Смерть негодяя - Мэрион Чесни Гиббонс

разбавлено, – ответил Хэмиш. – И не спрашивай почему, тебя это не касается.

Хотя Хэмиш был совсем не против обсудить с соседями или Присциллой манеру жены лэрда доливать в призовой виски воду, он не собирался портить репутацию благородной дамы перед чужаком.

– Ну, будем, – поднял стакан Андерсон. – Пусть течет по горлу да разольется по груди живым теплом.

– Будем, – невозмутимо ответил Хэмиш.

Он украдкой разглядывал Андерсона. Это был худощавый вертлявый мужчина с сальными светлыми волосами и вечно недовольным, по-лисьему хитрым лицом. Из всех троих – Блэра, Макнаба и Андерсона – Хэмиш считал последнего самым сговорчивым.

– Перед уходом я услышал, что криминалисты забрали из оружейной дробовик «Джон Ригби». Они увезли его в Стратбейн для повторной экспертизы, но и так ясно, что оружие сразу же после убийства почистили. Мог ли убийца подменить патроны, ведь у Бартлетта был «Пердэ», а у него самого «Джон Ригби»?

– «Ригби» двенадцатого калибра, так? – уточнил Хэмиш.

Андерсон кивнул.

– Любые патроны двенадцатого калибра подходят к любому ружью двенадцатого калибра, – продолжал Хэмиш.

– А сколько времени нужно, чтобы почистить ружье?

– Примерно пять минут. Сначала нужно залить немного жидкости для чистки оружия в каждое дуло и прочистить внутренние стенки щеткой из фосфорной бронзы. Затем нужно обернуть щетинки куском ткани – небольшой кусочек фланели подойдет – и снова протолкнуть стержень в каждый ствол. Если все делать по уму, то после нужно проделать то же самое, но с тампоном из овечьей шерсти, смоченной в оружейном масле. Потом почистить экстракторы зубной щеткой, чтобы убрать весь порох на них. Напоследок надо просто протереть промасленной тряпкой все металлические части ружья. Они же ведь проверили на наличие отпечатков инструменты для очистки?

– По словам полковника, все эти штуковины для очистки пропали. Ну и тебя не удивит, конечно, что на оружии не обнаружили никаких отпечатков.

– А одежду всех собравшихся на наличие пятен от масла проверили?

– Ничего не нашли. Даже одежда Помфрета абсолютно чиста, а уж на его охотничьем костюме должно было остаться масло.

– Думаю, наш преступник – стрелок умелый, – предположил Хэмиш.

– Почему же? Много ума не надо, чтобы подойти к человеку да прострелить дыру в груди.

– Ну, – вздохнул констебль, – вот что я думаю. Не верится, что преступник просчитал все: что капитан так удачно будет перелезать через ограду и окажется в идеальном положении для инсценировки самоубийства. Дилетант бы просто зарядил ружье двумя патронами да пошел. А стрелок умелый машинально набил бы карманы запасными. При себе убийца имел достаточно, чтобы поменять свои на патроны капитана – и не только в оружии, но и в карманах Бартлетта тоже. В общем, ясно, как убийца провернул все. Вопрос в другом: зачем? Насколько близко они были знакомы?

– Так они все хорошо его знали, – пояснил его собеседник. – Кажется, большинство сталкивалось с ним на других подобных приемах. Никто четкого ответа не дал. Только мисс Смайт дала вполне конкретные показания. Сказала, что встретилась с ним впервые два года назад, когда они с друзьями были на ежегодном соревновании Горских драгунов по стрельбе из винтовок. И кажется, она единственная, кому он нравился. Джессика Вильерс и Диана Брайс пришли к Блэру вместе, – продолжал Андерсон. – А он отослал Джессику, а Диане сказал остаться. Девушки обменялись какими-то полузаговорщицки-полупредупреждающими взглядами. Диана говорила с Блэром свысока. В нашем обществе, мол, постоянно видишь одних и тех же, хотя, полагаю, такие, как вы, не осведомлены об этом. Когда вызвали Джессику, она сказала то же самое. Блэр просто взорвался, начал запугивать всех. Все тут же замкнулись. Стали говорить, что капитан Бартлетт был грубоват, конечно, однако не так, как некоторые – имея в виду Блэра, разумеется. А Блэр и слуг пытался застращать. В результате даже те из них, что любят посплетничать, притихли и начали строить из себя святую невинность.

– И кого же подозревает инспектор? – спросил Хэмиш, поднявшись, чтобы налить еще виски Андерсону.

– Спасибо. Ну, главный подозреваемый – Джереми Помфрет. Он же поспорил с Бартлеттом.

– Господи, у мистера Помфрета такая куча денег, что пять тысяч фунтов для него – все равно что для меня пять, – заметил Хэмиш.

– Ладно, Шерлок, тогда кого подозреваешь ты?

– У многих есть мотив, – сказал Хэмиш. – Накануне убийства я был на том самом приеме. Вера Форбс-Грант сначала пускала слюни на Бартлетта, а потом вдруг плеснула ему в лицо джином. Джессика и Диана держались вместе и пялились на капитана с такой ненавистью, будто только что узнали о нем что-то жуткое. Диана все трепалась о том, как же просто в наших краях погибнуть от несчастного случая, а когда я представился местным констеблем, тут же замолчала. Думаю, Фредди Форбс-Грант понял, что у его жены была интрижка с Бартлеттом. Да и у сэра Хамфри Трогмортона были причины ненавидеть капитана. Хелмсдейлы тоже его недолюбливали. Генри Уизеринг знал Бартлетта, но насколько хорошо – не знаю. Джереми Помфрет хотел, чтобы следующим утром я побыл судьей во время охоты, но я сказал, что полковник вряд ли на такое согласится. Помфрет не доверял Бартлетту, тот ему явно не нравился.

– Вот чего я никак не возьму в толк, – прервал его Андерсон. – Этот прием устроили, чтобы несколько избранных могли познакомиться со знаменитым драматургом. Однако у большинства собравшихся оказался зуб на Бартлетта, и все, похоже, были с ним знакомы. Странно, что они все оказались на одном приеме.

– Да нет, – ответил Хэмиш. – Диана была права насчет встреч с одними и теми же людьми. Эти землевладельцы и правда только друг к другу в гости и ходят, да и на севере их не так уж и много, поэтому вполне логично, что все время приходится сталкиваться со знакомыми лицами. Я думал, ты в таких делах разбираешься.

– Откуда мне? – ухмыльнулся Андерсон. – В таких кругах нечасто совершают преступления. Единственный раз в компании таких важных особ я был в прошлом году, на рыбалке, и то все они были приезжими. Я человек городской, да и в Стратбейне обычно есть чем заняться: глаз да глаз нужен за этими русскими с флота Восточного блока, да и браконьеров надо кому-то ловить. Жилые районы бедняков у нас большие, почти все население там безработное, вот они и присасываются к бутылке, словно клещи, и сосут пойло неделями напролет.

– А что там с парафиновым тестом на порох? – вдруг спросил Хэмиш.

– А, чтобы узнать, стрелял ли кто-нибудь из ружья недавно? Уже не проводят такие тесты. У всех гостей взяли смывы с рук и увезли в лабораторию. Но убийца почти наверняка был в перчатках.

– То есть