Адские колокола - Джилл Джонсон

будет, но вместо нее наткнулся на вас. – Он замолчал, сунул руки в карманы и слегка откинулся назад, разглядывая картину. – Сверхъестественное сходство, не так ли? Не считая этих жутких глаз. Вы знакомы с художником?

Вероятность того, что детектив Чемберс рассказала начальству о моем визите к Паскалю, была весьма высока, и вообще-то она даже могла подать на меня жалобу, так что мне не стоило лгать.

– Мы немного поговорили.

– А вы полны сюрпризов, профессор.

– Но он мог нарисовать меня с фотографии. На самом деле этот портрет очень похож на фото из моего университетского досье.

Инспектор Робертс что-то прогудел себе под нос, но не стал развивать тему. Вместо этого он повернул голову и оглядел галерею.

– Господи боже, никогда не видел столько хипстеров в одном месте. Вы только посмотрите на усы того парня – вылитый боксер столетней давности.

Я проследила за его взглядом, но никаких хипстеров не увидела, потому что, стоит признать честно, я понятия не имела, как они выглядят.

– Что вы скажете об этих картинах? – снова повернулся ко мне инспектор Робертс.

– Уверена, что они отличные, но такой стиль не для меня. Они слишком… тревожные.

– Тревожные, точно. А от этого аккордеона у меня и вовсе мурашки. – Он преувеличенно передернул плечами. – Симпатичная юная леди сообщила мне, что на каждой картине спрятан шприц, но вы, наверное, и так уже об этом знали, раз вы приятели с художником.

Я бросила на него взгляд искоса.

– Я пока еще ни одного не нашла.

– Да ладно? Мне казалось, они хорошо заметны.

– И вы нашли шприц на картине с детьми на пляже?

– Конечно, проще простого – он был в волосах девочки. Но вот на вашем портрете пока не удается. Впрочем… а, вот он.

Он ткнул пальцем, и я увидела шприц, вплетенный в узор листьев монстеры. Его игла почти утыкалась мне в шею.

Инспектор Робертс прикрыл рот рукой, чтобы звук не уходил в сторону, и произнес:

– Интересненькое получается дело.

Глава 8

На следующее утро телефон завибрировал, уведомляя о полученном сообщении. Папоротник просил приехать в его офис. Полицейское управление района Кентиш Таун не значилось в списке моих любимых мест: с ним было связано слишком много дурных воспоминаний. Даже учитывая, что сейчас я выступала консультантом в расследовании, переступая порог этого здания, не могла стряхнуть ощущение, что виновна в каком-то преступлении. Последний раз я была тут почти десять месяцев назад, и с тех пор в обстановке мало что изменилось: в дежурном помещении все так же толпились десятки рассерженных, чего-то требующих посетителей, и все тот же многострадальный дежурный офицер пытался поддерживать порядок. Коридоры все так же отчаянно нуждались в ремонте, а в кабинете инспектора Робертса, когда я переступила порог, по-прежнему воняло так же ужасно, как и в его машине.

Сам инспектор Робертс поглощал обед, который, по моему мнению, решительно не подходил под понятие здоровой пищи. Когда я вошла, он привстал, промычал приветствие, жуя жареную картошку, и жестом предложил мне присаживаться в офисное кресло по другую сторону его рабочего стола. Залив картошку огромным глотком чая из автомата, он утер рот тыльной стороной ладони.

– С вами все в порядке?

– Конечно. А почему не должно быть? – озадачилась я, опускаясь на сиденье.

– Ну, тот шприц на картине, вчера вечером… шприц рядом с вашей шеей.

– А-а-а, – небрежно отмахнулась я. – Было бы о чем беспокоиться.

– Правда?

– Правда.

– Но, Юстасия… вашей жизни угрожают.

Я взглянула на него, не совсем понимая, какого ответа он от меня ждет.

– Зачем вы хотели меня увидеть?

– Я настоятельно советую вам пройти курс обучения самообороне.

– И вы хотели меня увидеть, только чтобы сообщить это?

– Нет, но настоятельно рекомендую принять мой совет.

– Ваш сержант уже сделала мне такое предложение.

Широкие брови инспектора Робертса взлетели.

– Серьезно? Я вообще-то собирался предложить себя в качестве наставника, но раз уж она меня обогнала, то занимайтесь с ней.

Он прокашлялся. Передвинул туда-сюда какие-то бумаги. Похоже, он пребывал в растерянности.

– Так почему вы хотели меня увидеть? – повторила я.

– Чтобы вместе посмотреть записи с камер на улице, где произошло отравление.

Я в нетерпении подалась вперед – неужели они обнаружили там Паскаля?

Инспектор Робертс повернул монитор так, чтобы я видела изображение, нажал кнопку на клавиатуре – и вид южной оконечности Бервик-стрит заполнил экран. Было темно, но довольно много людей проходили мимо камер, сворачивая с Питер-стрит, шли на камеру с северного конца Бервик-стрит или появлялись спиной с Уокер-корт. Я глянула на таймер внизу экрана – 22:19.

– Оживленно там было, – заметила я.

– В Сохо всегда полно народу в это время суток. Так что удивительно, что у нас нет свидетелей.

Видео еще какое-то время показывало идущих в разных направлениях людей, и вдруг инспектор Робертс нажал паузу.

– Почему мы остановились?

Он указал на монитор.

– Потому что вон наша жертва на пороге магазина.

Я открыла рот от изумления – как я могла не заметить?

– Отмотайте назад!

Инспектор Робертс отмотал на место, с которого мы начали, и я наклонилась поближе к монитору. Я ожидала увидеть бредущего по тротуару мужчину, от которого шарахаются прохожие, тыча в него пальцем и ругаясь, но ничего подобного: экран показывал пустой дверной проем, идущих мимо людей – и вдруг наш пострадавший уже сидел у порога.

– Да как такое возможно? – воскликнула я.

Инспектор Робертс нажал на паузу.

– Вот-вот. Конечно, там темно, но несколько фонарей все-таки есть. Мы видим, что публики довольно много – дальше по улице работают несколько баров и пара пабов. Движение оживленное, но мы уверены, что жертвы нет среди пешеходов. Мы просмотрели запись покадрово, но не увидели его в толпе. Вот мы видим дверной проем, где никого нет. Мимо идут люди. Дверной проем. Люди идут. И вдруг, как по волшебству, появляется жертва – но совершенно никакого следа нападавшего.

– И Паскаля вы на записи не увидели?

– Нет.

Я уставилась на экран – в моих воспоминаниях о той ночи было какое-то несоответствие с застывшим кадром. А потом я увидела.

– Но почему витрина магазина цела?

– Зорко подмечено. Ее разбили позже. – Инспектор Робертс промотал запись вперед. – На самом деле вышел форменный фарс, вам понравится, если вы фанат Лорела и Харди. – Он нажал пуск, и я мгновенно увидела, что токсин уже начал хозяйничать в теле жертвы: она извивалась на земле перед входом в магазин, закрывая голову руками, словно в попытке защититься, и судорожно перебирала ногами, то и дело пиная дверь магазина.