хотела поехать в Гертфорд семичасовым поездом. На станции я купила билет и подняла чемодан, чтобы достать сумочку, как почувствовала, что кто-то коснулся моей руки. Я обернулась и узнала мистера Мильбурга, очень взволнованного и подавленного. Он уговорил меня ехать более поздним поездом и повел в ресторан, где взял отдельный кабинет. Мильбург сказал мне, что получил дурные известия, которыми должен со мной поделиться.

Мы поужинали, и он тем временем рассказал мне, что находится на краю разорения. Мистер Лайн поручил одному сыщику собрать материалы против него, и только желание отомстить мне заставило хозяина отложить свои намерения.

«Только ты одна можешь спасти положение», — сказал мне Мильбург.

«Как же это?» — удивилась я.

«Ты попросту должна взять ответственность за растрату на себя, иначе на твою мать падут тяжкие подозрения».

«Она знает об этом?».

Он утвердительно кивнул головой. Потом только я узнала, что это была ложь и что он, играя на моих чувствах, хотел заставить меня пойти на этот шаг.

Я была потрясена и онемела от ужаса при мысли, что моя бедная мать может быть замешана в таком позорном деле. И когда Мильбург потребовал от меня, чтобы я под его диктовку написала признание в своей вине, сделала это без малейшего возражения и дала уговорить себя первым же поездом покинуть Англию, уехать во Францию и оставаться там столько, сколько понадобится. Это все.

— Почему же ты сегодня приехала в Гертфорд?

Она улыбнулась.

— Хотела получить свое признание обратно. Я знала, что Мильбург хранил его в сейфе. Я встретилась с ним после того, как покинула гостиницу. Предварительно он позвонил мне и указал магазин, где можно уйти от слежки, и тогда же сказал мне…