За порогом жизни, или Человек живёт и в Мире Ином - Инна Волошина

юношу она превозносила, считая его чуть ли не идеальным мужчиной…

Более серьёзно я не вмешивался в её жизнь, лишь просматривал и изменял некоторые мелкие ситуации… Я чувствовал себя в ответе за изменения в её жизни, и наблюдал лишь за обновлёнными вариантами ситуаций, которые изменяли Учитель и Марк.

Так была просмотрена вся её жизнь. Как долго мы этим занимались — не знаю, но когда видения исчезли, и я открыл глаза, женщина всё ещё стояла, преклонив колени.

Марк подошёл к ней, указывая нам жестом, чтобы оставались на месте, и обратился к женщине:

— Закрой глаза. Смотри и запоминай.

Через какое-то время женщина поднялась с колен, опираясь на руку Ведущего, и повернулась лицом к Марку.

— Ты всё хорошо просмотрела и запомнила? — спросил Марк, чеканя слова.

— Да, — ответила твёрдо женщина.

— Желаешь ли просмотреть некоторые ситуации ещё раз?

— Нет, — также твёрдо и уверенно прозвучал ответ.

— Ты готова к переходу?

На лице женщины отобразилось волнение, казалось, в короткий миг её охватила масса чувств. Но, овладев собой, она чётко произнесла:

— Да, я готова к переходу.

— Благословляю во имя Бога Святого, — осеняя крестом женщину и всё так же чеканя слова, проговорил Марк.

Затем Марк, Ведущий, который стоял рядом с женщиной, и сама идущая на Землю в один голос произнесли:

— Аминь!

От вида этой церемонии у меня мурашки пробежали по телу. Я даже как-то непроизвольно вздрогнул. Я посмотрел на Учителя, тот был спокоен, видимо для него происходящее было знакомо.

В это время Марк и Ведущий взяли за руки женщину и подошли к самой воде. Марк стоял с одной стороны от женщины, Ведущий — с другой. Они внимательно следили за ней, она же сделала ещё несколько небольших шагов в воде так, что ноги её были по щиколотки омыты водой. Стоя вот так, она подняла руки к лицу, откинула прядь выбившихся из туго заплетённой косы волос и наклонилась к воде.

Я стоял немного сбоку от неё и мог видеть, что она делает. Женщина зачерпнула в пригоршню воды и умыла лицо, затем ещё несколько раз зачерпывала воду и пила её с жадностью. Я видел, как её качнуло в сторону, но она удержалась на ногах, и тут к ней подошёл Ведущий. Поддерживая, он увлёк её за собой.

— Удачи в пути! — пожелал им вслед Марк.

— Благодарю! — отозвался Ведущий, уводя за собой покорно идущую женщину.

— Куда они идут теперь? — поинтересовался я.

— Сейчас они держат путь к месту, называемому в Долине Перехода Лобное.

— Что это значит?

— Это место, с которого душа сходит на Землю и соединяется с телом в момент рождения ребёнка.

— А как совершается этот переход?

— Ты хочешь спросить, что испытывает душа в этот миг? — уточнил Марк.

— Да.

— То же самое, что и при уходе в этот мир на девятые сутки. Происходит движение по некоему тоннелю, только теперь в обратном направлении — к Земле, а не от неё.

— Что происходит при соединении тела и души?

— О, Николай, я не смогу ответить на этот вопрос, так как не знаю и сам. Всё, что могу сказать, — соединение тела и духа — Таинство Божие.

Пока мы разговаривали, Учитель не вмешивался в нашу беседу. Наступила небольшая пауза, и Учитель спросил:

— Мы можем уйти?

— Да, конечно. Благодарю за помощь. И вот ещё что, — глядя на меня продолжил Марк, — Николай, хорошо запомни событие этого дня. Придёт время, и тебе придётся деталь за деталью восстановить в памяти всё, происходящее сегодня.

— В день, когда я буду идти этим путём?

— Нет. Ты вспомнишь это не для себя, для других. Более ничего не могу тебе сказать. А теперь можете возвращаться.

Не прощаясь и не говоря более друг другу ничего, мы разошлись в разные стороны.

Учитель шёл, задумавшись, я не прерывал его мыслей. Мне было на что посмотреть здесь. Хотя бы само Озеро! Оно вызывало во мне неописуемое восхищение… Я любовался игрой света и волн. Мы шли вдоль Озера по берегу. Моё внимание привлёк крик, тонущий в общем шуме разливающемся в воздухе. Голос показался мне знакомым. Оглянувшись, я увидел… и замер… Двое мужчин в белых одеждах, как у Марка, буквально волоком по земле тянули к воде Шарля!..

— Учитель! — окликнул его я. — Учитель, смотри! Это же Шарль, твой подопечный!

Учитель подошёл ко мне, и мы вместе смотрели на происходящее чуть наискосок от нас.

Шарль извивался и кричал что-то нечленораздельное. Его вопли более походили на рёв раненого животного. И вот они все трое в воде. Видимо, Шарля заставляют пить, а он отчаянно мотает головой, не желая касаться лицом воды. Тогда один из державших его мужчин наклонился к нему и свободной рукой умыл его лицо. Но и после этого Шарль отказывался пить воду. Всё тот же мужчина, что и умывал его, положив руку на голову Шарля, несколько раз с силою опустил её в воду, задерживая в воде ненадолго. И вот Шарль, а он стоял на коленях в воде, ослаб и коснулся воды лицом, видимо стал пить сам. Затем его подняли на ноги, и, пошатывающегося, один из державших его мужчин повёл в сторону от Озера. Они уже затерялись среди людей, а я, всё ещё поражённый увиденным, стоял и смотрел вдаль.

— Идём, Николай, — тронул за руку меня Учитель, желая вывести из состояния прострации, — идём, ну сколько ещё можно здесь стоять?

Не говоря Учителю ни слова, я всё же пошёл за ним. Так мы в молчании дошли до развилки дорог.

— Николай, ты хочешь вернуться домой?

— Нет, Учитель, я давно не видел тебя, мне хочется побыть с тобой, поговорить. Если, конечно, ты не занят, то можно отправиться к тебе.

— Что ж, ко мне, значит ко мне.

Он взял меня за руку. Миг, и мы у его небольшого домика. Войдя в дом, Учитель прошёлся по комнатам, определив:

— Дважды приходил Николос. Наверное, что-то случилось. Хотя странно, что он ничего не оставил. Навещу его завтра. Я совсем выбился из сил, — и он подошёл к шкафчику, в котором держал кое-что из непортящихся продуктов.

Осмотрев критичным взглядом полочки, он констатировал:

— Не мешало бы сходить на рынок, но я устал…

— Учитель, то, что я брал с собой в дорогу, почти цело. Я устал и голоден. Надо поддержать силы.

Пока я ходил за сумой, Учитель быстро приготовил напиток, взболтав сироп с водой. Мы плотно поели. Я почувствовал, как уходит от меня некое напряжение, сменяясь чувством удовлетворения. Вставать из-за стола не хотелось. Мы