Чезаре Дзаваттини - Слова через край

Наконец ему удается сходить по малой нужде (в предвыборной суете пришлось до сих пор терпеть) и повидать Коринну. Чтобы подвести первые, пусть еще неполные и предварительные, итоги проведенных операций. В совещании участвует и верный Карлоне.

Как хороша и мила Коринна! Антонио искренен, когда говорит ей, что пытается обеспечить победу прежде всего ради нее: «Ведь если я потерплю поражение, то ты в конце концов рано или поздно оставишь меня, как ненужный зонтик, предпочтя другого — того, кто добился успеха».

Возможно, он отчасти и прав. И это большое путешествие с вынужденными остановками в сердце такого большого и жестокого города, как Рим, показывает, что страсти, бушующие вокруг какой-нибудь книги, могут стать не менее яростными и непримиримыми, чем те, что бушуют вокруг пакета акций; все это, конечно, не способствует тому, что наш герой видит в розовом свете общество, где даже интимные отношения имеют оттенок все шире распространяющегося цинизма.

Когда солнце уже садится за крышами домов на площади Испании, вдруг выясняется новое обстоятельство: Коринна сообщает ему о том, что дала пощечину одному из участников предстоящего голосования. Потому что он набросился на нее как бык, когда она принесла ему корзину с фруктами и любезным — даже в стихах — посланием Антонио. Виновник — один из самых главных персонажей на голосовании, большой человек, пользующийся чрезвычайно широким влиянием.

— Это конец, — бормочет Антонио, чуть не падая на ступени лестницы Тринита́ дей Монти, услышав эту новость, которая звучит в его ушах похоронным звоном, особенно после того, как в нем час от часу росло предвкушение успеха, уверенность, что он близок к цели. — Не будем больше об этом говорить, — произносит он, — сегодня же вечером сядем на первый попавшийся поезд и вернемся домой.

Однако, но крайней мере так он заявляет, он ощущает непреодолимое желание прежде пойти и набить морду этой важной персоне. Не сейчас, а немного позже. Пока что он комментирует случившееся, и эти комментарии, в его положении, можно назвать благородными. Он бормочет, что было бы здорово получить премию, «но нам пришлось бы заплатить за нее слишком дорогую цену». И обнимает Коринну, словно желая выказать ей всю свою любовь и благодарность. Он упрекает себя в том, что не подумал (как раз об этом он и думал!), как, посылая со своими поручениями Коринну, подвергает ее опасностям, которые поджидают на каждом шагу в столице.

Кажется, Антонио и впрямь освободился от своего наваждения; неприятный случай, приключившийся с Коринной, словно заставил его вновь обрести чувство собственного достоинства.

Однако это не мешает ему описывать будущее, которое открылось бы перед ним в случае победы. Замечательное будущее! И радость старушки матери! Мы растроганно слушаем его вместе с Коринной и приятелем. «Но это был лишь сон!» — восклицает он. И целует Коринну, словно снова желая продемонстрировать ей свою солидарность, свою любовь. Потом, будто у него нет больше сил держаться и скрывать свое отчаяние, он садится, весь съежившись, в уголке бара и погружается в молчание.

Коринна глядит на него и понимает, что в этом беспредельном отчаянии и тоске, в этом поражении повинна она. Коринна чувствует, что сердце ее разрывается, в ушах у нее звучит фраза, произнесенная Антонио этой ночью: «Лучше пустить себе пулю в лоб, чем дожидаться завтрашнего дня. Завтра не существует. Или сегодня, или никогда». Антонио спрашивает расписание поездов. Они уедут домой. Такова действительность: они вновь погрузятся в безвестное, серое существование в своем городишке.

Внезапно Коринна исчезает.

Куда она делась? Антонио делает вид, что не замечает се исчезновения. А Коринна отправилась к влиятельному участнику голосования, где постарается исправить допущенный ею промах. Антонио прочел это у нее в глазах, глядевших на него с таким виноватым выражением. Впрочем, это он сам, будто невидимый ваятель, создал у молодой жены такое душевное состояние.

Но что за душа у самого Антонио? Разве можно быть художником, талантливым писателем, как он, и вместе с тем эгоистом, не останавливающимся даже перед преступлением? Да, и поэты тоже могут быть первостатейными негодяями — здесь как раз уместно это официально заявить. Однако спустя четверть часа после исчезновения жены с Антонио начинает что-то происходить. Он вынужден перед лицом собственной совести признать, что юное создание, его жена, через несколько минут, на диване, или на кровати, или на кресле — неважно где, принесет себя в жертву этому грубому и властному типу. Его вдруг охватывают стыд, возмущение, и он вскакивает на ноги. Он должен найти Коринну, прежде чем свершится жертвоприношение.

Он бросается по следу, словно герой вестерна, и в рекордное время, запыхавшись, достигает большого дома большого человека. Но того нет. Он бежит к нему на службу. Его нет и там. Словно следопыт, он лихорадочно пытается разузнать, где они могут быть, с тревогой чувствуя, как приближается минута, когда случится непоправимое.

Поиски становятся все напряженнее, все отчаяннее, они прерываются лишь молниеносными встречами с верным другом Карлоне, который держит Антонио в курсе общего положения дел — его короткие сообщения напоминают военные сводки.

Дружище Карлоне, вне себя от радости, информирует его, что некоторые видные лица совершенно неожиданно собираются отдать ему свои голоса в пику другим участникам голосования. Акции Антонио сильно повышаются. Достаточно еще нескольких голосов — и премия у него в кармане.

А как же Коринна? Вместо того чтобы продолжат идти по ее следу, Антонио, мы видим, направляется в другую сторону. Он дает шоферу адрес одного темного типа. Потом едет к смертному одру одного неизлечимо больного. То есть возобновляет на время прерванную охоту за голосами: слава уже близка.

Между тем настает вечер, и мы погружаемся в волнующую атмосферу церемонии голосования. Тут собрался весь Рим, те, кто держат в своих руках мнение света, всю политическую, религиозную, экономическую власть. Антонио еще не может прийти в себя после такого трудного дня и словно оглушен; между тем многие ему подмигивают жмут руку, шепотом желают удачи. Этот провинциал внушает им симпатию: всех он обласкал, обольстил, обукетил.

А Коринна? Разумеется, Антонио время от времени спрашивает о ней, ищет ее взглядом. Карлоне его успокаивает: она не покончила с собой! В какой-то момент он за нее испугался. Она в гостинице, одевается и с минуты на минуту будет здесь. Антонио целует Карлоне, бурно выражая свою радость, и, помня о воспитании, данном ему матерью, осеняет себя крестом.

Последние минуты, предшествующие вскрытию бюллетеней, — самые долгие, тягостные, за ними следуют, среди окружающего блеска и роскоши, кропотливые, тщательные подсчеты, сопровождаемые тайными сделками, шепотом. В числе присутствующих немало знаменитостей, некоторых мы даже узнаем. Со многими из этих улыбающихся дам и господ мы, благодаря Антонио, уже познакомились там, за кулисами, увидели их во всей неприглядной красе.

Антонио — весь поклоны, улыбки, рукопожатия. Эти последние четверть часа имеют решающее значение. Он просто лезет из кожи. Ему в лицо уже веет ветер победы. Но показывать этого нельзя ни в коем случае: необходимо сохранять скромность, лицемерить вплоть до самой великой минуты.

Но вот, по счастью, появилась Коринна. Немного бледная, но красивая. Антонио мягко спрашивает ее: «Где ты была?» — и добавляет: «Я искал тебя повсюду».

Коринна отвечает уклончиво. Тут же и важная персона. По его дипломатическому выражению лица нелегко понять, обладал он Коринной или нет. «Одержу я победу или потерплю поражение, я все равно люблю тебя, Коринна». Этой фразой он спасет душу и с относительным спокойствием насладится будущей победой. То и дело кто-нибудь хлопает его но плечу, словно предрекая успех.

Ну как не питать материнские, отцовские, братские чувства к этому молодому человеку, столь скромному и романтичному! Да и жена у него такая же простая, такая же милая. В самом деле, очень симпатичная пара.

Вся эта, извините за выражение, теплая компания, все эти влиятельные господа, достойные представители «высшего света», разойдутся по домам в полном убеждении, что они в ладах с Евангелием, с историей, с искусством. Тем более что одной важной синьоре Антонио только что доверил секрет: «Коринна беременна». Это неправда. Но радостная новость разносится все дальше, и кто-то уже чуть ли не ощупывает нежно животик Коринны, принося ей свои поздравления. Шансы Антонио все поднимаются.

Коринна не понимает, с чем ее поздравляют, не успевает понять, так как уже начался подсчет голосов, и она вместе с нами следит по табло за ходом борьбы.

Борьба между конкурентами идет напряженная, словно на бегах. И во время перипетий этого состязания у всех без исключения присутствующих такой жалкий вид, такое написано на их лицах беспокойство, так хочется им выглядеть по телевидению (оно здесь и смотрит во все стороны своими сверкающими глазами) значительными, непринужденными, а главное — добрыми и человечными!