Дипломная работа (СИ) - Кораблев Василий

Денис сомневался. Денис не хотел идти и вполне справедливо побаивался. Валере пришлось на него давить, угрожать и даже упрашивать.

— Наше главное оружие - это ты, мой хамелеобразный друг, — говорил он. — Ты, словно крокодил Гена, можешь где угодно бухнуться на газон и тебя не видно. А я за тобой. Проползу где скажешь. Конечно, меня обнаружат, но тебя-то, нет. А значит, у тебя есть хорошие шансы отмудохать этого пожилого ведьмака, желательно сзади. По другому никак, нету у нас методов против Кости Сапрыкина.

— Валера, а если он нас проклятиями закидает? Нам же смерть!

— Нам, так и так смерть, коли мы Ырку Лаперузу не притащим. А раз у нас нет выбора, то не должно быть сомнений. Это как прямая дорога: идём по ней и всё! Никаких развилок и полежать под кустом. Только вперёд, как завещал вождь мировой Революции, товарищ Ленин.

— Ага, лучше бы он нам пулемёт завещал, — ворчал Денис. — Пулемёт, базуку и две гранаты.

— Деня, когда помрём, сам ему и предъявишь, а сейчас от тебя требуется стать бессмертным Сусаниным. Только не утопи нас в трясине, пожалуйста. Я пиявок с детства боюсь.

Выдвинулись в сторону предполагаемого центра в районе десяти часов вечера. Часть пути проползли на пузе. Комары радостно пищали, предвкушая поживу, но им только и оставалось, что пищать. Денис и Валера так намазались мазью от насекомых, что если бы рядом случилась стая волков, они бы все разом сдохли от нестерпимой вони.

Змеи, птицы, животные - никто не посмел встать на пути этих двоих. Так и ползли в полной темноте, казалось, целую вечность, пока Сусанин не упёрся в очередную преграду.

— Ловушка, — шёпотом оповестил друга Денис. — Похоже на верёвку. Только это не верёвка. Лежит прямо на траве и натянута. Похоже на змею, но оно дохлое.

— Перешагнём? — предложил Валера.

— Нельзя. Подозреваю, что этого от нас и хотят, — отказался Денис.

Валера подполз ближе и посветил на ловушку фонариком. Всё верно. Но больше похоже не на змею, а на канат - без конца и начала. Только канат странный. Чёрный и весь лоснится. И впрямь ловушка. И мысли в голову разные…Живое…Не живое…Бррр! Нельзя на неё наступать.

Они разделились и поползли вдоль каната в разные стороны. Метров через сто развернулись и поползли назад обмениваться впечатлениями.

— Может подкоп сделаем? — предложил Валера.

— Это долго, — возразил Денис и в свою очередь предложил. — С моей стороны есть яма, затянутая ряской. Глубина: метра четыре. Можно попробовать поднырнуть.

— А если не вылезешь?

— Я надеялся, что нырять будешь - ты.

— Угу, щас. А ну лезь давай. Я тебе ножик дам. Выковыряешь мне траву и очистишь дорогу.

Денис вооружился ножом и, ворча: - "Чуть что, сразу Косой…", - послушно отправился выполнять приказание. На болоте каких только чудес не увидишь. Вот, например, густая трава, а под нею самая настоящая яма, наполненная водой. Нырнул и не вынырнул. Раз и всё. А можно и через несколько метров вынырнуть: такая вот болотная лотерея. Валера даже траву вокруг ощупал. Да, место топкое, но ходить можно. Тут, что днём, что ночью. Всё одинаково. Пройдешь мимо и не заметишь. Вернее заметишь, но только когда провалишься.

Денис, аки бобёр, проплыл под водой с десяток метров и, пыхтя, выбрался на другой стороне.

— Ныряй за мной — громким шёпотом посоветовал он Валере.

— Не, так не пойдет. Плыви обратно и возьми у меня шнур-бечевку, — взвесив его предложение, отказался тот.

— На хрена?

— Рюкзак, вещи, а следом я, по верёвочке.

— И ты, скотина, не мог сразу мне её дать?

— Да я же не знал, что ты выплывешь, а шнурок японский. Он денег стоит, — честно признался Валера.

До него донёсся отчётливый матерный шепот. Болотный бобёр отдышался, протёр харю от ряски и отправился на второй заход.

Поднырнуть - оказалось весьма неприятным и муторным аттракционом. Это вам не с верёвкой с высоты прыгать. В отличии от Дениса, Валера разделся, переправил с помощью шнурка рюкзак с инструментами, потом одежду и только потом уже сам, закрепив свой конец шнурка на ближайшем дереве. Ну, а вдруг им придется возвращаться той же дорогой? Он закрыл глаза и с содроганием опустился в холодную тухлую воду. Так и плыл не открывая глаз, ощущая, как в лицо тычется во что-то скользкое и липкое. Противно.

"Это не на скейтборде ноги ломать, — думал он судорожно ощупывая верёвку, — отпусти шнур хоть на секунду и уже никогда не выберешься. Нет! Нельзя отпускать! Не думай об этом!"

Там же, под водой, он зачем-то вспомнил Ирку Комарову.

“...Ты слабак, Валерчик. Ты дрищ. Все тебя бьют, очкарика. Я иду с тобой на танцы из жалости. Вот, Дима Кувалда, вот он - настоящий мужик. Он девушку и защитить и обеспечить сумеет. А ты, Валера, можешь ради девушки совершить настоящий поступок? Нет. Не можешь. Потому что ты слабак. Трус и слабак. Никогда ты ничего не добьёшься в жизни…”

Ему было, что ей ответить, конечно же было. И, что он единственный дружил с ней с первого класса, и что он ради неё терпел издевательства одноклассников…”Ирка с Валеркой - корова с пастухом”. Ирка была самой толстой девочкой в классе, пока ей не стукнуло четырнадцать. Никто не ожидал, что гадкий утёнок превратится в прекрасного лебедя, а она взяла и расцвела. Похудела, похорошела. Самое главное, прыщи прошли, а грудь осталась на зависть всех окрестных девчонок.

Валера чувствовал, что ему не хватает воздуха. Эта проклятая трясина и не думала заканчиваться. А голос Ирки в его голове, как назло, становился всё сильнее и отчётливее.

“...Ты жалок. Протри очки - ты же калека! Ты тощий, неуклюжий калека. Нормальные парни деньги зарабатывают, крутятся, а он книжечки читает. Что тебе дадут твои книжечки? Что ты мне подарил на день рождения, снова книжечку? Твоим Фаустом только жопу подтирать, я её Диме отдала...В сортире теперь, твой Фауст… А знаешь почему? Он подарил мне серёжки. Настоящие, золотые серёжки. Он всё для меня сделает, мне стоит только рукой махнуть…”

— Я придушу тебя, мразь! — взвыл Валера, не удержавший в голове собственную фантазию, ведь он, словно наяву, увидел Ирку вместе с Димкой Кувалдой.

И тут он понял, что в руках у него ничего нет. Пропала верёвка. Он пришёл в ужас. Каюк наступил, каюк! Не то, чтобы он боялся смерти на самом деле, просто сама мысль, что он сдохнет в позорном болоте на радость антропологов будущего потрясла его до глубины души.

Поддавшись приступу паники, он открыл глаза и испугался ещё сильнее. Да куда уж сильнее?! Валера захрипел, замычал, ведь никакой водяной мути вокруг него не было, а была только чёрная пустота, в глубине которой он явственно разглядел деревянную башню, с верхушки которой тянул к нему костлявые руки страшный мертвец. Этот мертвец отличался от обычных заложных, коих Валера уже не мало приголубил лопатой. Этот был особенный. Он был огромен, в сером до щиколоток истрёпанном рубище, с отросшей до колен зелёной бородой и эта борода шевелилась, будто живая. Да, таких мертвецов не бывает! Не растут у заложных волосы. Выпадают они. Кто же это такой? Колдун? Древний маг? Сука не подходи - я тебя щас ногою лягну! Где я? Я умираю?!! Караул! Спасите меня! Спасите!

Валера барахтался в бесконечной тьме, чувствуя, как его бренное тело само плывёт в лапы страшного бородатого мертвеца. Он молился всем богам. Он каялся во всех своих прегрешениях. Он обещал сделать всё, что угодно, только бы спасти свою несчастную жизнь. И когда уже он решил, что это всё! Конец! Он получил спасение. И по морде. Последнее озадачило и у него сами собой открылись глаза.

Сначала он увидел ангела. Некто в белом распростёр над ним лебединые крылья, а сияние от нимба было обжигающе нестерпимым.

— Не сдох? Вроде не сдох, — задумчиво произнёс небесный посланец и в голове у очкарика несколько прояснилось. Это включилась перепуганная до икоты логика, которая моментально расставила все мысли по полочкам.

Оказывается, это был не ангел. Это Денис светил ему в глаза фонариком и как мог приводил в чувство. Валера хотел было поблагодарить друга, но вместо слов получилось только выплюнуть изо рта воду и жалобно запищать.