Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2030: Нулевой Год

— Вы хотите сказать, мне мертвец руку отстрелил? Для зомби двадцать седьмого года выпуска он великолепно сохранился.

— Да нет, мы всё проверили, — заявила Натали. — Отпечатки пальцев и радужные оболочки сравнить не можем – всё съело кислотой. Зато, сделали ДНК, совпадение – идеальное. Вероятность ошибки – менее единицы к десяти миллионам. Оказалось, у парня имеется криминальный опыт. Он и в армию подался, чтобы не сесть в тюрягу.

— Его пытались посадить за изнасилование, — продолжил Бен, — но единственная свидетельница отказалась показания давать, так что технически – вышел сухим из воды. А вот как Ричард Фармер превратился в Эрика Сполдинга? Трудно сказать. В тюрьме случился большой пожар. Много народу сгорело: и заключённых, и охранников. Фармер, наверное, подменил документы, пока лежал с ожогами в госпитале. А прямо из госпиталя – его и выпустили…

— Даю правую руку на отсечение, Пентагон должен знать все детали, — сказал Марк. Я теперь могу на правую руку спорить хоть ежедневно, подумал он. Быть инвалидом – не так плохо, как кажется.

— Я запрашивал Пентагон два раза. Из них и слова не вытянешь! Мой первый запрос мгновенно вернулся: кто такой Фармер, ничего не знаем! Тогда, я попросил офицера связи ФБР в Вашингтоне, чтобы помогла со вторым запросом. В конце концов, Пентагон ответил. У тебя есть копия в почте.

Марк открыл второе вложение и присвистнул. Пентагоновский документ, датированный две тысячи двадцать первым годом, повествовал о выполнении неких особых заданий в особо тяжёлых условиях, неизвестно где и практически непонятно когда. Процентов восемьдесят текста – аккуратно забито чёрными полосочками, кроме имён Эрика Сполдинга и Ричарда Фармера – что-либо понять абсолютно невозможно.

— Я предполагаю, Бен, Пентагон и дальше станет посылать такие же замазанные документы. По соображениям национальной безопасности, нам знать не положено. Мне этот Сполдинг… то есть Фармер, немножко рассказал, чем они занимались в Ливии. Он служил в спецподразделении. «Поджигатели».

— Что за «Поджигатели»? Впервые слышу.

— Я тоже не знал, такая штука существует. Ты помнишь, с чего началась Ливийская война? «CNN» передавала: террористы обстреляли из миномётов нашу базу.

– Операция «Газовый Щит»? Как же, помню! Химическое оружие: одна мина убивает четыреста солдат. А потом в Ливии нашли передвижной химический заводик со следами рицина…

— Именно! Всё сходится. Капитан Эрик Сполдинг, с его двумя годами в Квантико, – был командиром группы. Одновременно – эксперт-криминалист. Точнее, не совсем криминалист, а специалист по размещению поддельных вещественных доказательств. Сержант Рик Фармер – спец по отравляющим веществам. Как думаешь, – стоит дальше в этом дерьме копаться?

— Наверное – нет, Марк… Ты знаешь, позавчера мне неожиданно позвонили. Прямо из ФБР в Вашингтоне. Сначала спросили: как там старший следователь? Я сказал: состояние средней тяжести, но вроде ему лучше. Спрашивают: точно Ричард Фармер – это и есть Ваш «Шелдонский Мясник»? Я говорю: он не «мой Шелдонский Мясник», сэр. Поймал его ваш агент, Марк Пендерграсс, и юрисдикция – тоже ваша. Но насчёт идентификации – однозначно, сто процентов. Табельный армейский нож идентифицировали. Теннисные туфли нашли. Этот гад приклеил к подошвам протектор от автомобильной шины, оттого следы выглядят, как у самодельных вьетнамок. Были эти туфли когда-то белые, а теперь – покрашены чёрным. Ну, и всё остальное. Чёрный рюкзачок, маска-балаклава. Перчатки с пупырышками.

— Перчатки тоже идентифицировали, — вставила Натали. — На левом указательном пальце – две резиновые точки отсутствуют. Совпало с отпечатком по делу номер двенадцать.

— Ну, я так и сказал: все доказательства налицо. А мне: спасибо за помощь в расследовании, майор. Преступник мёртв, дело закрыть. Старшему следователю Пендерграссу – благодарность от руководства ФБР. Денежную премию, наверное, получишь, или даже повышение по службе. Судмедэкспертам подкинем что-нибудь по линии Офиса Шерифа. Бла-бла, как всё великолепно. А потом, весёлые парни дают «дружеский совет»: про военное прошлое «Мясника» забыть нафиг – никому ни полсловечка. Я по-ФБР-овски ответил: не припоминаю, о чём это вы вообще говорите, джентльмены; какое военное прошлое?

— Правильный ответ, Бен! — криво улыбнулся Марк

— Я так полагаю, «Шелдонский Мясник» – это Ричард Фармер, доказано. Но он никогда не служил в армии. Ну и как нам дальше копать под твоих «Поджигателей», Марк?

— Не припоминаю, майор. О каких это поджигателях вообще идёт речь? — сказал Марк. Он ничуть не сомневался, у Пентагона полно «Поджигателей» по всему миру. Сидят сейчас где-нибудь в джунглях и готовят «бандитское нападение Бразильского ВМФ на мирный морской конвой США». И все улики будут налицо. Война за право воевать дальше за право воевать дальше…

Натали выложила все полицейские сплетни. Криминалист Том попал под летящие обломки во время урагана, но в дополнение к перелому ребра заполучил-таки новую подружку. Помните мусорщицу Алис, модницу с Кучи? Добрый доктор Ай-Уже-Не-Болит жалуется на свою неизлечимую болезнь: низкий кофеин крови. Когда лабораторию затопило, Алан Мосс потерял последние четыре фунта настоящего кофе. Стажёр-клерк Кэйт Боуэн – прославилась в ТШГ. Вместе с Кимом и Танем, организовали команду из местного населения и эвакуировали две сотни ребятишек.

— Ожидаются медали всем троим, — дополнил Алекс.

Из-за пластиковой плёнки послышалось торопливое шарканье по линолеуму нескольких пар ног. Бен выглянул за ширму, — Вижу, нам пора двигать, чувак. Выздоравливай поскорей.

Саманта не стала дожидаться ухода полицейских и заключила папочку в объятья. За её спиной улыбались Фредерик и Жасмин.

— Что ты сделала с лицом, Сэм? — спросил Марк. Чёрные точечки намеченной татуировки окружали частично заживший двухдюймовый [прибл. 5 см] шрам на левой щеке.

— Мама разрешила. Раз мне Джасси устроила шрам, надо превратить во что-то полезное.

— Подрядили самую знаменитую татуировщицу на Куче! — похвасталась Жасмин.

В обтягивающих джинсах с несметным количеством стратегических надрезов, в армейских зелёных футболках – на четыре размера больше и завязанных узлом чуть выше пупка, девчонки выглядели почти двойняшками. Обе были босиком и с идентичными причёсками: практичный полудюймовый «ёжик». Моя дочь стала настоящей мусорщицей, подумал Марк. Отличная профессия, всё в порядке.

— Тебе не нравится, да? — спросила Саманта.

— Если самая знаменитая на Куче, я не возражаю, — сказал Марк, — к тому же, ваша подрядчица уже приступила к выполнению заказа. Теперь надо доводить до конца.

— Я ваще извиняюсь, мистер Марк, — сказала Жасмин, — Я на Сполдинга кислоту бухнула, но Сэмми рядом сидела. Ещё чуть-чуть, и стала бы одноглазкой!

Слава Богу, глаза Саманты не пострадали.

— Не извиняйся, Жасмин, — сказал Марк, — если бы не твоя кислота, нас бы на кусочки разорвало. Лучше расскажи мне по порядку. Как ты вдруг оказалась на мостках под крышей, да ещё с кислотой?

— С утра, провожала Берти и Милли в школу. Мы такие заходим, а школьный сторож и говорит: чо ваще пришли? Занятия – отменили же. Я говорю: идём на Кучу!

— В ураган – на Кучу?

— Без базара. Когда ливень – даже лучше. Мусор размывает, и всегда найдёшь что-то путное. Только – ходить надо без покрышек. Пробуешь ногами: вдруг гниль-яма. По глубоким траншеям не лазать, а то бухнутся. Охранники нас пустили забесплатна. Один сказал: «Сегодня у нас ме-те-оро-логитческая скидка.» Ме-те-оро-логитческая – специальное слово. Означает: сильный дождь.

— А дальше?

— Дальше, Милли нашёл клад.

— Настоящий клад?

— Конечно, настоящий! Смотрим – блестит. Расковыряли – чайник. Знаете, когда электричества было много? Чайник из нержавейки, ничегошеньки не сделалось. Я, такая: на проходную с чайником нельзя. Мы же крысятничали.

— Вы нашли чайник на чужой территории? — переспросил Марк.

— Крысятничать – как воровать. Только не на терратории, а просто на чужой делянке. Ну, почти как. Они неженки и дождика забоялись. Вот и остались без чайника. Но охранники – всё равно отберут. Скажут: мы вас пустили ме-те-оро-логитчески, – клад теперь наш. Значит, надо идти на Перешлёп.

— В смысле, «Перекоп»?

Фредерик усмехнулся. — Новая география Хьюстона, Марк. Перешлёп. Ниже дамбы ручей и секретный путь на Кучу. Такой секретный, все про него знают, кроме охранников. И ФБР тоже не знает, оказывается.