Игра на выживание - Андрей Михайлович Дышев

class="p1">– Отойдите на десять шагов! – потребовал он. – И не вздумайте ко мне приближаться, пока я не разрешу.

Я не стал с ним спорить, отошел к своей луже и стал отмывать от глины ботинки. Лобский, убедившись, что я нахожусь достаточно далеко от него, скинул рюкзак, вынул из него планшет и пристроил его на коленях. Вязкую, как пластилин, глину мне приходилось соскабливать с подошв коротким охотничьим ножом, который я нашел у себя в рюкзаке. Время от времени я кидал взгляды на Лобского. Моя заноза, не выпуская меня из поля своего зрения, крутил компасом и планшетом, пытаясь сориентироваться на местности, и хмурил брови.

– Куда они нас забросили? – с раздражением бормотал он. – Ничего не понимаю. Пьяные были, что ли…

Я подумал, а чем сейчас занимаются Морфичев и Ирэн? Надеюсь, никакого конфликта между ними не произошло? По логике вещей, Морфичев должен убедить Ирэн как можно быстрее разыскать нас с Лобским. А что еще остается Морфичеву? Ирэн он не бросит, но и к финишу с ней не пойдет. Зачем ему эта обуза? С ней ему не видать призового фонда, как своих ушей.

Этот вывод несколько успокоил меня, хотя я вовсе не горел желанием встречаться с Ирэн. То, что она сказала мне перед прыжком, слишком задело меня за живое. Я не скажу ей ни слова при встрече. Даже не взгляну на нее. Молча пожму руку Морфичеву, и мы сразу же побежим по своему маршруту. А Ирэн пусть остается с Кротом и слушает байки про колоссальную разрушительную силу его удара.

Но что там притих Крот? Я посмотрел на него. Крот уже закончил расчеты, уложил линейку в планшет и затолкал его в рюкзак. Выглядел он сконфуженным, хотя старался не подавать виду. Если этот чудик неправильно определит направление, то нам придется очень долго искать Морфичева с Ирэн.

– Видите вон то дерево с расщепленным стволом? – спросил он, махнув рукой в лесные дебри. – Вот туда и шагайте. А я за вами.

– Вы уверены, что правильно определили направление?

– Не надо принимать меня за полного неуча, – колко ответил Лобский. – Я помню школьную программу и способен нарисовать равнобедренный треугольник. – Он отломил сухую ветку и стал крошить ее и кидать себе под ноги. – Один его катет – это мой маршрут к финишу. Другой – маршрут вашего напарника. А гипотенуза – расстояние между нами и ними.

– А как вы узнали это расстояние? – спросил я, надеясь "завалить" Крота на импровизированном экзамене.

– Так вы ж мне сами сказали: две минуты полета самолета, двадцать километров.

Ах, я шляпа! Действительно, я говорил ему это. Отдаю должное: Крот все рассчитал верно. Если, конечно, правильно сориентировал карту. Мне ничего не оставалось, как молча повернуться и зашагать в направлении расщепленного дерева. Крот на некотором отдалении последовал за мной. Я слышал его частое и тяжелое дыхание, будто он волочил за собой тяжелую тележку.

– Если они пошли нам навстречу, то мы скоро увидим их, – сказал он после недолгого молчания. – Надеюсь, что через пару часов… Как вы думаете, где мы находимся?

– Вы хотите спросить, в какой стране? – уточнил я, не оборачиваясь.

– А вы полагаете, что мы не в России?

– А вы полагаете – в России?

Странно мы общались – одними вопросами.

– М-да, задал он нам задачку, – произнес Крот. – Я пытался раздобыть хоть какие-нибудь сведения о продюсере, но бесполезно. Его имени не знает даже ведущий.

– Врет, что не знает, – предположил я.

– А зачем ему врать? – возразил Крот. – Продюсер не заинтересован в том, чтобы какие-нибудь секреты Игры раньше времени стали известны участникам. Это бы значительно снизило степень драматизма, которую так обожает зритель.

– Одно только общение с вами, – процедил я, – является для меня высочайшей степенью драматизма. К сожалению, операторов по близости нет.

Крот натянуто расхохотался.

– И за что вы меня так не любите? Может быть, вы ревнуете Ирэн ко мне?

– Ошибаетесь. Ирэн мне совершенно безразлична.

– Ой ли?

Я не вытерпел, резко остановился и повернулся. Крот на всякий случай попятился, чтобы сохранить безопасную дистанцию.

– Вы можете оставить свое глупое мнение при себе? – поинтересовался я. – Вы можете не лезть мне в душу и не упоминать Ирэн?

– Конечно, – тотчас ответил Крот. Я обратил внимание на то, что лицо его было красным, как мухомор, и по нему струился пот.

Некоторое время мы шли молча. Мне казалось, что лес становится все более густым. Валежник, покрытый мхом и опутанный колючими лианами, заставлял меня обходить, и я часто менял направление, но Крот, не выпуская компас из руки, поправлял:

– Пожалуйста, чуть левее… Немножко правее, если это вас не сильно затруднит…

Он был моим конвойным, а я – арестантом. Я прилагал немало душевных усилий к тому, чтобы вынести эту унизительную роль. Я позволял Кроту упиваться своей небольшой властью надо мной только ради того, чтобы как можно быстрее, не отвлекаясь на ссоры и ругань, встретиться с Морфичевым. С разведчиком я буду идти и день, и ночь, лишь бы подальше оторваться от Крота и Ирэн. Конечно, они попытаются увязаться за нами; не исключено, что Ирэн станет играть на моих чувствах, постарается вызвать во мне жалость и сострадание, начнет умолять не оставлять ее в этой глухой чаще вместе с громоздким и малосильным Кротом. Но я должен спокойно и жестко сказать ей: "Ты можешь идти с нами, если, конечно, выдержишь наш темп". И мое воображение в мельчайших деталях рисовало картину, как Ирэн со стонами и слезами бежит за мной, спотыкается, падает в грязь. Ее волосы спутаны, лицо выпачкано, ноги дрожат. Она умоляет меня простить ее. Она с трудом поднимается, но через несколько шагов падает снова, и горько рыдает… А я, гордый и непреклонный, бегу рядом с Морфичевым, стискивая зубы, и моя душа пуста, и нет в ней места для жалости…

– Я устал, – сказал Крот. – Давайте немного передохнем.

– Мы и так еле плетемся, и пока прошли не больше двух километров, – недовольным тоном заметил я.

– Я устал, меня уже не держат ноги! – капризно повторил Крот, сел на землю и привалился спиной к стволу дерева. – Никуда они от нас не денутся. Часом раньше, часом позже…

Я продолжал стоять. Крот открыл рюкзак, вынул флягу с водой и сделал несколько больших глотков.

– У вас длиннее ноги, чем у меня, – сказал он, оторвавшись от фляги. – Потому вам легче идти.

– Оставьте свой рюкзак здесь, – предложил я. – Встретитесь с Ирэн и вернетесь за ним.

– Лучше, – произнес Крот, заталкивая флягу обратно, – лучше вы