Одри Ниффенеггер - Соразмерный образ мой

— Я как раз собиралась к этому перейти. У нас был план…

Она изложила ему этот план очень тихо, почти шепотом, с легким американским акцентом, и Роберт ужаснулся. Он шарахнулся в сторону:

— Ты сумасшедшая.

Она положила узкую ладонь ему на колено.

— Вот и Элспет вначале так сказала. Но потом она хорошенько подумала, и мы обсудили все подробности. Ты сам с ней поговори…

— Да, будь уверена, я с ней поговорю от души. — Он стряхнул ее руку с колена, потом сжалился и задержал ее в своей ладони. — Э… Валентина. Ты не должна допускать… видимо, не следует возлагать принятие решений на Элспет.

— Это почему?

— Она… хитрая. У нее внутри одной идеи прячется другая.

— Она ко мне очень добра.

Роберт покачал головой:

— Элспет не добрая. Даже при жизни была не очень-то… она была остроумна, красива, фантастически изобретательна в пост… в поступках, но после смерти, по-моему, утратила очень важное качество — сострадание, или, если хочешь, сопереживание, какую-то человечность… боюсь, ей нельзя доверять, Валентина.

— Но ты же ей доверяешь.

— Потому что я идиот.

Они опять замолчали и до конца поездки не произнесли ни слова.

Валентина отказывалась идти домой, и Роберт предложил ей переночевать у него. Дождавшись, пока она заснет, он поднялся на второй этаж и постучался в дверь. Джулия открыла тотчас же.

— Входи, — сказала она.

Он остановился в прихожей. Ему не хотелось садиться и заводить долгий разговор.

— Она у меня; только что заснула, — сообщил он.

— Хорошо.

— Джулия, — начал он. — У тебя не возникало ощущения, что Валентина… склонна к суициду?

— Это она нарочно, — поспешила ответить Джулия.

Роберт собрался уходить.

— Как знать. Ты… последи за ней. — Он стал спускаться вниз и только от своей двери услышал, как Джулия заперлась на замок.

Войдя в квартиру, он сразу пошел к телефону. В Лейк-Форесте, очевидно, было около семи вечера. Он представил, как чета Пул садится ужинать в блаженном неведении относительно замыслов своей дочери, которая спланировала собственную смерть и возвращение к жизни. Поднеся трубку к уху, он сообразил, что не знает их номера. Может, спросить у Джулии? Нет, лучше не надо; утром можно будет справиться у Роша.

Роберт бодрствовал почти всю ночь: смотрел без звука футбол, потом программу об американской фолк-музыке. В какой-то момент его сморило прямо в кресле. Проснувшись, он обнаружил исчезновение Валентины. Он побежал наверх и увидел, что близняшки завтракают — и, по всей видимости, мирно. Валентина сварила ему кофе.

— Какие у вас на сегодня планы? — поинтересовался он.

— В общем-то, никаких, — ответила Валентина.

— Съездили бы в супермаркет.

— У нас продуктов полно, — сообщила Джулия.

— Или на экскурсию.

— Ты собираешься поговорить с Элспет? — спросила Валентина.

— Как ты догадалась? — ласково протянул он.

Валентина растерялась, но ничего не сказала. После завтрака Джулия поднялась проведать Мартина, а Валентина, взяв с собой чашку чаю, спустилась на задний двор. Оставшись в столовой, Роберт позвал:

— Элспет. Подойди ко мне.

Щеку обдало холодом. С карандашом и бумагой наготове он сел за стол.

— Элспет, что ты задумала?

Я?

— На пару с Валентиной. Она открыла мне ваш план.

ЭТО ЕЕ ПЛАН.

— Да она дальше своего носа ничего не видит, Элспет, ты же понимаешь: это добром не кончится. Во-первых, в мертвом теле начнутся химические процессы.

ПУСТЬ СЕБАСТЬЯН ЕЕ НЕ БАЛЬЗАМИРУЕТ.

— Я имею в виду природные химические элементы. Многочисленные железы выделяют всякую гадость, которая разлагает тело. Кроме того, существуют газы, бактерии…

ТРУП НАДО ДЕРЖАТЬ В ХОЛОДЕ. ПРИ ТЕМПЕРАТУРЕ, БЛИЗКОЙ К НУЛЮ.

— Элспет, это к делу не относится. Даже говорить об этом не стоит. Через шесть месяцев Валентина сможет забрать свою половину наследства и уйти. Если она не пожелает знаться с Джулией, никто ее не заставит.

А ЕСЛИ ОНА РАНЬШЕ НАЛОЖИТ НА СЕБЯ РУКИ?

— Она этого не сделает, — заявил он с преувеличенной уверенностью.

ТЫ ДАВНО НЕ СМОТРЕЛ ЕЙ В ГЛАЗА? ОНА ФАНАТИЧКА.

— Сегодня же позвоню ее родителям. Пусть забирают девчонку домой.

Я ПРЕДЛАГАЛА ЭТО В. ОНА НЕ ПОЕДЕТ.

— Почему? Вообще говоря, ее согласия и не требуется, правда? Эди и Джек при необходимости положат ее в клинику; у меня такой власти нет.

У НИХ ТОЖЕ.

— Элспет, я не собираюсь пособничать тебе в этом деле, а без меня ничего не выйдет.

ЕСЛИ У НАС ПОЛУЧИТСЯ, ТЫ БУДЕШЬ ОБЯЗАН ПОМОЧЬ, ИНАЧЕ ОНА УМРЕТ.

Роберт потерял дар речи. Отложив карандаш, встал и начал ходить вокруг обеденного стола. На столе сидела Элспет и следила за ним глазами. Ты все такой же, любовно подумала она. В конце концов он сел.

— Какая тебе корысть? — спросил он. — Ты ревнуешь?

НЕТ.

— Ты действительно собираешься ее убить?

Я НАУЧИЛАСЬ ДЕЛАТЬ ЭТО ГЛАДКО И НЕЗАМЕТНО.

— Не сомневаюсь. — Роберт догадывался, что достаточно будет задать один-единственный вопрос, чтобы обнажить противоречие, которое скрывал в себе этот чудовищный план, но не понимал, как облечь его в слова. — Это… плохо, Элспет.

ВОЗМОЖНО. ТОЛЬКО ОНА НЕ ОТСТУПИТСЯ.

— Она сама ни за что себя не убьет.

А ЕСЛИ?

Ее доводы вернулись к исходной точке. «Но ведь есть же способ разорвать этот круг и найти решение?»

— Забудем это, — взмолился он. — Поклянемся друг другу этого не делать, тогда и она призадумается.

А ЕСЛИ ОНА СЕБЯ УБЬЕТ?

Он не ответил.

ХОТЯ БЫ ВЫСЛУШАЙ, ЧТО ИЗ ЭТОГО МОЖЕТ ПОЛУЧИТЬСЯ.

Заполняя страницу за страницей аккуратным почерком Элспет, Роберт все более отчаивался. «Я не буду в этом участвовать», — твердил он себе. Но по всему выходило, что будет.

НА ГРАНИ

Воскресным вечером, после закрытия кладбища, Джессика и Роберт сидели в компании Джеймса на террасе, выходящей в сад позади дома Бейтсов. День выдался безумный — в ясную июньскую погоду туристы валили толпами, а гиды в большинстве своем разъехались на отдых; Роберту и Филу пришлось выдворять из Восточного некрополя пару здоровенных и весьма агрессивных режиссеров вместе с их актерами; какие-то люди прибыли из Манчестера и пожелали немедленно узнать местонахождение бабушкиной могилы. Только сейчас Бейтсы и Роберт смогли перевести дух и расслабиться, потягивая виски.

— Видимо, надо повесить на ворота еще одно объявление, — сказал Джеймс. — «Трудоемкие запросы о местонахождении родственных могил выполняются только при наличии свободного времени у персонала».

— Мы бы и рады помочь, — добавила Джессика. — Но люди должны предварительно звонить по телефону. А когда они появляются в конторе и с порога требуют, чтобы мы все бросили и разыскали могилу, — это уже слишком.

— Они считают, что у нас все данные хранятся в компьютере, — предположил Роберт.

Джессика посмеялась.

— Лет через десять, возможно, так и будет. Эвелин и Пол уже пальцы стерли, забивая информацию в компьютер, но у нас сто шестьдесят девять тысяч записей…

— Это понятно.

— Роберт и Фил сегодня просто герои, — обратилась Джессика к Джеймсу. — Они не только выдворили наглых киношников, но еще и провели по четыре экскурсии каждый.

— Бог ты мой. А куда делись все остальные экскурсоводы?

— Бригитта у своей мамы в Гамбурге, Мэрион и Дин проводят отпуск в Румынии, Себастьян день и ночь занят у себя в похоронном бюро из-за жуткой автобусной аварии в Литтл-Уоппинге, Аника подхватила от дочки грипп. Нас осталось всего трое, Молли, бедная, весь день работала на входе Восточного некрополя.

Роберт опустошил свой стакан, и Джессика подлила ему еще.

— Да, — протянул Джеймс, — это, по-моему, самая большая сложность с волонтерами. Им ведь не прикажешь отменить отпуск по причине нехватки экскурсоводов.

— Не прикажешь, — согласилась Джессика, — но хотелось бы, чтобы забота о кладбище была у них на первом месте…

— Ты же знаешь, что так оно и есть, — возразил Роберт, — они приезжают сюда за тридевять земель, неделю за неделей.

— Знаю. Это я от усталости, вот и все. День был жутко длинный.

Роберт вытянул ноги:

— С другой стороны, если бы меня заставили ежедневно проводить по четыре экскурсии, я бы, глядишь, и восстановил форму.

— Вид у тебя такой, будто ты совсем не видишь свежего воздуха, — внимательно оглядела его Джессика. — Тебе нужен витамин D. Похоже, это переутомление.

— Надо мне купить ноутбук. Мог бы сидеть на солнышке среди могил на «Лугу» и кропать потихоньку.

Он часто по утрам встречался здесь со мною,Когда спешил на холм зарю предупредить.[106]

— Ах, как романтично. Можно будет тебя снимать для рекламы ноутбуков.