Лю Юй - Секреты китайской медитации.

Поскольку я опасался того, что вы можете не знать, как проводить тренировку, я говорил в течение последних двух дней о цели медитации во время чаньской недели, а также о ценности этого метода, изобретенного нашей школой и о том, как нужно прилагать усилия.

Наш метод состоит в углубленной концентрации исключительно на хуа-тоу, которую не следует прерывать ни днем, ни ночью, так же, например, как следует останавливать бегущий поток – концентрация должна быть одухотворенной и ясной, и никогда не должна расплываться. Она должна быть четкой и постоянно осознанной. Все мирские чувства и высокие интерпретации должны быть отсечены ею. Один древний Учитель сказал:

Вы изучайте истину, как если бы вы крепость защищали,

Которую штурмует враг, а вам ее любой ценою нужно удержать.

Когда до косточки мороз свирепый не проймет,

То сливовый цветок откуда аромата наберется?

Эти четыре строчки написаны Учителем Хуан-бо и имеют два значения. Первые две строчки описывают тех, кто практикует Чань и кто должен прочно удерживать хуа-тоу, таким же образом, как защищают крепость, в которую не должен проникнуть никакой враг. Это непреклонная защита крепости.

У каждого из нас есть ум восьмого сознания (виджняна), а также ум седьмого, шестого и первых пяти сознании. Первые пять – это пять воров в виде глаза, уха, носа, языка и тела. Шестое сознание – это вор в виде ума (манас). Седьмое – это обманчивое сознание (клиста-мано-виджняна), которое с утра до вечера ухватывает восьмое сознание, "субъект", и принимает его за "эго". Оно побуждает шестое вести первые пять по пути поиска внешних объектов таких, как форма, звук, запах, вкус и прикосновение. Будучи постоянно обманываемым и связанным, шестое сознание-ум находится в рабстве и неспособно освободиться. По этой причине мы должны прибегать к этому хуа-тоу и использовать его "Драгоценный Меч Царя Ваджры". Он поразит всех этих воров и позволит восьмому сознанию превратиться в Великое Зеркало Мудрости, седьмому – в Мудрость Равенства, шестому – в Глубокую Наблюдающую Мудрость, а первым пяти сознаниям – в Совершенствующую Мудрость{61}. Первостепенно важно сначала преобразить шестое и седьмое сознания, так как они играют ведущую роль и обладают силой разделения и различения. В то время как вы видели пустоту и светозарность и сочиняли стихи и гатхи, эти два сознания осуществляли свою вредную деятельность. Сегодня нам следует использовать это хуа-тоу для преобразования дискриминирующего сознания в Глубокую Наблюдающую Мудрость, а ум, который проводит грань различия между эго и личностью – в Мудрость Равенства. Это называется трансмутацией сознания в мудрость и преобразование мирского в святое. Важно не позволять этим ворам, любящим форму, звук, запах, вкус, прикосновение и дхарму, нападать на нас. Поэтому это уподоблено защите крепости. Две последние строчки:

Когда до косточки мороз свирепый не проймет,

То сливовый цветок, откуда аромата наберется?

символизируют живые существа в трех мирах существования{62}, которые поглощаются океаном рождения и смерти, привязаны к пяти желаниям{63}, обмануты своей страстью, и не способны достичь освобождения. Отсюда цветок сливы, используемый в качестве иллюстрации, так как эти сливовые деревья распускают свои цветы в снежную погоду. Как правило, насекомые и растения рождаются весной, подрастают летом, остаются в устойчивом состоянии осенью и в спячке зимой. Зимой насекомые и растения либо умирают, либо остаются в спячке. Снег также удерживает пыль, которая в силу холода не может подняться в воздух. Эти насекомые, растения и пыль уподоблены ложному мышлению нашего ума, различению, неведению, зависти и ревности, являющимся следствием заражения этими ядами{64}. Если мы избавимся от этих нечистот, наш ум станет естественно спокойным, и аромат цветения сливы распространится, несмотря на снег. Но вам следует знать, что эти сливовые деревья цветут в сильный мороз, а не во время чудесной светлой весны на нежном свежем ветерке в хорошую погоду. Если мы хотим, чтобы расцвели цветы нашего ума, мы не можем ожидать, что это случится в разгар удовольствия, гнева, печали и радости или тогда, когда мы удерживаем понятие эго, личности, добра и зла. Если мы в замешательстве относительно этих восьми состояний ума, результат будет непредсказуем{65}. Если совершаются дурные поступки, результат будет дурным. Если совершаются хорошие поступки, результат будет хорошим.

Существует два вида не прогнозируемой природы: разновидности грез и мертвой пустоты. Не прогнозируемая природа грез относится к области вещей иллюзорных, появляющимися в сновидениях и не связанных с хорошо известной ежедневной деятельностью. Это состояние независимого ума-сознания (мано-виджняна){66}. Оно также называется независимым не прогнозируемым состоянием.

А что такое не прогнозируемая мертвая пустота? В нашей медитации, если мы потеряем из виду хуа-тоу, пребывая в неподвижном покое, мы попадаем в неясную пустоту, в которой нет ничего. Тяготение к такому состоянию неподвижности представляет собой чаньскую болезнь, с которой никогда нельзя заключать сделку, занимаясь практикой. Это и есть не прогнозируемая мертвая пустота.

Нам следует весь день удерживать, не ослабляя хватки, хуа-тоу, которое должно быть живым, ярким, незамутненным и ясным, и постоянно узнаваемым. Такое состояние должно сохраняться независимо от того, идем мы, или сидим. По этому поводу один древний Учитель сказал:

"Когда идешь, нет ничего – лишь Чань,

Когда сидишь, нет ничего – лишь Чань.

Тогда в покое тело, и неважно,

Ты говоришь при этом, иль идешь".

Праотец Хань-шань сказал:

Высоко на вершине горы

Виден лишь безграничный простор.

Как в медитации сидеть, никто не знает.

Сияет одинокая луна над озером прохладным,

Но в озере самом нет никакой луны.

Луна в синем небе ночном.

И теперь эту песню поют,

Но в ней не содержится Чань.

Вы и я должны быть объединены единой целью, вот почему мне представилась возможность обратиться к вам по поводу чаньской практики. Я надеюсь, вы приложите все силы и достигнете заметного прогресса, и не будете неверно использовать свой ум.

Я расскажу вам еще одну историю, гун-ань (или коан по-японски). После того, как основатель монастыря Си-тань (Сиддхам на санскрите.) на горе Петушиная Ступня (Цзи-цзу) покинул дом, он посещал, в качестве ученика, Просветленных Учителей и добился очень хороших результатов в своей практике. Однажды, он остановился в одной гостинице, и услышал, голос девушки, доносившийся из магазина, торгующего бобовым солодом. Она пела такую песню:

Бобово-солодовый Чжан, бобово-солодовый Ли!{67}

Когда вы головою прикасаетесь к подушке,

Одолевают мысли тысячами вас,

Но завтра снова вы пойдете бобовый солод продавать.

Учитель сидел в это время в медитации, и, услышав эту песню, он достиг мгновенного просветления{68}. Это показывает, что, когда древние практиковались, то для постижения истины не было необходимости этим заниматься в чаньском зале.

Самореализация и тренировка сводятся к сфокусированному Уму. Так что все вы, пожалуйста, не позволяйте уму отклоняться в стороны, если не хотите тратить время зря. В противном случае, завтра утром вы снова будете торговать бобовым солодом{69}.

Об этом методе самореализации можно сказать, что он одновременно и легок, и труден. Он легок потому, что он, действительно, легок. Он труден потому, что он, действительно, труден.

Он легок потому, что вам нужно всего лишь отбросить всякую мысль, иметь твердую веру в него [в метод] и достичь непрерывного ума. Все это приведет вас к успеху.

Он труден потому, что вы боитесь испытывать трудности и хотите чувствовать себя комфортно. Вы знаете, что многие мирские профессии также требуют изучения и тренировки, после которых только и может быть достигнут успех. Изучение и тренировки еще более важны, когда мы учимся у мудрецов и патриархов, чтобы стать Буддами. Можем ли мы достичь цели, если будем небрежны?

Поэтому первым делом нужно иметь целеустремленный ум в нашей практике самореализации и постижения истины. В этом деле мы не можем избежать препятствий, создаваемых демонами. Эти демонические препятствия представляют собой внешнее кармическое окружение, вызванное нашим страстным влечением ко всякого рода форме, звуку, запаху, вкусу, прикосновению и дхарме (здесь в значении любой абстрактной или конкретной вещи), перечисленными в моей вчерашней беседе. Это кармическое окружение – наш враг с рождения до смерти. По этой причине существует много дхарма-учителей, занимающихся толкованием сутр, которые не могут стоять твердо на своих собственных ногах, находясь в гуще этого окружения. Это объясняется тем, что их религиозный ум неустойчив{70}.