Репутация - Сара Шепард

сюда въехали, Грег заказал перепланировку верхнего этажа: стены маленьких комнат были снесены и создано одно общее пространство, где жили обе девочки. В их комнате несколько мягких кресел-мешков, балетный станок, телевизор с гигантским экраном. Нам еще удалось впихнуть туда два встроенных шкафа. Но в розовой кровати у окна Авроры нет. Сердце уходит в пятки.

– Аврора! – зову я, вдруг ослабев. Никакого ответа.

Дрожащей рукой достаю мобильник и с третьей попытки мне все-таки удается набирать ее номер. Гудок, второй…

– Мам? – сонно отвечает Аврора. – Который час?

– Ты где?! – визжу я.

– Я у Эрики, – недоуменно говорит Аврора. – А что? Что-то случилось?

– Мэм!

Это меня окликают снизу. Я смотрю вниз через перила. Это не один из фельдшеров скорой, а коренастый, небольшого роста полицейский. Рыжие волосы коротко острижены, глаза косят. Он часто моргает, как будто выпил слишком много «Рэд Булла».

– Аврора, я перезвоню, – бормочу я. С недоумением смотрю на офицера. И вдруг меня пробивает холодный пот. Надеюсь, от меня не слишком сильно несет выпивкой?

– Вы его жена? – спрашивает полицейский.

Я киваю. Кажется, киваю.

– Можно вас попросить спуститься сюда?

Я киваю, но не трогаюсь с места. Чувствуя себя так, будто меня вдруг опустили в ледяную воду. Не знаю, откуда эта уверенность, но я убеждена, что муж умирает. Возможно, уже мертв.

Я вдруг вспоминаю, как запретила ему сопровождать меня на праздник.

– За что ты меня-то наказываешь? – протестовал Грег. – Ты правда веришь какому-то дурацкому сайту?

– А ты правда веришь, что хакер стал бы тратить время на подделку писем в твоем аккаунте? – рявкнула я. – Просто признай это, Грег! Признай, что ты сделал жуткую, жуткую гадость!

Но он не признавал. И продолжал мотать головой… неправда неправда неправда. Я так обозлилась, что швырнула в него туфлей. На высокой, острой шпильке: я целила прямо ему в голову. «Какого хрена?» – завопил Грег, уворачиваясь от летящей туфли, чтобы та не пробила ему череп.

И это были последние слова, которые он мне сказал. Какого хрена.

Я закрываю лицо руками. Внезапно мне приходит на ум мысль, которая давно вертелась в голове. В сырном отделе, когда я прочла ту самую переписку. И на балу, когда все на меня пялились. А если быть до конца честной, то, возможно, даже и раньше, до того. На Барбадосе, когда Грег отказался идти к семейному психологу и вел себя как сволочь. В Филадельфии, когда мы с Патриком прижимались друг к другу в лифте. Насколько все было бы проще, если бы Грега просто… не стало.

Я думала об этом постоянно. Это стало навязчивой идеей. Наилучший сценарий. И вот, пожалуйста, это происходит по-настоящему. Моя мечта сбылась.

Часть 2

8

Уилла

Пятница, 28 апреля 2017

Когда я выхожу из аэропорта, в Питтсбурге шесть часов утра. Но поскольку я пока еще живу по калифорнийскому времени, то чувствую себя, как какая-то трясущаяся, окосевшая болотная тварь. Откуда-то из темноты, совсем как в аттракционе про дом с привидениями, выруливает «фордик», раздолбанный минивэн с логотипом «Такси Айрон Сити». Водитель, желтокожий парень с выбитым зубом, зажав двумя пальцами «Мальборо», выглядывает на меня из окна. Я пячусь, охваченная внезапным ощущением опасности. – Подвезти? – спрашивает он неожиданно добродушно. Я, Уилла Мэннинг, не могу ехать в машине с курильщиком. Я пью свежевыжатый свекольный сок. Я проверяю наличие парабенов на этикетке шампуня. Залезть в эту машину для меня – все равно, что улечься в ванну с плутонием. Лучше бы мне никогда не выезжать из Лос-Анджелеса.

Вот только этот парень – единственный таксист здесь в этот утренний час. К тому же по какой-то причине приложение «Убер» у меня не работает. Вздохнув, я забираюсь на заднее сиденье прокуренного минивэна, стараясь не приглядываться к подозрительным пятнам на обивке. От вездесущего запаха сигаретного дыма у меня слезятся глаза. Я буквально чувствую, как в легких образуются раковые клетки.

– Колтон-стрит, – говорю я водителю, выезжающему на дорогу. – Один квартал от Олдричского университета.

А потом, хотя на улице только двадцать один градус[6], опускаю стекло и высовываю наружу голову, как какой-нибудь лабрадор.

Таксист приподнимает густую бровь.

– Олдрич, э? – он присвистывает. – Об убийстве уже слыхали?

Я удерживаюсь, чтобы не засмеяться в голос. О да, ковбой Мальборо. Еще как слышала.

– Что там, есть у них уже какие-нибудь зацепки? – интересуется водитель. Как будто я коп.

Я бормочу что-то неопределенное и, закрыв глаза, притворяюсь, что сплю. До сих пор не могу осмыслить случившееся. Вчера утром я занималась на Западном побережье своими делами, а точнее, ехала на работу, в офис «Источника», весьма уважаемого новостного сайта, который специализируется на глубоких и серьезных журналистских расследованиях. Я была на нервах из-за протечки в моей квартире и из-за того, что квартирный хозяин упорно не брал трубку. И вдруг у меня в голове явственно зазвучал наставительный, нудный голос: Будь у тебя мужчина, Уилла, он мог бы сам справиться с протечкой, так что тебе не надо было бы дергать мистера Линнкинса.

Кто она, эта женщина в моей голове? Я слышу ее голос уже не первый месяц, и она меня порядком достала.

Потом позвонил отец. Не люблю отвечать на звонки, когда я за рулем, но что-то подсказало мне, что это важно. И он невнятной испуганной скороговоркой сообщил мне, что муж моей сестры убит. Хорошо бы я приехала домой.

И вот я здесь.

Очевидно, Грега зарезали на кухне. Кит наткнулась на него, вернувшись с университетского бала. (Ремарка: у меня было несколько пропущенных звонков от Кит примерно в пять вечера. Тихоокеанское время. Я была на интервью с одной из героинь моих последних материалов – поджигательницей, которой скоро предстоит выйти из тюрьмы.) Примерно в два часа ночи Грег умер в машине скорой помощи по пути в больницу. Похороны назначены на завтра.

Первой моей мыслью, когда отец все рассказал, было: Надо же, Кит теперь дважды вдова. Второй мыслью было: Блу. Совсем недавно я о нем вспоминала. Но сразу же выкинула его из головы.

Прежде чем сесть на ночной авиарейс, я проверила, просочилась ли уже эта история в новости. Ага, вот: «Известный хирург убит в собственном доме в Питтсбурге – возможна связь с хакерской атакой». Читая сообщение, я ощутила укол ревности. Не из-за содержания, а потому что это как раз такая тема для журналистского расследования, которыми мне нравится заниматься: трагическое убийство знаменитого человека, с неизвестными виновником и мотивом. Я люблю докапываться