Джон Лилли - Парный циклон (фрагмент)

У большинства пар существуют проблемы в сфере денежной, секса, влияния. Каждую из них необходимо исследовать с критической честностью, а основные предписанные программы — системы убеждения обоих партнеров в паре — следует критически изучить. Мы с Тони не вполне исследовали свои системы убеждений в этих сфеpax. Мы подходим к этому постепенно, осторожно и тактично.

Оба мы были свидетелями гибели своих прежних браков вследствие отсутствия сообщения между нами и нашими партнерами в этих критических сферах человеческих усилий. Мы открыто обсуждаем — на каких основаниях следует тратить средства. Мы изо всех сил стараемся выявить скрытые факторы, если замечаем их действие в себе.

Мы работаем также над сексуальными проблемами, возникающими между нами или же между нами и другими, сколь возможно искренне, честно и тактично. Мы исследуем наши убеждения в этой области между собой, и пришли к удовлетворительному образу действия в этой конкретной сфере.

Влияние в паре выражается вопросом, который мы задаем друг другу: «Кто кого программирует?» В дополнение мы спрашиваем: «Кто кем очарован?» Отчего возникло очарование с этим конкретным лицом? Мы исследуем наши общественные отношения с другими на этом основании.

Временами мы вынуждены защищать свою индивидуальную инициативу, а иной раз — защищать инициативу пары пред лицом противодействия извне. Мы всегда задаем критический вопрос: «Отчего в какой-то конкретной ситуации мы были обмануты какими-то предположениями, планами и денежными затратами, исходящими от того или иного лица?»

На своем жизненном пути мы много раз встречали необычных молодых людей. Мои книги привлекли к нам внимание многих, прочитавших их и полагающих, что они могут к нам приехать, разыграть свои специфические

драмы, а мы будем их исцелять.

Это приводило ко многим юмористическим ситуациям. Мы выработали способы обращения с такими ситуациями с помощью тех, кто с нами был и работал. Некоторые поступали так, будто мы — какая-то общественная собственность, и пытались воспользоваться нашим домом как своим личным театром для разыгрывания своих драм. Люди как-то пытались переложить на нас свой путь. Мы медленно, но верно находили контрмеры против такого рода событий.

Оба мы понимаем, что сострадание не есть жалость и что высшее сострадание состоит в том, чтобы научить тем урокам, которые необходимо выучить другим, и научиться из тех уроков, которым они учат нас, сознательно это с их стороны или не сознательно.

Общение с молодым поколением и их учениями, по-моему, является огромным источником энергии для Тони, для меня и для нашей пары. Молодежь хочет учиться. Они учат по-новому. Те, кто склонен учиться у нас, имеют огромный источник нового творческого дара.

Наша политика состоит в старании повысить собственную инициативу нерешительных юнцов. Показать им (путем работы с ванной и участием в их планах), что они располагают в себе всем необходимым для того, чтобы преуспеть на планетарном пути в своей внутренней дисциплине интеллекта и в своих духовных устремлениях.

Мы стараемся раскрыть их инициативу и свою инициативу в новых областях. Такое общение с более молодым поколением было и остается взаимно полезным, так что мы чрезвычайно обнадежены и как-то оптимистично смотрим на будущее младшего поколения.

Мы понимаем, что имеем дело с очень избранной моделью и что она не является достаточно всеобщей для США. Мы надеемся, что те молодые люди, которые с нами контактировали, получили основательную пользу и сами станут вольными учителями-учениками.

Сущность методов, которыми мы пользуемся, можно вкратце выразить словами «взаимное обучение», при котором обучение — процесс взаимный. Иногда мы — учителя, а иногда — ученики, и это то и дело колеблется в ту или иную сторону.

После того как книга «Имитации Бога» была завершена, перешла в руки издателя, и в нашем распоряжении оказались гранки, наш друг Бургесс Мередит и джазовый музыкант Чарльз Ллойд решил организовать чтение пролога книги для аудитории колледжа. Мы слушали запись первого исполнения в колледже «Санта Ана». Это вдохновило нас на работу над театральной пьесой.

Бургесс показал нам, что декламация с музыкой — могучий способ передачи идей аудитории; эти соединенные искусства побуждали аудиторию к пониманию этих идей. Сочетание музыки и рассказа оказалось могучей силой в передаче как чувств, так и смысла молодой аудитории.

Как-то само собой мы с дочерью Тони Ниной решили создать танцевально-музыкально-декламационную пьесу, на основе некоторых идей «Имитации Бога». Однажды утром я написал текст. Нина отыскала еще одну танцовщицу и начала переводить декламацию на темный язык танца.

Нина выбрала способного юного музыканта Дина Олча для написания музыки. С двумя другими музыкантами Дин начал сочинять музыку для театральной пьесы в сотрудничестве с танцорами.

Вначале я пытался быть чем-то вроде старомодного режиссера этой пьесы. От молодежи я вскоре научился, что эта часть нового поколения действует вовсе не так.

Тогда я отошел в сторону и наблюдал, спрятал свои режиссерские склонности и стал ждать развертывания группы.

По случаю открылась возможность сделать пьесу для Садового Фестиваля в Лос-Анжелесе, организованного Уорреном Христиансеном, другом Нины. Мы задумали пьесу, укладывающуюся в получасовое окно в этом фестивале.

Мне казалось, что пьеса никак не выйдет. Но на первом представлении она получилась так прекрасно, что я был переполнен теми высокими чувствами, которые это вызвало во мне, в аудитории, в танцорах и музыкантах. На первом публичном исполнении перед аудиторией УКЛА[8] я вдруг ощутил творческий потенциал, наличествующий у этой молодежи. Они отличаются своим порядком, который я теперь уважаю гораздо более, чем когда-либо ранее, пока не прошел через этот опыт.

Тони была продюсером, и со своим обычным умением спокойно и тактично облегчать отношения во всей группе сделала для нашей пары возможным вложить энергию и средства в этот проект. Некоторые прослушивания проводились в гостиной нашего дома; некоторые — в танцевальных студиях.

Тони наблюдала за моими действиями с молодежью и мягко указывала — в чем заключались мои проблемы в отношениях с другими. Она анализировала мою потребность в точности. Анализировала их потребность свободной связи, и я сумел наконец оставить свою тягу к безупречности и дать раскрыться дару подлинного творчества у этих молодых людей.

После этого я смог поддержать их инициативу и помогать им, когда они бывали в действительном затруднении, при котором нуждались в моей помощи. Я обнаружил, что они мягко критикуют синхронность моей декламации, что они просят пересмотреть что-то, когда это нужно с их точки зрения на пьесу.

Когда мне хотелось остановиться и дать им основную идею, они внимательно слушали, продолжали и создавали то, что соответствует этой конкретной философии. Я отметил необходимость обратной связи для объединения группы. Они организовали обратную связь и удовлетворяли этим требованиям, невзирая на огромные трудности в объединении группы на достаточное число прослушиваний.

Растущая согласованность в нашей паре сделала все это возможным; я был в состоянии принять критику Тони и ее «беспристрастное» наблюдение моего поведения и мог соответственно его изменять. (Я не хочу сказать, что довел этот образ действий до совершенства, но я продолжаю эту работу и учусь благодаря этому с помощью Тони).

Обратная связь от трех публичных представлений этой пьесы была очень благотворна для всех участников. Обеспечение всей группы костюмами было организовано Тони (в сотрудничестве с ее хорошей подругой Мэри Тейлор, которая также улучшила исполнение ее дочери, найдя все необходимое для этого).

Нина оказалась юным гением в деле организации групп и в том, чтобы добиться от них (включая и меня) соответствующего исполнения, которое я сначала и не считал возможным. Ее собственное исполнение в качестве танцовщицы поразительно. Она поистине удивительно и вдохновляюще сочетала свой танец с танцем другой танцовщицы.

Обратная связь с аудиторией показала нам, что мы создали нечто такое, что провело аудиторию через какой-то новый опыт, которого у нее не было прежде; те, кто подходил после исполнения, были явно крайне взволнованы им, а однажды испытали почти что религиозные переживания во время представления. (Во всех трех представлениях аудитория была глубоко взволнована — они молчали все представление и не аплодировали долго после окончания).

В 5-ом приложении мы даем текст — как он окончательно сложился из взаимодействия с группой — текст для чтения, указания к танцу и музыке, которые мы записывали по мере работы. Мы также даем вам философию, на которой основывается пьеса (как было преподнесено вам из краткого пояснения, которое распространялось в аудитории перед исполнением).