Святые и Убийцы - Фэя Моран

пытаюсь понять, произнесла ли своё «нет» вслух или продолжаю как дура молча пялиться на него, выпучив глаза.

Керан тянется рукой к моему шарфу, слегка поправляет его с лёгкой улыбкой, которая не перестаёт дарить мне незабываемое мягкое наслаждение в груди, а потом говорит:

– Будем считать, что только что я уже это сказал.

Затем он уходит, так и не дав мне понять, согласен ли он отвезти меня в Сальшан или нет.

А ещё оставив меня с миллионами вопросов в голове касаемо его странного поведения.

Керан всегда был со мной ласков и бережен. Это обычное его отношение ко мне, сколько я себя помню. Так что то, что я только что увидела и услышала, не должно было меня покоробить, но… Отчего-то мне кажется, будто что-то пошло не так.

Спустя время я спускаюсь со скалы, пересекаю мост и врываюсь в одиноко стоящую дальше всех остальных пещеру без предупреждения, где застаю Мистлока с Сириной, держащихся за руки и глядящих на бескрайние просторы Шиэнны через небольшую щель в каменной стене, никак не защищённой решётками.

– Надеюсь, вы хорошо проводите время? – спрашиваю я, усмехаясь.

Мистлок закатывает глаза.

– Уже нет. Могла бы хоть постучать для приличия.

– Стучать по чему? Здесь даже дверей нет. Это вам нужно было выбрать что-то более закрытое, если вы так сильно хотели провести время наедине.

Я гляжу на красную Нить Сердец на запястье Сирины, вижу, как светятся её большие глаза, как улыбка растягивает пухлые розовые губы. Подхожу ближе и крепко обнимаю её.

– Пусть ваша будущая совместная жизнь подарит нам много красивых маленьких Мистлоков или Сирин, – желаю я, и чувствую, как её грудь дёргается от смеха. – Мне ведь можно будет считать себя их тётей?

– Спасибо, – как-то неискренне отзывается Мистлок, и я, отстранившись от его невесты, шуточно толкаю друга в плечо.

– Веселее!

– Ой, да иди ты в…

Сирина не даёт ему договорить и снова цепляется за его руку, тихо шикнув. Её густые золотисто-каштановые волосы с розовой прядью собраны в пышный пучок чуть ниже затылка, так что открывается её смугловатая шея и плечи, благодаря фасону её нового платья лилового цвета.

– Надеюсь, мы покончим со всеми этими делами со Святыми как раз к вашему венчанию, – улыбаюсь я, обращая затем внимание на увиденную мной щель. – А куда ведёт эта дыра?

Мистлок оборачивается, а потом отвечает:

– Никуда. Это просто окно этой пещеры. Кажется, Убийцы используют его для лучшего обзора, если вдруг снаружи будет твориться какая-нибудь чепуха.

Подхожу ближе и выглядываю из щели, устремляя взгляд вниз. Отсюда моим чужеродным глазам практически ничего не видно, кроме блеклого свечения рек, которые вытекают наружу тонкими струйками, так что сложно сказать, что поджидает там, в самом низу. Но вряд ли подушки. Можно рискнуть и попробовать вылезти наружу, цепляясь за каменные скалы с помощью специального снаряжения, что хранится в оружейных складах Убийц. Но одно неверное движение, и я полечу вниз словно камешек, а выжить после такого падения не представляется возможным.

– О нет… – стонет Мистлок. – Что ты на этот раз задумала?

– Керан, судя по всему, не хочет отвозить меня в Сальшан. И выпускать меня тоже никто не собирается.

– Зачем тебе понадобилось туда? – интересуется Сирина. На её пухлом лице отражается искреннее волнение.

– Найти карту, потом Книгу ядов и вернуть Дарки домой.

Мистлок смотрит на меня с недоверием, так, будто не верит ни единому моему слову, хотя точно знает, что я говорю чистую правду. У меня нет иных причин возвращаться в Сальшан.

– Сэнах миллион раз сказал, что Дарки так просто им не дастся. И нам ни к чему переживать об этом. Тем более, что он нужен им живым и в здравом рассудке. Он в безопасности… в отличие от тебя, если ты сунешься к ним, глупая ты задница!

– Если я не вернусь, – игнорирую его я, – значит я устремилась переплыть Янтарное море и достигнуть земель Раксираха. Думайте в таком ключе. Не нужно будет допускать иных мыслей.

Я разворачиваюсь, делаю шаг к выходу, но Мистлок хватает меня за запястье.

– Ну зачем тебе это нужно? Пожалуйста, останься с нами… Я не хочу тебя терять.

Удивившись его внезапно опечаленному и серьёзному голосу, которым он буквально умоляет меня исполнить его просьбу, я сперва начинаю сомневаться в своём решении. Но перекрыв все сомнения, в голове всплывает образ Брикарда-монстра. Я делаю это не только ради Дарки, но и ради него. Ради того, кто растил меня как свою дочь, одарил заботой и дал столько шансов достигнуть мечты и идти по своему пути, что я просто не имею права его подвезти.

Записку родители оставили мне, и я чувствую, что меня ждёт что-то. Может быть, это даже моя смерть, но взамен спасение жизней. Не знаю, в какой момент я стала такой самоотверженной Нурой, но мне нравится такой быть.

– Прости, Мистлок, – отвечаю я и вижу, как сильно мои слова задевают его.

– В таком случае, я иду с тобой.

Это никак не входило в мои планы.

– Нет, – отрицательно качаю я головой, толкая его в грудь. – С ума сошёл? Тебе не место рядом со мной.

– Возомнила себя легендарной героиней?

– Нет, я…

– Я тебя не спрашиваю, тупица. Если ты так хочешь лезть туда, куда не надо, я желаю быть рядом с тобой. В любом случае, тебе ведь понадобится Мастер, умеющий изготовлять из всего, что найдёт вокруг, всё, что только захочешь?

И я мысленно возвращаюсь в наши привычные Луны. Когда я ослушалась Брикарда, сбегала из дома в Забытый Рай, рисковала собственной головой, а Мистлок вечно оказывался рядом, потому что не мог бросить в опасности свою любимую подружку.

– Значит, как в старые добрые времена? – усмехаюсь я.

Мистлок усмехается в ответ.

– Да. Как в старые добрые.

Глава 26

В жертву

Нет ничего веселее, чем в тайне тащить в укромную пещерку снаряжение для спуска по высоченной скале вниз – в темноту, в которой ничего не разглядишь. Но когда рядом есть друг-шиэнновец, то эта задача становится не такой уж и недостижимой, ведь его зрение заметит всё, что угодно в непроглядной, как кажется, тьме.

Мистлок почти не ворчит, пока тащит металлические крюки с закреплёнными к ним канатами, к нашему предположительному месту спуска. Очень жаль, что я не обзавелась своим макартом, который легко унёс бы нас отсюда, и проделывать все эти махинации даже не пришлось бы.

Сирина делает вид, что не обеспокоена.