Большая книга Шамана - Владимир Павлович Серкин

все рекомендации. Он изменился довольно быстро (за три-четыре месяца) и весьма неожиданно. Наверное, неожиданно и для себя самого.

– З.: И как же мне начать?

– Ш.: Начни с малого. Спланируй изменения.

– Тысячу раз я это делал, ничего дельного не планируется.

– Ты ни разу не выполнил ритуал[86] планирования.

– Может, ты, о мудрейший, расскажешь мне сей древний ритуал?

– (Шаман не реагировал на иронию.) Прежде всего сходи в баню и сделай себе аккуратную модную прическу.

– Это зачем?

– Потом купи себе модные хорошие туфли. Есть деньги?

– Есть – есть.

– Если денег нет сейчас, помой и почисть эти.

– Очень интере-е-есный ритуал!

– Купи себе хороший фирменный одеколон, ручку «Паркер» и хорошей, лучше финской, бумаги.

– О, ближе к делу.

– Чисто вытри стол, положи на него пачку бумаги и ручку «Паркер».

– Ну, вы совсем утрируете.

– Надень новые туфли, глаженые брюки, свежую рубашку, сбрызни новую прическу одеколоном, выключи телефон, убери часы и сядь за стол не менее чем на полтора часа.

– Это действительно ритуал. Вы не смеетесь?

– Возьми из пачки лист и напиши на нем «Паркером» сверху «Планирование реальных действий».

– Вы смеетесь.

– Через две минуты тебе захочется вскочить и побежать по своим неотложным делам. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.

– Что это даст?

– Еще через две минуты тебе захочется записать твои творческие озарения. Отбрось их, как и предыдущую суету. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.

– Что мне думать о линии жизни?

– Еще через две минуты ты поймаешь себя на том, что думаешь о посторонних вещах. Отбрось и эти мысли. Продолжай сидеть и думать о линии своей жизни.

– И что это даст?

– Несколько раз тебе придется отбрасывать посторонние мысли и спокойно возвращаться к мыслям о линии жизни.

– Так что это даст?

– Ты когда-нибудь делал так?

– Нет.

– Эта новая для тебя практика – начало культурного действия планирования.

29.10.00

Когда знакомый ушел «в баню», я спросил Шамана:

– Ты считаешь, что он больной?

– Это – больше по твоей части. Сейчас он – социопат. Но у него есть воля.

– Как ты это увидел?

– Приучайся и ты под слоем случайного и мелкого видеть существенное в человеке.

– Почему именно две минуты на мысли?

– Ты же рассказывал мне про свои опыты о произвольном усилии[87].

– Твои рекомендации похожи на методики Гурджиева.

– Я сам – Гурджиев. (Шаман захохотал.)

– То есть ты – как Гурджиев? (Хохочем вместе.)

07.10.00

Октябрь теплый, но Шаман говорит, что зима будет холодная. Еще идет дождик, снег выпадал два раза и стаял. Мы шли дворами улицы Шандора Шимича, когда нас необычно окликнули: «Эй, старые!» Оклик меня удивил. Никто из незнакомых не дает моих лет, а определить возраст сильного жилистого Шамана, да еще в темноте, практически невозможно.

Подбежали три крупных молодых человека и стали требовать деньги («лавэ» на их сленге). Не страшно. Мои друзья юности куда круче. Шаман сказал им, куда идти, и звякнул своей сантехнической сумкой. Увы, «не понимающим советов нельзя помочь[88]». Один из них замахнулся на Шамана и получил страшный удар разводным ключом по уху. Он поднес руки к голове и молча упал лицом вперед. Все происходило в полной пронзительной тишине. Даже собаки вдалеке перестали лаять. Тишину нарушил топот одного из убегавших бандитов. Потом я услышал снизу голос третьего: «Не бей! Не бей!» Однако Шаман размахнулся вновь, и я сморщился от страшного хруста разбиваемых зубов. Бандит всхлипнул и затих.

Молча долго шли под дождем домой, не упоминая об автобусе. Знал я, что Шаман решителен и рационален, но одно дело знать… Шаману и в голову не приходило обсуждать происшедшее, а я не мог не обсудить.

– Как другой оказался на земле?

– Сам упал от страха.

– Зачем ты его ударил?

– Он был в естественном беспределе. Никто его не остановил до меня.

– Будет бояться из-за боли?

– Теперь знает, что любой человек может вдруг обернуться «своею азиатской рожей».

– Знаешь Блока?

– Знакомы.

– Он не с тебя писал «Скифов»?

– Нет. С тебя. (Шаман, пожалуй, впервые, не игнорировал иронию, а вернул мне.)

– (Мне пришлось отшучиваться самому.) Да я тогда был еще в виде очень малой вероятности.

– Блок и писал вероятности.

– Почему эти поэты умирали так рано?

– Дух покидал их.

– Как это?

– Дух иногда покидает человека еще до физической смерти.

– Почему?

– Уже говорил тебе. Потому что человек направлен на отношения с окружающими настолько, что забывает о своем Духе. У хороших поэтов Дух особенно нетерпим.

– Что происходит с такими людьми?

– Ничего. Доживают. Даже спокойнее.

– А самоубийства поэтов?

– Некоторые, почувствовав, что Дух покинул их, не могут этого вынести.

– (Не поняв, шутит Шаман или нет, я вернулся к разговору об обществе.) Думал, что общество тебе безразлично.

– Лучше думай о смыслах таких, как ты.

– Так небезразлично общество?

– …на это общество. Просто взбесившиеся звери должны избегать нас.

– Могут посадить за такое.

– Это – вряд ли.

07.10.00

Шок не проходил. Шаман рассуждает об этом случае, не отрываясь от шитья. Так же как, например, о лекарственных растениях.

Понятно, что найти нас невозможно. Дождь, темнота. Они не успели нами заинтересоваться настолько, чтобы вглядеться. Но оклик был удивителен.

– Как они узнали наш возраст?

– Были в измененном состоянии сознания.

– Наркотики?

– Да, что-то новое.

– Наркотики могут повышать остроту восприятия?

– Все связано. Такое повышение остроты опасно.

– Чем?

Ночной Магадан 2

© Фото А. Шафранова

– В нормальном состоянии им в голову не пришло бы окликать нас. Инстинкт самосохранения заставил бы не обращать внимания. А так старый инстинкт не уследил за новым восприятием.

– Убежавший даст показания?

– У него инстинкт более развит. В обычном состоянии человек очень смутно помнит о необычном.

– Не хочу спрашивать. Ты убил первого?

– Это вряд ли.

– А мог бы?

– Я воевал.

– Наверное, ты воевал очень эффективно?

– Тогда был обычным бойцом и мечтал, как все.

30.10.00

Понимаю, что подготовка Шамана к отъезду завершается. Документы есть, одежда есть, денег он заработал за месяц больше, чем я за три, дав весьма специфическое объявление о ремонте сантехники. Начало нового цикла обеспечено заменой ванн и унитазов. Шаману все равно. Он говорит, что я вижу символизм не там, где он есть.

С ним не чувствуешь себя комфортно, скорее общение с ним проблематизирует то, что называется «личностью». Но с ним чувствуешь, как растет твое понимание мира и что-то, что будет после личности. Об этом пока непривычно думать, так как это не посвящено отношениям с людьми. Неизвестно, увидимся