Последний день лета - Анна Князева

отправилась к Кириллу. Там, в его кабинете, мы узнали, что кого-то убили. Позднее выяснилось, что Гурову.

– Ваш брат в момент убийства тоже был в здании?

– Я же сказала, что застала его в этом кабинете.

– Ну, что же… – Богданов поднялся на ноги и прошелся по кабинету. Подойдя к окну, обернулся: – Получается, помимо ближайшего круга погибшей следует перетрясти весь персонал и съемочную группу.

– В список подозреваемых добавьте Вадима Флеера, он был в непосредственной близости от места преступления.

– Я записал. – Богданов посмотрел на Ульяну. – Это все?

– Пока да, – ответила она. – Могу я задать вопрос?

– Задавайте.

– Что насчет гроба?

– Работаем с родственниками. Результат анализа ДНК будет готов через два-три дня.

– Почему так долго?

– Это вам не Москва, – напомнил Богданов. – И потом – гроб обнаружили всего три дня назад.

Ульяна покачала головой:

– А у меня как на войне – день идет за два.

– Вернемся к убийству Гуровой, – сказал следователь, и Ульяна снова заговорила:

– Вчера за обедом вы предложили посмотреть фотографии найденных останков. Все отказались. Все, кроме Елены Петровны. Вам не кажется это странным?

Богданов на минуту задумался.

– Скорее нет, чем да.

– А вот меня зацепило.

Дверь отворилась, и в кабинет вошел Усачев:

– Не помешаю?

– Давай. – Богданов махнул рукой.

– Докладываю вкратце: жертва была задушена. Время смерти – где-то между десятью и двенадцатью часами.

Богданов и Ульяна переглянулись.

– Вы были правы, – заметил следователь.

– Соскоб из-под ногтей отправлен в лабораторию. Это на случай, если жертва сопротивлялась, – продолжил криминалист. – На предплечьях и лице есть синяки, но не свежие – уже пожелтели. Подробности будут в отчете судмедэксперта.

– Та-а-а-к, – протянул Богданов. – Что еще?

Криминалист положил на стол пакет.

– Удавка. Предположительно – орудие убийства.

– Когда обнаружили труп, на шее удавки не было, – поспешила сказать Ульяна.

– Она была зажата в руке жертвы.

– Постойте-постойте… – запротестовал Богданов. – Жертву задушили, после чего она забрала удавку и зажала ее в руке?

– Конечно же, нет. – Усачев понимающе улыбнулся. – Думаю, что убийца сам вложил тесемку в руку убитой. По-моему, это какой-то знак или указание на специфичные обстоятельства.

– Тесемка, говорите… – Ульяна раскрыла пакет и вытряхнула на стол вещественное доказательство. – Я ее видела. Ну да! Черная с красными петухами!

– Что такое? – спросил Богданов.

– Я видела такую тесемку!

Усачев озадаченно взглянул на Богданова, но тот лишь пожал плечами.

– Где?

– На женском фартуке, который мы нашли в нашем номере.

– Откуда он взялся?

– Не знаю.

– Когда вы его обнаружили? – уточнил Богданов.

– Позавчера.

– А где он сейчас?

– Я отдала его горничной.

– Тесьма в тот момент была на месте или оторвана?

– Все было цело.

– Горничную сможете опознать?

– Конечно, – уверенно заявила Ульяна.

Богданов придирчиво оглядел тесемку, сложил ее в пакет и передал Усачеву.

– Что скажешь, Федор Кузьмич?

– Найдите фартук, отправим его в лабораторию, – ответил криминалист.

– Что же получается… – Ульяна ненадолго задумалась. – Кто-то нашел фартук, отодрал от него тесьму и ею задушил Елену Петровну?

– С одним уточнением, – вмешался Богданов. – Сначала этот фартук подбросили вам. Отсюда вопрос: зачем?

– Какое-то безумие, – обронила Ульяна. – Как была здесь психушка, так и осталась.

Дверь открылась, в кабинет заглянул Кирилл и мрачным голосом произнес:

– Кажется, мы отыскали Гурова…

– Где?! – Ульяна вскочила со стула.

– Он у себя в номере. Я набрал, а за дверью зазвонил его телефон.

– Еще один труп? – предположил Усачев.

Богданов зло огрызнулся:

– Типун тебе на язык! Идемте туда. Немедленно!

В коридоре у номера Гуровых они увидели Тягачева, который барабанил в дверь кулаком.

– Саша! Открой!

– Будем ломать! – Богданов отступил к противоположной стене, ринулся вперед и выбил корпусом дверь. – Усачев, за мной! Остальным оставаться здесь!

– Ну уж нет! – Ульяна пошла за ними и сразу же заметила торчавшие из-за дивана голые ноги.

За ее спиной послышался голос Тягачева:

– Он мертв?!

Криминалист Усачев склонился над грузным генеральским телом, чтобы проверить пульс, но Гуров дернулся и прорычал:

– Не лезь, чертова баба! Не видишь, я отдыхаю?!

– Жив! – с облегчением выдохнул Кирилл, а криминалист констатировал:

– Жив, но мертвецки пьян.

Глава 7

День за два, как на войне

– Судя по всему, допрос сегодня не состоится, – сказал Богданов и, оглянувшись, приказал Усачеву: – Возьми у него биоматериал, собери одежду – и сразу в лабораторию.

– Сделаю, – пообещал криминалист. – Давай перенесем его в спальню.

Но тут вмешался Тягачев:

– Мы сами! Кирилл, помоги мне!

Они подступились к Гурову, подняли его и перетащили в соседнюю комнату.

– Теперь попрошу покинуть помещение, – распорядился Богданов.

– А мы и не собирались здесь оставаться, – рыкнул Тягачев и направился к выходу.

Ульяна и Кирилл пошли за ним.

В коридоре Денис Андреевич задержался:

– Идемте в директорский кабинет, нужно поговорить.

– Кабинет я отдал в распоряжение следователя, – сообщил Кирилл.

– Можно пойти ко мне, – предложила Ульяна.

Когда они вошли в номер, Надежда быстро собрала со стола колоду Таро.

– Не гадайте на любовь. Слышала песню? – подойдя, Тягачев похлопал ее по руке. – Оставь-ка нас, милая.

Она взглянула на Ульяну, и та кивнула.

– Иди.

– Я у себя. – Покинув комнату, Надежда прикрыла дверь.

Дождавшись, пока все рассядутся, Тягачев приглушенно заговорил:

– Итак, сразу к делу, без лирических отступлений. За неделю с гаком до юбилея и открытия пансионата мы имеем гроб с неопознанным телом и убийство акционера. – Он строго взглянул на Ульяну. – Вот тебе задание. Расследование по обоим делам держать под строжайшим контролем и ни в коем случае не допускать широкой огласки. Появится возможность развалить, не стесняйся.

– Как будем договариваться? Без генерала нам не обойтись, – проговорила она.

– Кому надо, я уже позвонил. Богданов сам тебе все расскажет.

– М-да… – протянул Кирилл. – Неужели убийца – Гуров?

– Это не имеет значения. – Тягачев заходил по комнате. – Ситуацию нужно спасать при любом раскладе.

– Вы правы, – поддержала его Ульяна. – Но действовать надо с умом.

– На меня особенно не рассчитывайте. Имейте в виду, что я в любой момент могу… – Он перевел взгляд на стол, где только что лежали карты Надежды, и продолжил: – Могу выпасть из колоды. Счет идет на месяцы, может быть, на недели.

– Конечно же, мы обо всем позаботимся. – Кирилл посмотрел на него с сочувствием. – Занимайтесь своим здоровьем.

– Делайте все, что нужно, и держите меня в курсе! – сказал Тягачев и вышел из номера.

– Жаль его… – обронила Ульяна.

– Старик держится молодцом. – Кирилл взял ее за руку. – Прости меня, сестра.

– За что?

– Хотел, чтобы ты отдохнула, дух перевела. А здесь такое.

– Никто не знал, что все так получится. – Ульяна встала из-за стола и направилась к двери. – Мне тоже нужно идти – встреча с