На границе миров. По ту сторону дверного проема - Светлана Третьякова

что бы там ни говорили люди. Это дело каждого человека, верить или нет, у каждого человека есть право выбора. Я выбрала бессмертную душу, и я думаю, что все, что происходит со мной в этой жизни, является доказательством ее существования. Может, для кого-то это звучит как бред сумасшедшего или просто фантастические истории, но те, кто столкнулся с этим напрямую, думают иначе, потому что это была их жизнь, их чувства и эмоции, это была их реальность.

История, которую я хочу рассказать, — это первый трансовый опыт в моей жизни. Семь дней подряд я входила в измененное состояние сознания, чтобы помочь одному человеку вернуться к жизни.

У моей подруги Ванессы случилась беда: ее молодой человек попал в аварию, удар был настолько сильным, что у него, помимо множественных переломов, сильно пострадали легкие. Его состояние было очень тяжелым, он находился в коме. Врачи не давали никаких прогнозов, все зависело от самого пациента, захочет ли он жить.

Горе было невыносимым и для его родителей, и для моей подруги. Вдруг мне в голову пришла мысль: «А что, если я смогу поговорить с молодым человеком, помочь ему вернуться?» Я рассуждала так: «Я знаю, что душа существует и она живет вечно, поэтому я могу попытаться с ней поговорить даже тогда, когда человек в коме или спит». Я закончила свой трудовой день и шла домой, и в этот момент мне захотелось его позвать.

«Илья, Илья, поговори со мной», — мысленно позвала я его.

«Илья, ответь мне, я вызываю тебя», — снова позвала я его. Я звала его то мысленно, то даже вслух, но в ответ тишина.

Мой путь до дома составлял около двух кварталов, и все это время я неустанно звала его по имени. Около пятнадцати минут я кричала в пространство, но в ответ тишина. Я уже подошла к своему дому. «Ну вот и все, проект не удался. Нет, это не работает. Кто я такая, и вообще тут нужен гипноз», — подумала я и направилась к подъезду, как вдруг в голове я услышала знакомый голос.

― Привет, что хотела? — это был голос молодого человека.

Я была в недоумении. «Я разговариваю сама с собой», — подумала я.

― Что хотела? — уже громко сказал голос.

― Я хочу поговорить с Ильей, — вслух сказала я.

― Я тебя слушаю, что хотела? — сказал голос.

«Нет, это мой мозг со мной разговаривает, это не он», — подумала я.

― Ты зачем меня вызывала? — раздраженно спросил молодой человек.

В этот момент я подумала: «Вот она пришла, душа». Это действительно был голос Ильи.

― Мы все переживаем за тебя, твоя мама приехала, — говорила я мысленно.

― И что ты хочешь? — возмущенно спросил Илья.

― Я хочу, чтобы ты вернулся к нам, мы тебя любим, мама тебя любит, твоя девушка тебя любит, и я тебя люблю, — сказала я.

― А ты тут при чем? — спросил он с недоумением.

― А я… я за компанию. Возвращайся, пожалуйста, — говорила я мысленно, но уже жалобным тоном.

― Мне пора, — сказал молодой человек.

― Куда тебе пора? — спросила я.

― У меня много работы, ты меня отвлекаешь, — ответил Илья.

― Какая у тебя там работа? Какая работа, ты здесь нам нужен! — кричала я.

― Мне пора, — сказал он, и голос исчез.

Вдруг где-то там, в голове, я увидела себя стоящей в сером тумане, в руках у меня было что-то похожее на микрофон. Мой голос громко разливался в туманном пространстве, вокруг меня стояли люди, много людей. Они смотрели на меня как на диковинку, один молодой человек, явно немного не в себе, кричал мне в правое ухо, я аккуратно отстранялась от него, но он снова приближался и кричал мне в ухо «ал-ля-я, аля-я, ал-ля», при этом тряс головой, как помешанный. Люди были не цветные, не яркие, один молодой человек, похоже, военный, подошел ко мне и представился, при этом взяв под козырек:

― Я Павел Иванов.

― Очень приятно. Павел Иванов, — ответила я.

Один дедушка высокого роста с белыми волосами и ухоженной бородой, как Дед Мороз, подошел ко мне и сказал:

― А я из Семеновских.

― Мне очень приятно, — ответила я.

Помешанный продолжал мне кричать в ухо, но никто не обращал на него внимания, все смотрели на меня.

― Илья! — крикнула я в пространство, но его там не было. Я еще какое-то время простояла в туманном пространстве, внимательно разглядывая людей, которые меня окружали.

― Все, до свидания, мне пора идти, — сказала я, но куда идти и как, я не понимала.

― Трансляция окончена, — сказала я и выключила микрофон. После того, как я нажала кнопку на микрофоне, мое сознание очнулось. Я стояла около дома.

«Хорошо, что вокруг никого не было», — подумала я.

Что это было за место? Я была одна в том туманном пространстве, одна-одинешенька, как будто попала в чужую страну без денег и паспорта.

«Ничего не получилось», — подумала я и пошла домой, как вдруг…

― Ты еще здесь? — запыхавшимся голосом произнес молодой человек.

― Илья, да, я здесь! — с изумлением и восторгом крикнула я.

― Я так жрать хочу, — возбужденно сказал он.

― Так возвращайся. Ванесса тебе приготовит любимые котлеты и сварит твой любимый борщ, возвращайся, — говорила я, воодушевленная его появлением.

― Не знаю, я подумаю, — сказал молодой человек.

― Что значит — подумаю, тебя что, там держат? — спросила я.

― Никто меня не держит, просто много работы, я подумаю, — буркнул Илья.

― Возвращайся, пожалуйста! — кричала я, но мне уже никто не ответил.

Мне кажется, наш разговор был недолгим, а может, мне просто показалось. Я позвонила подруге, и первое, что я ей сказала: «Готовь борщ и котлеты. Илья завтра очнется». Я ей все рассказала, и этот человек мне поверил, она действительно в полдвенадцатого ночи варила борщ и жарила котлеты, она верила мне безоговорочно.

Рано утром раздался телефонный звонок, это была моя подруга: «Илья очнулся». Он был около двух недель в коме с искусственной вентиляцией легких, без каких-либо гарантий на улучшение, и вот он очнулся.

― А что делать с котлетами и борщом, ему же нельзя есть? — спросила она.

Я об этом даже не подумала, я просто передавала информацию и просьбу. «Мы их сами съедим и поблагодарим хозяйку за вкусный обед», — предложила я. Ванесса пригласила меня и маму молодого человека к себе домой, и мы провели время вместе. Мы сидели и думали,