Вот так мы теперь живем - Энтони Троллоп

Мы здесь расплачиваемся – когда можем. Иногда не можем, и это пренеприятно.

Фискер еще раз простился с партнером и лордом, после чего отбыл в Сан-Франциско.

– Он неплохой малый, только совершенно не англичанин, – заметил лорд Ниддердейл по пути с вокзала.

Глава XI. Леди Карбери у себя дома

Все последние шесть недель жизнь леди Карбери состояла попеременно из ликования и отчаяния. Ее великий труд – «Преступные королевы» – вышел и удостоился большого внимания прессы. Далеко не все отзывы были лестные, и леди Карбери прочла о себе много жестоких слов. Несмотря на их дружбу, мистер Альф натравил на книгу самого зубастого из своих подчиненных, и тот разнес ее в клочки с почти бешеной злобой. Казалось бы, такой поверхностный труд не заслуживал столь пристального внимания. Ошибка за ошибкой разоблачалась с безжалостной дотошностью. Критик определенно знал историю как свои пять пальцев; указывая на погрешности в датах, он говорил о них как о чем-то известном каждому школьнику. Он нигде не упомянул, что, обложившись книгами и владея умением находить в них нужное место, проверил все факты, зная о них заранее не более, чем экономка – о только что купленных мешках с углем. Критик говорил о родителях одной нехорошей средневековой дамы и о датах супружеской неверности другой с уверенностью, долженствующей показать: эти подробности он носил в голове всегда. Надо полагать, он обладал обширными и разнообразными познаниями, а фамилия его была Джонс. Никто его никогда не видел, но мистер Альф мог прибегнуть к его познаниям – и его злобе – в любую минуту. Величие мистера Альфа заключалось в умении находить мистеров Джонсов. У него были под рукой Джонсы для филологии, для естественных наук, для политики и один чрезвычайно сведущий Джонс исключительно для елизаветинской драмы.

Есть обзоры, публикуемые сразу по выходе книги или даже заранее, чье назначение – ее продать, и чуть более поздние обзоры, которые создают репутацию, но не влияют на продажи; обзоры, которые тихо убивают книгу, и обзоры, которые поднимают либо опускают ее на ступеньку-две; обзоры, которые в одночасье делают автора знаменитым, и обзоры, которые его уничтожают. В свое время энергичный Джонс заявлял, что может совершенно уничтожить автора, самоуверенный Джонс – что ему это удавалось. Из всех обзоров разгромные – самые популярные, поскольку их интереснее всего читать. Когда говорят, что такого-то заметного человека разгромили в пух и прах, что вся критическая колесница Джаггернаута прокатилась по несчастному и смешала его с грязью, – это настоящая победа, и тот Альф, которому такое удалось, заслуженно гордится успехом; но даже разгромить какую-нибудь бедную леди Карбери, не оставив от нее мокрого места, – небесполезно. Такой разбор не заставит всех расхватывать «Вечернюю кафедру», но по крайней мере купившие выпуск не пожалеют о потраченных деньгах. Когда продажи у газеты падают, владельцы советуют своему Альфу поднажать по разгромной части.

Леди Карбери разгромили в «Вечерней кафедре». Можно предположить, что это было нетрудно и что историческому Джонсу мистера Альфа не пришлось корпеть над научными трудами. Ошибки и впрямь были почти на поверхности, и мистер Джонс в своей лучшей манере заклеймил самый замысел угождать дурным вкусам якобы сенсационным разоблачением давно известных скандалов. Однако бедная сочинительница, хоть и чувствовала себя час или два совершенно раздавленной, не сдалась. На следующее утро она отправилась к своим издателям и полчаса провела со старшим партнером, мистером Лидхемом.

– У меня есть все, напечатанное черным по белому, – в негодовании объявила она, – и я могу доказать, что это ложь. Он приехал в Париж только в тысяча пятьсот двадцать втором и не мог стать ее любовником раньше. Я все взяла из «Всемирных биографий». Я сама отвечу мистеру Альфу. Опубликую письмо в газете.

– Очень прошу вас этого не делать, леди Карбери.

– Я могу доказать свою правоту.

– А они смогут доказать, что вы не правы.

– У меня есть все факты. Все даты.

Мистера Лидхема ничуть не занимали даты и факты. У него не было своего мнения, кто прав – дама или критик. Однако он прекрасно знал, что «Вечерняя кафедра» в таком состязании сильнее любого автора.

– Никогда не боритесь с газетами, леди Карбери. Никто еще не побеждал в таком споре. Журналисты в своем деле собаку съели, а вы новичок.

– И ведь мистер Альф мой близкий друг! Какая жестокость! – проговорила леди Карбери, вытирая со щек горячие слезы.

– Это не причинит нам ни малейшего ущерба, леди Карбери.

– Продажи упадут?

– Не особенно. Такого рода книга в любом случае долго не продержится. «Утренний завтрак» дал ей отличный толчок, и очень своевременно. Сам я скорее рад, что «Вечерняя кафедра» ее отметила.

– Рады! – воскликнула леди Карбери, чье самолюбие, раздавленное колесницей Джаггернаута, по-прежнему страдало каждой своей частичкой.

– Все лучше, чем безразличие, леди Карбери. Многие запомнят просто, что книгу отметили, но забудут, что было в разборе. Это очень хорошая реклама.

– Но он написал, что я не знаю азов истории – а я столько трудилась!

– Это всего лишь фигура речи, леди Карбери.

– Вы считаете, что книга продается хорошо?

– Неплохо; в точности как мы ждали.

– Мне что-нибудь причитается, мистер Лидхем?

Мистер Лидхем велел принести гроссбух, перелистал несколько страниц, сложил какие-то числа и почесал в затылке. Что-то причитается, но леди Карбери не должна ждать многого. Редко кто хорошо зарабатывает на первой книге. Тем не менее леди Карбери вышла от издателя с чеком. Она была красиво одета, прекрасно выглядела и улыбалась мистеру Лидхему. Мистер Лидхем тоже был всего лишь мужчина, и он выписал чек – небольшой.

Мистер Альф поступил с ней очень дурно, зато мистер Брон из «Утреннего завтрака» и мистер Букер из «Литературной хроники» не подвели. Леди Карбери, верная своему обещанию, написала о книге мистера Букера «Новая сказка бочки» в «Утренний завтрак». Она смотрела мистеру Брону в глаза, клала мягкую ручку на его рукав и намекала, что мистер Брон понимает ее, как никто; в итоге ей позволили накропать нечто крайне поверхностное – и заплатили за это. Бедный мистер Букер внутренне морщился, читая разбор своей книги в «Утреннем завтраке». Его вдумчивую натуру оскорбляла такая легковесная чушь, однако житейский опыт говорил, что даже легковесная чушь полезна и надо отплатить за нее способом, увы, давно привычным. И мистер Букер отозвался в «Литературной хронике» о «Преступных королевах», зная, что тоже пишет легковесную чушь. «Чрезвычайно живо». «Умело обрисованные характеры». «Превосходный выбор темы». «Достойное уважения знакомство с историческими приметами различных эпох». «Литературный мир наверняка