Максим Исповедник - Творения

23. Брат сказал: «Хорошо изрек ты, отче. Но прошу тебя, поведай мне еще и о том, каким образом воздержание истощает желание?»

Старец ответил: «Поскольку оно заставляет воздерживаться от всего, что не необходимую потребность удовлетворяет, но доставляет наслаждение; не допускает сопричаствовать чему — либо, помимо необходимого для жизни; не позволяет гоняться за удовольствиями, но допускает искать лишь полезного; пищу и питие соизмерять с потребностью, не допускать собираться в теле лишней влаги, поддерживать только жизнь тела и беречь его от терзающей тяги к совокуплению. Так воздержание истощает желание. Наслаждение же и пресыщение пищей и питием, наоборот, разжигают чрево, распаляют позыв к срамной похоти и насильственно побуждают всё животное начало в человеке к беззаконному * смешению. Тогда очи [становятся] бесстыдными, руки необузданными, язык глаголющим обольщающие [речи], ухо приемлющим только суетное; ум [начинает] пренебрегать Богом, душа, мысленно совершая блуд, призывает и тело к незаконному деянию».

24. Брат сказал: «Истинно так, отче. Но прошу тебя наставить меня и относительно молитвы: как она отрешает ум от всяких помыслов».

Старец ответил: «Помыслы суть помыслы о вещах, а из вещей одни — чувственные, другие же — умопостигаемые. Находясь в них, ум [постоянно] вращается в круге помыслов об этих вещах. Благодать же молитвы сочетает ум с Богом, и такое сочетание отделяет ум от всех помыслов. Тогда ум, нагим беседуя с Богом, становится боговидным. Став же таковым, он просит у Бога подобающего, и прошение его всегда достигает цели. Поэтому Апостол и повелевает непрестанно молиться (1 Фее. 5:17), чтобы мы, постоянно сочетая ум с Богом, мало — помалу отторгнули бы пристрастие к материальным [вещам]».

25. Брат сказал: «Но как может ум непрестанно молиться? Ибо когда мы поём псалмы или читаем, когда встречаемся [с кем — либо] или служим, то отвлекаем его многими помыслами и созерцаниями».

Старец ответил: «Божественное Писание не предписывает ничего невозможного. Ведь и сам Апостол и пел псалмы, и читал, и служил — однако непрестанно молился. А непрестанная молитва есть держание ума во многом благоговении, страстной преданности к Богу и постоянном уповании на Него; она означает доверие Богу во всем — во [всех] делах и обстоятельствах. Расположенный таким образом Апостол говорил: Кто отучит нас от любви Христовой: скорбь, или теснота (Рим. 8:35) и так далее. Чуть ниже [он говорит]: Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы (Рим. 838). И опять: Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем; всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем (2 Кор. 4:8–10).

26. Будучи так расположен, Апостол непрестанно молился, ибо, как было сказано, во всех делах и обстоятельствах он уповал на Бога. Поэтому и все святые радовались скорбям, дабы [через них] прийти к навыку божественной любви. Потому — то Апостол и говорил: Я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова (2 Кор. 12:9). И чуть ниже: Когда я немощен, тогда силен (2 Кор. 12:10). Но горе нам, жалким, что оставили путь святых отцов и потому лишены всякого духовного дела».

27. Брат сказал: «Почему, отче, не имею я сокрушения [сердечного]?» Старец ответил: «Потому, что нет страха Божия пред очами нашими. Потому, что стали мы пристанищем всякого зла, а вследствие этого пренебрегли страшной карой Божией, как просто умственным измышлением. Иначе как не сокрушиться, слыша Моисея, говорящего от лица Бога о грешниках: Яко огнь возгорится от ярости Моея, разжжется до ада преисподняго: снест землю и жита ея, попалит основания гор. Соберу на них злая, и стрелы Моя скончаю в них (Втор. 32:22–23), И еще: Поострю якоже молнию мечь мой, и приимет суд рука моя, и воздам месть врагом, и ненавидящым мя воздам (Втор. 32:41). Или как вопиет Исайя: Кто возвестит вам, яко огнь горит? Кто возвестит вам место вечное? (Ис. 33:14) Ходите светом огня вашего, и пламенем, егоже разжегосте (Ис. 50:11). И опять: И изыдут, и узрят трупы человеков преступивших Мне: червь бо их не скончается} и огнь их не угаснет, и будут в позор всякой плоти (Ис. 66:24). Или как говорит Иеремия: Дадите Господу Богу вашему славу прежде даже не смеркнется, и прежде даже не преткнутся нозе ваши к горам темным (Иер. 13:16). И опять: Слышите сия людие буии и не имущий сердца: иже имеюще очи, не видите, и уши, и не слышите. Мене ли не убоится, рече Господь? или от лица Моего не устыдится? Иже положих песок предел морю, заповедь вечну, и не превзыдет его? (Иер. 5:21–22). И еще: Накажет тя отступление твое, и злоба твоя обличит тя: и увеждь, и виждь, яко зло и горько ти есть, еже оставити Мя, глаголет Господь. Аз же насадих тя ви

ноград плодоносен, весь истинен: како превратился еси в горесть, виноград чуждый? (Иер. 2:19,21). И опять: Не седох в сонме их играющих, но бояхся от лица руки Твоея: на едине седях, яко горести исполнихся (Иер. 15:17). Кто не затрепещет, слыша, как говорит Иезекииль: Испущу ярость Мою на тя, и отмщу тебе по путем твоим, и дам на тя вся мерзости твоя. Не пощадит око Мое на тя, и не помилую. И познавши, яко Аз Господь (Иез. 7:3–4,9). Кто не сокрушится, слыша, как Даниил ясно описывает день страшного суда такими словами: Зрях, дондеже престали поставишася, и Ветхий денми седе, и одежда Его бела аки снег, и власы главы Его ахи волна чиста, престол Его пламень огненный, колеса Его огнь палящ. Река огненная течаше, исходящи пред Ним: тысяща тысящ служаху Ему, и тмы тем предстояху Ему: судище седе, и книги отверзошася (Дан. 7:9—10), ясно, что [отверзошася] дела каждого. И опять: Видех во сне нощию, и се на облацех небесных, яко Сын человечь идый бяше, и даже до Ветхого денми дойде, и пред Него приведеся: И тому дадеся власть и честь и царство, и вси людие, племена, и языцы тому поработают: власть Его власть вечная, яже не прейдет, и царство Его не разсыплется. Вострепета дух мой в состоянии моем, аз Даниил, и видения главы моея смущаху мя (Дан. 7:13–15).

28. Кто не убоится, слыша, что говорит Давид: Единою глагола Бог, двоя сия слышах: зоне держава Божия, и Твоя, Господи, милость, яко Ты воздаси комуждо по делом его (Пс. 61:12–13). И опять, что говорит Екклезиаст: Конец слова, все слушай: Бога бойся, и заповеди Его храни, яко сие всяк человек: яко все творение приведет Бог на суд о всяком погрешении, аще благо и аще лукаво (Еккл. 12:13–14).

29. Кто не задрожит от страха, слыша подобное и от Апостола, говорящего: Всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое (2 Кор. 5:10). Кто же не будет оплакивать неверие наше и слепоту души нашей? Потому что слыша все это, мы не раскаиваемся и не рыдаем горько о таком нерадении и беспечности нашей. Предвидя их, Иеремия сказал: Проклят (человек) творяй дело Господне с небрежением (Иер. 48:10). Если бы мы имели заботу о спасении душ наших, то вострепетали бы от слов Господа и поспешили бы исполнить заповеди Его, которыми мы спасаемся. Но мы, слыша Господа глаголющего: Входите тесными вратами, ведущими в жизнь (Мф. 7:13–14), предпочли путь широкий и просторный, ведущий к погибели. Поэтому и услышим, когда Он придет с небес судить живых и мертвых: Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (Мф. 25:41).

30. И услышим это не только как творящие злое, но и как нерадеющие о благом и нелюбящие ближнего. Если мы сотворим худое, то как выдержим день тот, будучи в столь нерадивом расположении [души]? Кроме того, древним сказано через Моисея: Не прелюбодействуй, не укради, не убий и так далее. А Господь, зная, что христианину для совершенства недостаточно только соблюдения этого, сказал: Ибо, говорю вам, вели праведность ваша, не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное (Мф. 5:20). Поэтому и до, и после [этих слов] Он заповедывал освящение души, которой освящается и тело, и чистую любовь ко всем людям, через которых мы можем стяжать любовь к Нему Самому. И, как часто говорилось, образец этому Он подал в Себе Самом вплоть до смерти и в учениках Своих.

31. Какое оправдание будет нам в день тот, имея такой образец и пребывая в таком нерадении? Иеремия, оплакивая нас, удостоившихся такой благодати, но столь нерадиво расположенных и, более того, преисполненных всякого зла, говорит: Кто даст главе моей воду, и очесем моим источник слез; и плачуся день и нощь (Иер. 9:1). Я слышу, как о нас говорит и Моисей: Яде Иаков и насытися, и отвержеся возлюбленный: уты, утолсте, разшире: и остави Бою сотворшаго его, и отступи от Бога Спаса своего (Втор. 32:15). И как рыдает [о нас] Михей, говоря: Улюте мне душе, яко погибе благочестивый от земли, и исправляющая в человецех несть; …кийждо ближняго своего озлобляет озлоблением, на зло руки своя уготовляют (Мих. 7:2–3). Равным образом и Псалмопевец о нас говорит: Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный, яко умалишася истины от сынов человеческих (Пс. 11:2).