Танцующие наяды - Наталия Николаевна Антонова

на другую. Янина не числила за собой такой чувствительности и не знала, чему приписать свое состояние. В конце концов она решила, что это объясняется тем, что опознавать в морге знакомого человека приходится не каждый день. Тем более что Паша все-таки был сыном ее мужа.

Едва ей сказали, что она свободна, молодая женщина поспешила на свежий воздух. Присела на лавочку, спустившись с крыльца. Немного придя в себя, решила ехать домой и только тут сообразила, что приехала на опознание на полицейской машине.

«Придется вызывать такси, — подумала про себя Янина. — Не на метро же домой добираться». Но только она собралась сделать вызов такси, как ей позвонили с телефона мужа, но голос был не его:

— Геннадия Ипполитовича Гусинкова знаете?

— Да, разумеется, — с замиранием сердца ответила женщина.

— Вы только не волнуйтесь, — сказали ей, — Геннадий Ипполитович у нас.

— У кого — у нас?! — закричала Янина и уже собралась было позвать на помощь, как звонивший, видимо сообразив, что напугал ее, поспешил объяснить:

— В больнице. Ему стало плохо, и «скорая» привезла его в наше отделение.

— Он жив?!

— Конечно, если бы он был мертв, его бы отвезли в морг, — успокоил ее голос из трубки.

— Замолчите! — закричала женщина.

— Простите, но вам лучше приехать сюда, я сейчас продиктую адрес.

— Диктуйте!

Услышав адрес, Янина сообразила, что муж в кардиологии городской больницы, отключила связь и кинулась в сторону метро. От места, где она находилась, быстрее всего было добраться на метро. А о комфорте женщина в такую минуту предпочла забыть.

* * *

Следователь Наполеонов постарался как можно больше информации вытащить из судмедэксперта Шахназарова.

— Руслан Каримович, — говорил он проникновенно, — имей совесть, скажи мне, когда и отчего скончался утопший!

— Ты же сам говоришь утопший, — с едва заметной иронией ответил Шахназаров.

— Не испытывай мое терпение! — взмолился следователь.

— Он утонул, — ответил судмедэксперт, — в легких у него вода. Но сам ли — большой вопрос.

— То есть?! Ему что-то вкололи?

— Внешних повреждений я не обнаружил. Но в его организме нашлись остатки сильнодействующего снотворного. Когда он его принимал, сказать не могу. Но, скорее всего, незадолго до смерти. И больше всего мне не нравится то, что это снотворное уже давно сняли с производства.

— Ты думаешь, что его убили?

— Об этом думать тебе, — ответил Шахназаров.

— Ты забыл сказать время смерти.

— Ничего я не забыл. Скончался он вчера между девятью и двенадцатью вечера.

— А точнее нельзя?

— Нельзя. Труп был в воде…

— Это я и без тебя знаю! — воскликнул Наполеонов и унесся прочь.

В отделении Наполеонов пробил друзей Павла и присвистнул:

— Подфартило нам! Обоих дружков накрыли в подпольном казино. Сейчас они в Октябрьском отделении.

В том отделении оперативников и следователя провели в допросную, куда вскоре привели Бориса Сергеевича Куренкова и Ростислава Ивановича Лаптева — друзей Павла. Оба парня вошли вразвалочку и поглядели на присутствующих наглыми глазами. Наполеонов посмотрел на них и спросил:

— Кто из вас Борис Сергеевич Куренков?

— Ну я.

Наполеонов повернулся к другому:

— А вы Ростислав Иванович Лаптев?

— Точно, как догадались? — осклабился парень.

— А я ясновидящий, — безмятежно отозвался Наполеонов.

— Да хоть через четыре стены разом видьте, — заявил другой, — но вы нам ничего не пришьете! Мы там совершенно случайно оказались.

— Вот-вот, — поддержал другой приятеля, — мы знать не знали, что там казино, зашли на минутку по чашечке кофе выпить.

— Да, незадача, — покачал головой Наполеонов.

— Какая еще незадача? — ощерился первый.

— Боюсь, большой срок из вашей чашечки кофе вытечет.

— Какой такой срок? Чего вы гоните?!

— Уймись! — прикрикнул на него Наполеонов. И пояснил: — Нас ваши игровые забавы не интересуют. О них вы будете рассказывать совсем другим людям.

— Чего же вам от нас надо?

— Вы знакомы с Павлом Геннадьевичем Гусинковым?

— Ну знакомы! Это преступление, что ли?

— Нет, не преступление. Просто хотелось спросить, вам известно, что ваш дружок найден мертвым?

— Как мертвым? — подскочил на стуле Ростислав Лаптев.

— А так. Нашли Пашу утром в бассейне.

— Чего он там делал? — удивленно спросил Куренков.

— Не купался, — вздохнул следователь.

— Вы хотите сказать, что Пашка утонул в бассейне? — недоверчиво спросил парень.

— Точно, утонул. Да только не сам.

— Кто же помог ему?

— Мы как раз занимаемся тем, что ищем этого доброхота, — ответил следователь скучным голосом.

— Вы нас, что ли, подозреваете? — Парни переглянулись.

Потом Куренков сказал:

— Мы тут ни при чем.

— Выкладывайте все, что вам известно о Павле Гусинкове, — потребовал Наполеонов.

— Да ничего нам о нем не известно. Мы просто тусовались вместе, но особо близки не были. Общих дел не вели и секретов не имели.

— Значит, решили запираться, — вздохнул следователь.

— Чего запираться-то? — зло сверкнул на него глазами Куренков. — Говорим как есть.

— Поможете нам, мы поможем вам, — тихо сказал Наполеонов.

Парни переглянулись. Борис Куренков нервно облизал губы и нехотя проговорил:

— Паша там не просто так оказался.

— То есть?

— У него роман был с одной из наяд.

— С которой именно? — Наполеонов делал вид, что усердно записывает все услышанное им в блокнот.

— С Зевксиппой, — процедил сквозь зубы Куренков.

— С Зоей Селивановой, — подсказал Ростислав Лаптев.

— Она из всех наяд там самая красивая, — не выдержав, проговорил Куренков.

— Да, Селиванова — девушка симпатичная, — охотно согласился Наполеонов.

— Симпатичная, — передразнил его Лаптев. — Что вы вообще понимаете в женской красоте?

— Да уж поболе тебя, — прицыкнул на него Ринат.

Лаптев хмыкнул, а Куренков растянул рот в ироничной улыбке.

— Ну и что, что ваш дружок был влюблен в Селиванову и встречался с ней, — сказал Наполеонов. — Зачем он пошел в клуб в день, когда «Наяда» была выходной, да еще на ночь глядя?

— Зачем, зачем, — пробухтел Куренков, — скорее всего, затем, что Зойка его туда позвала!

— Ночью?

— Вы же сказали вечером, — напомнил Лаптев.

— Но в этот вечер представлений в клубе не было! — повысил голос следователь.

— Не было, но встретиться-то там они могли.

— Они могли с таким же успехом встретиться где-то в кафе или на квартире у вашего дружка.

— Могли, — согласился Куренков.

— Кто еще мог пригласить вашего друга в клуб вечером?

— Никто, — пожал плечами Лаптев.

— А если подумать? — Наполеонов посмотрел сначала на одного, потом на другого парня.

Ростислав Лаптев неохотно процедил:

— До Зои Пашка крутил с Нонной.

— С Горшковой?

— Да, она там теперь Никея.

— Почему они расстались?

— Нипочему!

— Причина-то должна быть, — настаивал следователь.

— Просто Нонка дура, — вклинился Лаптев. — Потащила Пашку в клуб. Там он увидел красавицу Зевксиппу и втюрился!

— Нонна тоже красивая, — заметил следователь.

Куренков пожал плечами.

— Зоя красивее, — сказал Лаптев.

Наполеонов не разделял его точку зрения, но спорить не стал.

— Между