Динамическое равновесие (СИ) - Демина Карина

- Я ошиблась?!

- Вектор поляризации…

- …не имеет значения, поскольку нивелируется зеркалом… вот оно, - Люта отобрала лист и ткнула пальцем.

- Зеркало условно.

- Это тебе кажется, что условно! Нельзя…

…он совершенно не умел спорить, злился и за волосы дергал, к счастью, исключительно себя. А еще ругался, пытаясь доказать Люте, что она не права, тогда как именно она и права была. Ну кто строит дугу Эгремсона без явной связки?

И вообще, нечего на нее орать!

И вовсе она не упряма… права просто. Неужели это так сложно признать? И его доказательства через систему Слэнджера здесь никуда не годятся, потому что…

…а бумага закончилась. И грифельная доска тоже, руки в мелу, и платье, и есть хочется жутко… и за окнами тьма стоит. Это сколько же они… часы бьют полночь.

Муж сидит на полу. И сама Люта рядом, вытирает руки о юбки, все равно ведь испорчены. Мама бы ругалась, а вот мужу, кажется, все равно. Выходит, в чем-то у мужа перед мамой преимущества имеются. Он нос трет, стирая меловое пятно.

- Кажется, я немного увлекся.

Люта кивнула: такое и с ней бывает, но все равно она права!

- Люта, - муж подбирал измятые, а порой и порванные листы, складывал на колене и локтем придавливал. - Мне жаль, что сегодня ты…

Смутился.

Надо же, а Люта не знала, что он смущаться способен. И милый такой, взъерошенный.

- Этого больше не повторится.

- Ты про любовницу?

Кивнул. И добавил:

- Любовницы больше нет…

А глаза сделались грустные-прегрустные.

- Не переживай, - Люта протянула ему пару смятых бумажек и, не удержавшись, погладила мужа по плечу, - мы тебе новую найдем. Лучше прежней.

Три недели спустя.

- Как тебе вон та? - Инголф передал театральный бинокль.

- В красном?

- В синем.

- Не подходит, - Люта пристально разглядывала дамочку в синем атласе.

- Почему?

- Слишком толстая…

…дама и вправду была несколько упитанна.

- Ее клавесин точно не выдержит.

Инголф фыркнул и повернул Люту влево, поинтересовавшись:

- А леди Ульмер?

- Это которая в зеленом? Тощая…

- Зато клавесин выдержит, - сказал муж на ухо. К этой его манере в уши тыкаться Люта почти привыкла. Да и вообще привыкла… хороший он… и в мастерскую пускает, только спорит вечно, не желая признавать, что ничего-то в тонких полях не понимает.

…а синхронизация ему вообще не дается.

Но ведь гордый.

- Выдержать, может, и выдержит, но… - Люта окинула леди Ульмер цепким взглядом. - Она ж его костями поцарапает… и ладно, если только клавесин, а вдруг и ты пострадаешь?

Леди Ульмер в роли любовницы Люте категорически не нравилась.

- Тогда, быть может, леди Эграй? - Инголф оперся о парапет. - Очень достойная дама.

О да, главное достоинство леди Эграй, щедро окаймленное кружевом, было видно и без бинокля. Оно вздымалось, и Люта разве что не слышала, как трещит под напором бело-розовой, какой-то зефирной плоти, ткань…

- Нет, - решительно сказала она, убирая бинокль за спину.

- Почему?

- У нее прикус неправильный!

- И что? Я ж себе не собаку выбираю, а любовницу…

- Вот именно! - Люта подняла палец. - В этом кроется твоя огромная ошибка!

- Какая же? - муж смотрел сверху вниз… с улыбкой?

Надо же, он улыбаться умеет… и даже становится симпатичен. Не то, чтобы совсем, но…

…но леди Эграй его не заслуживает!

- К выбору собаки ты подходишь более тщательно, чем к выбору любовницы. А должно быть наоборот…

- То есть, прикус проверять обязательно?

- Конечно! И прикус. И остроту зрения… слух…

- Нюх и мягкость хода… - со смешком добавил Инголф.

- В каком смысле?

- Ну… если подходить серьезно, то лошадей я выбираю не менее тщательно, чем собак.

Издевается?

А по выражению лица и не поймешь.

- Но принцип я понял, - это он снова на ухо произнес и шепотом, от которого по коже мурашки побежали. - Быть может… леди Кирстен? Уверен, что с прикусом у нее полный порядок.

И не только с прикусом. Упомянутая леди была до отвращения хороша. Люта разглядывала ее несколько минут, с каждым мгновением раздражаясь все больше. Это было абсолютно бессовестно со стороны леди Кирстен выглядеть настолько совершенной.

- Нет, - все-таки вынесла вердикт Люта и, предваряя вопрос, добавила. - У нее есть существенный недостаток…

- Какой?

- Ревнивый муж…

- Тогда кто? - Инголф не отступил, и признаться, Люте нравилось, что он рядом. И руки на плечах… неприлично, наверное, но тепло.

Надежно.

- Вот та, - она указала на даму в платье из лиловой парчи.

- Она же старая!

- И вовсе не старая. Твоего возраста. Я узнавала.

- Даже так?

- Конечно, или ты думаешь, что я отдам мужа первой встречной? А это сразу видно, женщина надежная… будешь в хороших руках. У нее, между прочим, много любовников было.

- И?

- Что "и"? Значит, опытная, - Люта прикусила губу, чтобы не расхохотаться. - Если популярная. Это, можно сказать, не мой выбор…

- А чей?

- Общества!

Тихий смех был ответом.

- Люта, ты чудо…

…еще какое.

И он тоже, когда смотрит вот так, в глаза, и щурится немного. Люта тихонько вздохнула… отчего-то ей было невыносимо грустно. Спеша избавиться от грусти, она сказала:

- Ну вот, тебе любовницу мы нашли. Осталось найти мне любовника.

- Зачем?

- Будем дружить домами…

…супругу идея почему-то не понравилась.

- Боюсь, - растягивая гласные произнес он, - не получится. У вас, моя дорогая, есть один очень существенный недостаток…

…Люта и сама знала, что далека от совершенства, но вот чтобы существенный…

- И какой же? - дрогнувшим голосом поинтересовалась она. Инголф коснулся губами уха и очень-очень тихо сказал:

- Ревнивый муж.

…что-то у него сегодня настроение больно веселое. Все шутит…

…признай, что я права! - она лежала на ковре и болтала ногами. Юбки сбились, и домашние туфли соскочили, потерялись где-то среди разложенных бумаг, из-за которых ковра и не видать было.

- Не признаю.

Инголф сунул под нос гусиное перышко.

- Но я права!

- И что?

- Смеешься?

- Смеюсь.

- Я дура, да? - Люта сунула карандаш за ухо и легла, упершись подбородком в сложенные ладони. - Я дура и тебе за меня стыдно.

- Почему?

- Потому что женщины должны быть другими.

- Какими?

- Другими, как… леди Эмери…

…она приходила дважды, но визиты ее были коротки, что донельзя леди расстраивало.

- Женщины должны быть разными, - сказал Инголф, растягиваясь рядом.

Лохматый… и больше не застегивается на все пуговицы, сегодня и вовсе о пиджаке забыл, бросил на спинку стула. Вот и лежит близко, слишком близко, чтобы Люте о работе думалось, локти расставил… рукава рубашки закатаны, подтяжки съехали… а носки у него полосатые.

Желто-красные.

Он такие надевает, когда чем-то обеспокоен. И Люта точно знает, чем именно.

- Она поедет, - дотянувшись, она отняла перо.

- Знаю, что поедет. Вопрос в том, как быстро…

…дурацкое пари. Люта ему сразу так и сказала, а он снова разозлился, что она не в свое дело нос сует. И вообще нос этот слишком длинный, просто-таки не в меру любопытный нос.

- Быстро.

…гибридный двигатель впятеро мощнее керосинового, да и эта его идея создания газо-топливной смеси хороша… и вообще Инголф умный. Просто с синхронизацией полей у него не ладится.

- И корпус выдержит… и все будет хорошо.

- Утешаешь? - он пощекотал пером Лютин нос.

- Ага.

…но пари все равно дурацкое. Самоходный аппарат против четверки лошадей. Пять кругов… и значит, минимум дважды придется останавливаться на дозаправку.

Колеса выдержат.

Должны.

И лошади устанут, а вот экипаж… все это Люта уже проговаривала, и про себя, и вслух. Главное, чтобы кристаллы не повело. Все-таки тройное сжатие… и поля разнонаправленные, слабой мощности. Двигатель на высоких оборотах просто-напросто разорвет, а этот упрямец не желает признавать.