Смерть негодяя - Мэрион Чесни Гиббонс

до такого отдаленного уголка северо-западной Шотландии.

Хэмиш сделал обход, заглянув на чашку чая в несколько домов. Затем он отправился в гостиницу Лохдуба, чтобы скоротать время с управляющим, мистером Джонсоном.

– Что за слухи гуляют? – спросил тот, заводя Хэмиша в полумрак своего кабинета. – Говорят, в замке Томмель произошло убийство.

– Быстро до вас новости доходят.

– Джесси разболтала. Она вообще работает? Постоянно вижу ее здесь, в деревне, строит глазки своему дружку. Говорит, это мафия расправилась с капитаном Бартлеттом. В кинотеатре на днях показывали какой-то американский фильм – «Крестный отец», кажется.

– Нет, это была не мафия, – ухмыльнулся Хэмиш. – Я не имею никакого отношения к этому делу. Им занимается этот скотина Блэр из Стратбейна. Велел мне убраться оттуда.

– Да Блэр тупой как пробка, – решительно ответил мистер Джонсон.

На стойке регистрации зазвонил телефон. Мистер Джонсон схватил трубку и, к радости Хэмиша, вдруг заговорил с пугающе изысканным прононсом.

– Ах да, майор Финлейсон, сэр, – щебетал управляющий, – у нас великолепный выбор вин, и месье Пьер, наш метрдотель, с удовольствием обсудит с вами нашу винную карту. Как себя чувствует мадам? Хорошо-хорошо. Да, отличный день для рыбалки, ха-ха… – Вернувшись в кабинет и закрыв за собой дверь, он сказал: – Недалекий старый пердун. Ненавижу этих винных снобов.

– Что это за месье Пьер такой?

– Да это Джимми Кэткарт из Глазго. Он решил, что это хорошая идея – притвориться французом. Так теперь, представь себе, когда к нам приезжают французы, он говорит, что американец. Ну так что там с убийством?

Хэмиш с надеждой взглянул на стоящую кофемашину. Мистер Джонсон понял намек и сделал ему чашку. Констебль уселся и, попивая свой кофе, начал рассказывать о своих находках.

– Но нельзя же это просто так оставить! – воскликнул мистер Джонсон, когда Хэмиш закончил.

– Это не мое дело. Это дело Блэра.

– Боже правый! Да этот тип дальше своего носа не видит. Неужели ты позволишь убийце разгуливать на свободе? Он ведь может еще кого-то пристрелить.

– Это дело не мое, – упрямо повторил Хэмиш. Он одним глотком допил кофе и оставил чашку на столе. – По правде говоря, мне уже все равно, даже если все это чертово поместье завтра под землю провалится.

Глава седьмая

…Из тех, кому смерть пойдет только на пользу.

Саки[8]

К вечеру туман сгустился. Хэмиш смог разглядеть несколько человек, топчущихся у полицейского участка. Он тихо пробрался к задней двери, чтобы избежать встречи с журналистами.

Густой туман заглушал все звуки. Хэмиш пожарил пару селедок себе на ужин и выдал Таузеру миску «Великолепного пса», нового корма, который достался Хэмишу бесплатно от местного магазина на пробу. Таузер попробовал угощение и нетвердой походкой зашагал по кухне, издавая жалобные звуки, будто его вот-вот вырвет.

– Ну что за цирк, – сказал Хэмиш. – Знаешь ведь, что я взял немного печени, если тебе не понравится новый корм. Ну и сиди, жди, пока приготовится.

До возвращения домой он чувствовал себя спокойно и безмятежно, но стоило ему оказаться у плиты с тяжелой сковородкой (Таузер предпочитал печень средней прожарки), как его накрыла очередная волна грусти. Неужели такое будущее ждет его – болтать вечерами с избалованной дворнягой?

Тут кто-то громко и нетерпеливо застучал в дверь участка. Хэмиш замер. Он подумал, не прислали ли сюда «Дейли рекордер» его родственника, Рори Гранта. «Надо бы позвонить Рори», – подумал Хэмиш. Для парней с Флит-стрит было рановато – если, конечно, Блэр уже не разболтал все новости и кто-то не успел прилететь из Лондона.

Он вывалил печень на сковороду, осторожно, на цыпочках подошел к входной двери и чуть отодвинул кружевную занавеску на окне сбоку от двери. В туманном полумраке он кое-как различил худощавую фигуру детектива Джимми Андерсона, подчиненного Блэра. Проклиная собственное любопытство, Хэмиш открыл дверь.

– Быстрее, заходи, – сказал он. – Я тут прячусь от журналюг.

– У Блэра с ними был разговор короткий, – сообщил Андерсон. – Управление Стратбейна сообщило газетам об убийстве сразу же после заявления Блэра. Наверняка позвонили на Флит-стрит. Шотландские телеканалы здесь, и все газетчики отовсюду, от Дамфриса до Джон-О'Гротса. Можно подумать, будто в Шотландии убийств раньше не было.

– Убили-то богача, – сказал Хэмиш, – это многое меняет. Проходи.

Андерсон последовал за Хэмишем на кухню и молча наблюдал, как констебль переворачивал кусок печени на сковороде.

– Вкусно пахнет, – заметил Андерсон. – Прошу прощения, что прервал ваш ужин.

– Это моей собаке, а не мне, – ответил Хэмиш, покраснев.

– Держу пари, ты и подарки на день рождения ей покупаешь, – усмехнулся Андерсон.

– Не говори ерунды, – раздраженно ответил Хэмиш, со стыдом вспоминая, что в прошлом месяце купил Таузеру новую лежанку на день рождения. – Зачем пришел?

– У тебя выпить не найдется?

– Да ладно, ты же нынче проживаешь в роскошном поместье!

– Я позвонил в колокольчик, чтобы попросить выпить чего-нибудь, – сказал Андерсон, зорким взглядом голубых глаз осматривая кухню на предмет бутылки виски, – а мне ответил этот идиот Дженкинс. «Полицейским запрещено звонить в колокольчик для вызова прислуги» – так он мне сказал. А я ему – мол, буду иметь в виду, а пока что принесите мне чего-нибудь выпить. На что он заявил, что по распоряжению полковника Халбертон-Смайта блюстителям закона, видите ли, запрещено употреблять алкогольные напитки во время службы, а накрывать на стол нам будут в комнате для слуг. Ну, я сказал этому старому пижону, куда ему следует засунуть эту еду для слуг, и, конечно же, он нажаловался полковнику, полковник вызвал Блэра, тот пришел в ужас и велел мне уйти с глаз долой, пока он не успокоит полковника.

– Может, у меня и найдется что-нибудь, – ответил Хэмиш, накладывая в миску Таузера печень. – А может, и нет.

– Я-то подумал, что тебе будет интересно, что нам рассказали гости, – сказал Андерсон, уставившись в потолок.

– Это не мое дело, но ты иди-ка в гостиную, а я поищу что-нибудь.

Хэмиш нечасто проводил время в гостиной. Там даже телевизора не было, только книжные полки вдоль стен да разномастные трофеи, наваленные кучей на каминной полке. Их-то Андерсон и разглядывал.

– Ты, кажется, выиграл тут все, что мог, – проговорил он. – Соревнования по горному бегу, рыбной ловле, стрельба по тарелочкам, даже шахматы! Много заработал?

– За горный бег и рыбалку – да, иногда и за стрельбу, если она проводится на больших играх. Но чаще всего за первое место дают лосося или бутылку виски.

Хэмиш достал стакан и стал наливать виски.

– Хватит-хватит, – остановил его Андерсон. – Мне бы водой еще разбавить.

– Оно уже