Детектив к осени - Елена Ивановна Логунова

молоку, которое Лара утром прокипятила так основательно, что оно не скисло за целый день, хотя стояло не в холодильнике, а сентябрь нынче теплый.

– Итак, давай оценим ситуацию в первом приближении. У меня украли прекрасное новое дорогое белье, – говорит подруга, с аппетитом съев пшенку и отодвинув пустую тарелку.

– А у меня украли меня, – напоминаю чуточку обиженно.

Я, может, и не такая прекрасная, как то гаремное белье, и не очень новая (уже двадцать шесть), но тоже чего-то стою.

– А ведь верно! – соглашается подруга таким тоном, словно до сих пор это не приходило ей в голову. – Причем тебя ведь украли даже раньше, чем мой пакет!

– Сначала меня, – я загибаю пальцы, – потом пакет, а потом тебя?

В моем голосе сомнение. Я затрудняюсь представить мужика, который легко, как пушинку, бегом-прыжками унес бы на плече Лару. Разве что в глуховский ТЦ заглянул порезвиться Халк.

– Давай восстановим хронологию событий, – предлагаю я.

– Давай. – Лара вскакивает, наливает нам чаю, ставит на стол кружки и вазочку с баранками, опять садится и, закусив румяное лаковое колечко, поднимает глаза к потолку, вспоминая. – Я выхожу из хр-хр-газина с паке-хр-хр-том и ви-хр-хр-жу…

– Прожуй сначала, – морщусь я.

Эти ее «хр-хр» огорчительно снижают драматизм повествования.

Я излагаю сама:

– Какой-то мужик перепутал меня со своей дочкой и утащил из магазина…

– Это было о-хр-хр-чень смешно! – прыскает Лара. – Но ты путаешь две истории: забавную и пугающую. Вторая началась с другого: какой-то мужик, уже не тот, а другой, закинул тебя на плечо и уволок за уголок. Ты разглядела его лицо?

– Как бы я могла? Я же видела только спину.

– Вот и я наблюдала его только с тыла, – с сожалением говорит подруга. – А жаль, похоже, там было на что посмотреть. Мужик высокий, плечи широкие, ноги длинные…

– Атлетического телосложения, – киваю я, переводя ее восторженные охи-ахи на сухой язык полицейского протокола.

– В джинсах и черном худи с поднятым капюшоном, – договаривает Лара и разводит руками. – Это все, что я видела.

– Но ты побежала за нами, – догадываюсь я.

Это несложно. Чтобы Лара – да осталась в стороне в такой ситуации, когда какой-то интересный мужик позарился не на нее, а на меня? К тому же она ведь в итоге оказалась на одной клетчатой подстилке со мной, значит, как-то влезла в сюжет.

– Конечно, я побежала за вами, – подтверждает подруга. – На лестнице не догнала – он скакал очень быстро, а я на каблуках, – но увидела вас уже на парковке. Мужик как раз грузил тебя в машину.

– Надеюсь, ты запомнила номер?

– Не успела. Меня укололи, я выронила пакет и отрубилась. – Лара спускает с плеча халат и показывает красную точечку.

Я задираю рукав футболки и демонстрирую точно такую же.

– Фигасе, – уважительно молвит Лара. – А похищение-то было серьезно подготовлено! – Она закусывает губу, а потом неуверенно говорит: – И все это ради скидочного белорусского комплекта с бюстиком на пятый номер?

– Четвертый, – поправляю я, чтобы она не преувеличивала. Куда еще! – Комплект, мне кажется, ни при чем. Украсть хотели меня, а тебя увезли заодно, чтобы ты не подняла шум.

– Но зачем тебя красть? На органы, что ли? Какому-то богатому карлику понадобилось здоровое сердце небольшого размера? – вслух рассуждает Лара. Вдруг тревожится: – Как здоровье Питера Динклэйджа, не в курсе? Ну, артиста, который был Тирионом Ланнистером в «Игре престолов»?

Я не отвечаю. И про Питера этого ничего не знаю, и вообще онемела.

Подруга допивает свой чай, встает из-за стола и объявляет:

– Ничего дельного в голову не приходит, туплю я. Пойду спать и тебе советую ложиться, завтра все обмозгуем. Утро вечера мудренее.

Она уходит к себе, а я запираю дверь на все замки и тоже иду спать.

Но сначала – в ванную. Надо как следует рассмотреть себя: вдруг я и вправду чего-то лишилась.

Хотя это было бы сущим свинством: отрезать что-то у девушки, которая и так весит всего сорок пять кило.

Глава 3. Мы встаем на тропу войны

Воскресное утро для меня начинается с дежавю: я опять просыпаюсь от звуков решительного штурма. В мою дверь снова неистово бьется вчерашний паникер с клаустрофобией – то бишь крайне взволнованная Лара.

– Ты это видела?! – Вежливое приветствие она опускает: не до него.

Взволнованная Лара в очередном гаремном неглиже – зрелище незаурядное, и я не сразу понимаю, что «это» – всего лишь экран смартфона.

На нем уже открыта шокирующая новость. Вчера из кинотеатра в торговом центре бесследно пропала девочка – голубоглазая шатенка со стрижкой каре, в джинсах и голубом джемпере.

– Как они узнали? – Я поднимаю на Лару свои голубые глаза. Мое лицо, обрамленное каштановыми волосами, подстриженными под каре, вытягивается.

– Да не про тебя это, Рита! Ты дальше читай!

Лара лезет в шкафчик, брякает на плиту турку, зажигает под ней конфорку.

– Воду налить не забудь, – ворчу я. – Следи, чтобы и кофе не убежал, как вчера молоко.

Сама я не отрываю взгляда от ровных строчек на экране.

Пропавшей голубоглазой шатенке в джинсах и голубом джемпере одиннадцать лет, и зовут ее вовсе не Ритой – Машей. Маша Голубева она.

Маша пропала во втором часу пополудни. Точное время неизвестно: папа, который был в торговом центре вместе с дочкой, смотрел не на часы, а на большой экран. Они с Машей сидели в кинотеатре, когда девочка выскочила в туалет – и в зал уже не вернулась.

– Тебе с сахаром? – спрашивает Лара. Она немного успокоилась и благополучно сварила кофе.

– Да, не помешает подсластить, – бормочу я и ожесточенно чешу голову, лишая четкости линий свое каре. – Это что же получается? Папа, на глазах у которого похитили меня, так похожую на его родную Машу, не придал этому факту никакого значения и пошел себе дальше гулять с дочуркой по ТЦ?

– Именно так. Тебя похитили где-то в одиннадцать, а Машу – часа два спустя. Голубевы успели пообедать на фуд-корте и засесть в кинозале. – Подруга ставит передо мной чашку с кофе по-турецки и стакан с водой.

Я жадно пью воду.

– То есть кто-то все-таки видел, как меня похитили?

Неприятно было думать, что этого никто даже не заметил.

– Должно быть, так: и видел, и рассказал, – кивает Лара. – А может, папа Голубев заставил администрацию ТЦ просмотреть записи со всех камер, и где-то вы с твоим похитителем засветились. Иначе речь шла бы о единичном случае, а не о серии.

– Но это значит… Это значит… – Я напряженно думаю. – Лара! Мы должны немедленно пойти в полицию! Возможно, наши показания помогут найти похитителя!

– Во-первых, не похитителя, а похитителей: тот