Геммы мудрости - Ибн аль-Араби
Знай (да поможет нам с тобой Бог духом Своим!), что, если случится получить подобный дар рабу — любому из рабов, — это не умалит его владения в загробном мире и не будет он в том держать отчет, хотя Соломон (мир ему!) и просил сего [в дар] у Всевышнего Господа. Вкушение сего пути говорит, что ему (Соломону. — А.С.) здесь будет дано нечто раньше тех, для кого оно было запасено, и при желании он может за то отчитаться в потустороннем мире. Ведь Бог сказал ему: «Таковы Наши дары»[411], — Он не сказал ни «тебе», ни «другому, кроме тебя», «а ты оказывай благодеяния»[412], то есть даруй, «или отказывай в них без отчета»[413]. Так из вкушения сего пути узнали мы, что он (Соломон. — А.С.) испросил сего по приказанию Господа своего, а когда просьба случается по Божественному приказанию, просящий [всегда] получает полное вознаграждение ('аджр тамм) за просьбу свою: Всевышний Творец, если пожелает, удовлетворит потребность в соответствии с просьбой, а пожелает, [159] откажет — ведь раб до конца исполнил возложенный на него Богом долг следовать приказанию Его, когда испросил Господа своего об удовлетворении просьбы. А вот если бы он сам от себя, без приказания Господа своего, испросил того, Он бы заставил его в том дать отчет.
Сие верно для всего, что испрашивают у Всевышнего Бога. Так, Он сказал пророку Своему Мухаммеду (да благословит и приветствует его Бог!): «Говори: Господи! умножь мое знание»[414], — и тот последовал приказанию Господа, прося прибавить знание, вплоть до того, что, когда приносили ему молоко, он истолковывал его как знание, — точно так, как тогда истолковал он увиденное в сновидении своем, что принесли ему стакан молока, а он выпил его и отдал остаток Омару бен аль-Хаттабу. Его спросили: «Как истолковал ты его (молоко. — А.С.)?», — и он сказал: «Как знание». И когда он был перенесен ночью, ангел поднес ему два сосуда: в одном было молоко, в другом — вино. Он выпил молоко, и тогда ангел сказал ему: «Ты правильно различил, и чрез тебя сделает Бог правильным народ твой». Когда бы ни явилось молоко, оно есть форма знания; оно — знание, представшее в форме молока, как Гавриил предстал перед Марией в форме человека. Сказав: «Люди спят, умерев же, очнутся», — он (Мухаммед. — А.С.) (мир ему!) напомнил, что все, что видит человек в своей дольней жизни, подобно видению спящего — оно есть видимость, которую надо толковать[415].
Все мирозданье — видимость одна,
Но в Боге-Истине покоится она.
Кто понял это, осознав сполна,
Познает тайны тариката до конца.
Когда ему (Мухаммеду. — А.С.) (да благословит и приветствует его Бог!) подносили молоко, он говорил: «Вот Божья благодать нам, пополнились мы ею», — ибо видел его (молоко. — А.С.) как форму знания, а было приказано ему просить дополнительное знание. Если же подносили ему что-либо другое, он говорил: «Вот Божья благодать нам, из коей напитает благом нас».
Итак, если кому дарует Бог по испрошению, что чрез Божественное приказание, тогда не спрашивает с него Бог отчета за то в загробном мире; если же Бог дарует по испрошению, что не чрез Божественное приказание, тогда дело Бога: захочет — спросит, а захочет — [160] не спросит. Я же особо прошу Бога о знании, дабы не спрашивал Он за него, ведь приказание Его пророку Своему (мир ему!) испрашивать большего знания и есть приказание Его народу Своему. «В посланнике Божием есть прекрасный пример вам»[416], — так изрек Бог; и есть ли для имеющего разумение о Всевышнем Боге пример более великий, нежели сей образец? И если бы мы показали макам Соломонов полностью и без изъятия, узрел бы ты такое, что привело бы тебя в трепет; величайшие знатоки сего тариката в неведении были и о состоянии Соломона, и о местоположении его, утверждая к делу не относящееся.
17. Гемма мудрости бытийной в слове Давидовом
Знай, что поскольку пророчество (я имею в виду пророчество законоуложительное) и посланничество суть результаты Божественного избрания (ихтисас), то нет в них ничего от стяжания (иктисаб), так же как и дары Всевышнего им (мир им!) — сего же рода: они суть подношении, а не воздаяния, и от них (пророков и посланников. — А.С.) не требуется воздавать за них (дары. — А.С.) должное, ибо одарил Он их, благодетельствуя и выделяя среди прочих. Ведь сказал Всевышний: «Мы даровали ему Исаака и Иакова»[417], — то есть Аврааму — любимцу [Божьему] (мир ему!); и об Иове: «Мы даровали ему семейство его, и столько же впридачу»[418]; и о Моисее изрек Он: «Мы даровали ему пророком брата его Аарона»[419], — и тому подобное. Их изначально предержавшее предержало их и во всех (или большинстве) их состояний, а именно имя Его «Дарующий» (аль-ваххаб). И о Давиде сказал Он: «Мы предоставили Давиду особенный дар Наш»[420], — не связав с этим даром какого-либо требуемого от него воздаяния и не сказав, что даровал упомянутое как воздаяние. А когда Он потребовал благодарности за это деяние, то ведь потребовал ее от рода Давидова (самого Давида не упоминая), дабы благодарил Его сей род за благодеяние Его Давиду. Так что в отношении Давида этот дар есть дар благодетельный, в отношении же рода его — не такой, ибо требовалось возмещение, как сказал Всевышний: «Род Давида воздай благодарность! Но немногие из рабов Моих благодарны»[421]. А если пророки (мир им!) [161] благодарили Бога за благодеянные дарования Его, то не потому, что требовал того Бог: самоизлиянием душ их была эта благодарность. Когда Бог простил посланнику Своему (да благословит и приветствует его Бог!) все прегрешения прошлые и будущие[422], тот стоял, пока не опухли его ноги; когда ж сказали ему о том, ответствовал: «Ужель
