Ночная Земля - Уильям Хоуп Ходжсон

И в этот самый момент из темного пятна на земле поднялись три зверочеловека и рыча направились ко мне. Первый из них оказался настолько близко, что я даже не смог размахнуться Дискосом, но ударил его в голову рукояткой. После чего отпрыгнул вбок, занес Дискос, обезумев от ярости и оледенев от нее; Дева была как младенец на сгибе руки моей. И я развернулся навстречу двоим зверолюдям, бежавшим ко мне, и легко и быстро орудовал своим великим Оружием, испытывая всем существом своим тот гнев, который превращает сердце в место пребывания лютого и холодного намерения; так что я удивительно легко расправился с ними обоими. Подлинно говорю, я убил обоих словно мышей и не претерпел от них никакого вреда, ни один из них даже не прикоснулся ко мне. Внемлите же! В этот самый момент до слуха моего долетел великий приветственный Глас, исходящий изнутри Круга. И я посмотрел – и побежал; ибо внутри Круга толпились мужи в серых панцирях, которые, однако, не шли ко мне на помощь. И в тот же самый миг я понял, почему эта Сотня Тысяч не идет мне на выручку; ибо внемлите! Вокруг светлого Круга глыбами ходили чудовищные Черные Холмы, раскачивавшиеся и колебавшиеся под силой нечистой жизни, вселившей ужас в мою душу; ибо истинно были они чудовищной Силой Зла. И если кто из людей оказывался за пределами Круга, то погибал он в теле и духе, и погибал он безвозвратно; посему никто из них не осмеливался выйти мне навстречу; да и бесполезна была бы для меня такая жертва с их стороны; правду ведь говорят, что мертвый ни на что не годен.

И все, кто был в Круге, вся Сотня Тысяч кричала мне, чтобы я спешил и спешил. И подлинно торопился я всеми своими силами. Мельком глянув на любезный Круг Святости, паривший над нами, я увидел, что он движется над нами обоими, предоставляя возможность спасения.

Когда был я уже в сотне шагов от Светлого Круга, Чудовища снова решили губить нас; ибо из всех теней вокруг нас повыпрыгнуло целое стадо приземистых и отдаленно похожих на людей существ, укрывавшихся в тенях. И они вцепились в меня и в Деву, чтобы вырвать ее из моих рук. И они, конечно же, одолели бы меня; ибо я не смог бы мгновенно освободиться, оборонить Деву и размахнуться Дискосом. Я принялся бить их своими металлическими сапогами, и освободился из лап, и во мгновение повернулся во все стороны, и вырвался на свободу, и отпрыгнул, и вся стая отвратительных тварей рванулась ко мне. Но теперь мне было где размахнуться Дискосом, и сердце мое ожесточилось; так что я развернулся на месте и сам бросился на этих псевдолюдей, без пощады рубя их. И я косил их, словно косарь, широкими взмахами справа налево и слева направо. А Дискос вращался и рычал, бросая отсветы своего огня на хари этих полузверей, из пастей которых торчали клыки наподобие кабаньих. И я разил их со всей свирепостью; и врагам моим как будто не было конца. Однако я все время двигался к свету, к Кольцу; и ночь за ним наполнялась свирепым рыком Сотни Тысяч; и многие из них – как я потом узнал – пытались выйти навстречу мне, однако сотоварищи запрещали им, не позволяя пасть столь бессмысленной смертью.

Истинно говорю, я находился теперь менее чем в пяти десятках шагов от светящегося Кольца; силы мои иссякали, ибо был я изранен и меня отягощали огромная усталость, отчаяние и безумие моего путешествия; a всего более то, что, как вам известно, я не спал уже несколько дней и ночей, но нес свою Деву, отражая всякие нападения. Передовые из всей Сотни Тысяч, стоявшие внутри Круга, раскрутили свои Дискосы; и каждый из них швырнул свое могучее оружие в стадо клыкастых полулюдей, уже собиравшихся убить меня. И это, безусловно, спасло меня; ибо толпа тварей передо мной поредела; собрав остатки сил, я в отчаянии рванулся вперед – бил, рубил и не переставал бить и рубить; так что вокруг оставались лишь трупы. И внемлите! Я прорвался сквозь это стадо со своей Девой на руках, и Круг был уже передо мной! Я переступил через Кольцо; и сразу тысяча рук протянулась ко мне; и все же никто не коснулся меня, ибо было во мне нечто вселявшее в людей благоговейный трепет, словно бы я стал чужд людям. Так остановился я, и вокруг меня настала великая тишина, и Дискос в моей руке был обагрен кровью по самую рукоять. Должно быть, я пошатнулся; поелику многие руки протянулись ко мне… протянулись, и тут же отдернулись, и снова настало молчание. И я смотрел на людей, и они на меня смотрели; а я стоял, тяжело дыша, в странной рассеянности, но вот наконец попытался сказать, что Жизнь моей Единственной находится в крайней опасности, что она умирает у меня на руках и мне нужны Доктора! И тут извне донесся тяжелый топот Гигантов. И люди закричали о разном, некоторые предлагали мне помощь, другие предупреждали о появлении Гигантов, третьи кричали, чтобы ко мне немедленно привели Докторов. Прочие сообщали, что Святой Свет погас над нами с Девой, что Черные холмы более не будоражат почву за пределами Кольца. И тут чудовищный рык пронесся надо всей Той Страной, и все это возмутило мой мозг, не способный более выносить угрюмую и предельную тяжесть, навалившуюся на меня. И отовсюду, сверху и из близи, доносился до моего слуха людской ропот… Пребывая словно во сне, я понимал, что слышу отголоски возгласов неисчислимых Миллионов, неясным и дальним громом прокатывавшиеся в ночи над нашими головами и превращавшиеся в шорох, спускавшийся с высот.

Голос наконец вернулся ко мне, и я спросил у обступавших меня, сопутствуют ли Доктора вышедшей рати. И буквально через мгновение из толпы вышел Мастер над Дискосами – так в то время называли главнокомандующего. Он отдал мне честь своим Дискосом и попытался взять из моих рук Деву; но я снова попросил его сказать мне, есть ли поблизости Доктор. Тут он отдал приказ, и в то же мгновение тысячи начали вставать в строй, открывая передо мной широкий путь к Великим Вратам Могучей Крепости. A потом Мастер над Дискосами дал знак некоторым из тех, что стояли рядом с нами, и они обступили нас с Девой, как вспоминается мне, – чтобы я не упал; но и они не прикоснулись ко мне; ибо весь мой