Жук. Таинственная история - Ричард Марш

Если они успели уехать на поезде, подготовьте экстренный для погони».

Через минуту мы опять были в кэбе. Я попытался убедить Лессинхэма и Атертона позволить мне продолжить преследование одному – тщетно. За Атертона я не беспокоился, но боялся за Лессинхэма. И не столько из-за ежеминутного ожидания срыва, сколько из-за того, что его вид, манеры и поведение, столь красноречиво свидетельствовавшие о крайнем психическом истощении и возбуждении, начинали действовать мне на нервы. Я предвидел надвигающуюся катастрофу. Мы стали свидетелями того, как один раз в этой трагедии пал занавес. Сомнений не оставалось, дальше будет хуже – гораздо хуже. Стоило отказаться от оптимистических надежд: нет, существо, которое мы преследуем, не вернет нам жертву целой и невредимой, – после всего виденного и слышанного нами рассчитывать на это не приходилось. Я мог с уверенностью заявить, что если надо будет действовать быстро и без колебаний, Лессинхэм скорее помешает нам, чем поможет.

Но нам была дорога каждая секунда, и раз Лессинхэм упорствовал, настаивая, что продолжит погоню вместе с нами, стоило попытаться свести ущерб от его присутствия к минимуму.

Перед нами чернел высокий свод Сент-Панкраса. Временами вспыхивали огни, отчего темнота становилась еще ощутимее. Вокзал пустовал. Поначалу я подумал, что внутри ни души и нас вызвали напрасно; придется, размышлял я, вернуться в участок с пустыми руками и продолжать расследование оттуда. Но как только мы, разрывая ночь и тишину гулкими шагами, свернули к кассам, открылась дверь. Из комнаты полился свет и раздался голос:

– Кто там?

– Моя фамилия Чэмпнелл. Вы получили сообщение от полиции Лаймхауса?

– Идите сюда.

Мы прошли в довольно уютный кабинет одного из железнодорожных инспекторов, крупного мужчины со светлой бородой. Он, будто в чем-то сомневаясь, окинул меня внимательным взглядом. Однако он мгновенно узнал Лессинхэма и снял перед ним фуражку.

– Кажется, вы мистер Лессинхэм?

– Это так. У вас для меня новости?

Я догадался, что инспектора поразила бледность его лица и дрожь в голосе.

– Мне приказали передать определенные сведения некоему мистеру Августу Чэмпнеллу.

– Я мистер Чэмпнелл. Что вам велели передать?

– Сведения об арабе, которого вы разыскиваете. Иностранец, одетый как араб, с большим тюком на голове взял три билета на полуночный экспресс в Халл.

– Он был один?

– Говорят, его сопровождал молодой человек очень подозрительной внешности. К кассам подходил один араб, однако ранее их заметили вместе. Араб сел в поезд первым, а через минуту-другую вслед за ним в купе вошел тот юноша. Они были в первом вагоне.

– Почему их не задержали?

– У нас не было ни полномочий, ни причин так поступить: ваше сообщение мы получили совсем недавно и не знали, что они разыскиваются.

– Вы сказали, что они купили билеты до Халла. Поезд проходит через сам город?

– Нет, он даже идет не туда. Частично он состоит из вагонов Манчестерского и Ливерпульского экспрессов, остальные вагоны отправятся в Карлайл. Поезд расцепят в Дерби. Вашему арабу придется сойти либо на станции в Шеффилде, либо в Кадворте и оттуда поехать в Халл утренним поездом. Там у них местная линия.

Я бросил взгляд на часы.

– Говорите, поезд отправился в полночь. Сейчас почти двадцать пять минут первого. Где он в данный момент?

– Приближается к Сент-Олбанс, будет на станции в двенадцать тридцать пять.

– Мы успеем послать в Сент-Олбанс телеграмму?

– Вряд ли. В любом случае, им с трудом хватит людей, чтобы встретить и проводить экспресс. Они будут заняты обычными обязанностями. Полицию вызвать не успеют.

– Вы можете послать туда телеграмму и просто узнать, находятся ли араб со спутником в поезде?

– Это сделать можно, безусловно. Если хотите, я пошлю ее прямо сейчас.

– Где следующая остановка?

– В Лутоне в двенадцать пятьдесят одну. Но там та же ситуация, что и в Сент-Олбанс. Понимаете, телеграмма дойдет, у них будет минут двадцать, но я не думаю, что в Лутоне ночью на ногах много служащих. В этих городишках на станциях, дай Бог, экспресс встречает один полицейский, а зачастую и того нет. А если полицейского нет на месте, пока его в столь поздний час вызовут и он доберется до вокзала, пройдет, вероятно, немало времени. Вот что я бы вам посоветовал…

– Что?

– В Бедфорде поезд будет в час двадцать девять – отправьте телеграмму туда. Там обычно народу много, к тому же полицию вызвать они наверняка успеют.

– Отлично. Я просил приготовить экстренный поезд. У вас все готово?

– Паровоз в ангаре, под парами, для отправки нам надо десять минут. Вот что я скажу: до прибытия экспресса в Бедфорд у вас остается пятьдесят минут. Бедфорд в пятидесяти милях отсюда. Если повезет, то прибудете туда одновременно с экспрессом… Мне приказать машинисту приготовиться?

– Немедленно.

Он принялся давать телефонные указания работникам ангара, а я тем временем поспешно написал пару телеграмм. Закончив говорить, инспектор повернулся ко мне:

– Они выезжают с запасной ветки: будут готовы меньше чем через десять минут. Я прослежу, чтобы пути были свободны. Где ваши телеграммы?

– Вот одна, в Бедфорд.

Я написал следующее:

«Арестуйте араба в поезде, прибывающем в час двадцать девять. Пассажир отбыл из Сент-Панкраса в переднем вагоне в купе третьего класса. С ним большой тюк, который следует задержать. У него два билета в Халл. Также задержите его спутника, одетого как бродяга. Это девушка в состоянии гипнотического транса, которую араб переодел и похитил. Пусть ее осмотрит врач. Доставьте ее в гостиницу. Все расходы будут возмещены, когда в экстренном поезде прибудет нижеподписавшийся. Так как араб может оказать сопротивление, приготовьте достаточные полицейские силы.

Август Чэмпнелл».

– Вот вторая. Наверное, слишком поздно отсылать ее в Сент-Олбанс, однако отправьте и туда, и в Лутон:

«Едут ли в поезде, отбывшем из Сент-Панкраса в полночь, араб с попутчиком? Если едут, не разрешайте им покидать вагон, пока поезд не прибудет в Бедфорд, где их уже ожидает полиция».

Инспектор быстро просмотрел обе телеграммы.

– Полагаю, все получится, как вы пишете. Пройдемте со мной: я и телеграммы сразу отошлю, и проверю, готов ли ваш поезд.

Поезд готов не был; не был он готов и спустя отведенные десять минут. Кажется, что-то случилось с приватным вагоном. Наконец нам достался обычный старомодный вагон первого класса. Однако, несмотря на задержку, время не было потеряно даром. Когда паровоз со своим единственным вагоном подходил к платформе, нам принесли какой-то конверт:

– Телеграмма из Сент-Олбанс.

Я вскрыл конверт. Все было кратко и по делу:

«Араб со спутником остались в поезде при отбытии. Телеграфирую в Лутон».

– Это хорошо. Теперь, если не