Сергей Карамов - Новопотемкинские события

– Да?

– Вы пустые разговоры ведете, архиважно сейчас выяснить, что происходит в городе.

Есть ли революционная ситуация?

– Какая еще революционная ситуация? – удивился пенсионер в очках. – Только кто попробует выйти на улицы с плакатом, сразу его лупят дубинками.

– Как буржуазия распоясалась! – воскликнул Ленин. – Какое безобразие творится, а вы молчите!

– Не то слово, Владимир Ильич, – подхватил мысль вождя пролетариата высокий пенсионер. – Безобразие еще мягко сказано!.. Вся буржуазия на мерседесах ездит!

Ленин встал, медленно прошелся возле скамейки, потом произнес с грустью:

– Печально, товарищи! Столько сил положено да зря! А светлого будущего пока не видно.

– Верно, Владимир Ильич, – согласился высокий пенсионер.

Но пенсионер в очках возразил:

– Да где ж и когда мы видели это светлое будущее?.. Все нам только что-то обещают и обещают! Нам обещают, что скоро счастье войдет в каждый наш дом, но его даже у калитки или в коридоре не увидишь.

– Зря это вы, батенька, зря так! – горячо произнес Ленин, насупив брови. – Зря!

– Зря вы нас всех называете товарищами! Не могут все быть друг другу товарищами! – так же горячо ответил лысый пенсионер, а пенсионер в очках добавил:

– Да, зря вы еще нас называете «батеньками»! Мы вас сюда не звали!

– Что?

– Да, ваше место на постаменте! Или в главном аттракционе совковой эпохи – мавзолее.

– Нет, неправы вы, – продолжал Ленин, – мы еще поднимем весь народ на борьбу с буржуазией!

– Кто это мы? – усомнился лысый пенсионер. – Это вы, кто сбежал из мавзолея? Это вы, мумия двадцатого века, будете снова что-то решать за всех нас, кого-то свергать, кого-то грабить, заставлять всех шагать снова строем?! Не выйдет!

– Не выйдет! – поддакнул лысому пенсионеру пенсионер в очках.

Высокий пенсионер замахал руками, защищая вождя пролетариата:

– Прекратите этот базар! Владимир Ильич, не слушайте их!

Но лысый пенсионер не унимался:

– Нет, я продолжу!.. Еще философ Гераклит как-то сказал, что нельзя войти дважды в одну и ту же реку. Но попадать в лужу можно неоднократно!

Ленин помрачнел:

– Увы! Как была интеллигенция гнилой, так она и осталась той же.

– Гм, а сейчас тоже редко увидишь интеллигента по нашему зомбиящику, – хихикнул пенсионер в очках.

– Зомбиящик? – не понял Ленин.

– Это телевизор, – объяснил ему высокий пенсионер, думая, что тот поймет его.

А Ленин продолжал с такой же горячностью:

– Наша интеллигенция осталась гнилой и сейчас, как она была такой же в мое время! Вы должны ближе быть к народу, по капле выдавливать из себя врага!

Лысый пенсионер усмехнулся:

– Интересное замечание, как я погляжу! Наша интеллигенция наслышалась от всех всего, особенно, от вашего грозного последователя.

– Кого именно?

– Даже называть его фамилию и имя не хочу, – поморщился лысый пенсионер, – нам надо забыть разных политических монстров, лишь тогда будет лучшая жизнь!

– Нельзя забывать наше героическое прошлое, – возразил высокий пенсионер, тыча кулаком прямо в нос лысому пенсионеру. – Нельзя над ним глумиться!

– Товарищи, прошу без угроз, – попросил Ленин.

– Надо забыть, стереть из памяти это ужасное и кровавое прошлое, тогда наше будущее будет лучше. Подумайте о ваших детях, внуках. Неужели и они должны жить, помня о старых умерших политических монстрах, которые до сих пор не дают нам спокойно жить?! – продолжал с пафосом лысый пенсионер. – Нельзя насильно сделать всех нас счастливыми, решать всё за нас!.. Нужно не осквернение памятников, а упокоение души этих людей на земле, если у таких человекоподобных возможно предположить наличие души…

– Грех телу неупокоенному, рабы божьи! – раздался строгий голос рядом.

Обернувшись, пенсионеры обомлели: перед ними стоял сам отец Володимир с палкой в руках, уставший, бледный, с грустными глазами.

– Прочь отсюда, поп! Почем опиум для народа? – выкрикнул Ленин, заметив отца Володимира.

Но пенсионеры не обратили никакого внимания на грозную тираду вождя пролетариата, уставясь на еще одну статую, внезапно сошедшую с постамента. Они также заметили, что часть лица отца Володимира залита черной краской.

– Грех телу неупокоенному! – повторил отец Володимир, махая палкой в сторону Ленина.

– Ленин живее всех живых, – произнес вождь пролетариата, не смотря на отца Володимира.

– Рабы божьи, не поддавайтесь на новые революционные провокации ирода, безбожника, который давно должен быть упокоен и предан земле! – возвестил отец Володимир, молясь, словно он находился на молебне в церкви. – Одумайтесь, рабы божьи, прочтите святое писание, не создайте себе кумира! Грех слушать этого безбожника, политического монстра.

– А кто вас, поп, будет слушать? – недовольно вскричал Ленин, махая одной левой рукой.

– Кто? Меня слушают все набожные и совестливые люди, – тихо ответил отец Володимир, – а вы, аки неупокоенный, злобный пес, бегаете по миру, пытаясь вновь вызвать ненависть и вражду! Люди сейчас не так слепы, как раньше.

– Да?

– Да!.. И слепцы вроде вас ведут за собой лишь тех, кто не желает думать и видеть дальше своего собственного носа.

Ленин покраснел от злости, вскричав:

– Хватит, поп, чай, не на службе! Говорите, люди не слепы? А чего ж они все молчат сейчас, только дома с женой могут посудачить об инфляции, коррупции, милицейском беспределе, дедовщине, чиновниках, постоянных реформах? Разве сейчас они не слепы?!

– Не все слепы, если хотите услышать мой ответ, – холодно сказал отец Володимир, глядя прямо в глаза Ленина. – Многие пытаются выходить на улицы, другие что-то писать, есть разные формы протеста.

– Значит, низы недовольны, но предпочитают помалкивать, а верхи не обращают на них никакого внимания? – пытался уточнить Ленин.

Пенсионеры сидели молча, наблюдая за словесной дуэлью сошедших статуй с открытым ртом.

– Не совсем так, – ответил отец Володимир, – низам безразлично, что делают верхи, а верхи о низах совсем не думают.

– Сходно весьма с моей трактовкой, – заметил Ленин.

– Господа! Хватит вражды, если снова появились в нашем городе, – попытался успокоить обе ожившие статуи пенсионер в очках. – Нам не нужна конфронтация, нам нужен умный и откровенный диалог.

– Какой я вам господин? – возмутился Ленин. – Я упразднил давно это буржуйское обращение «господин», до сих пор в ходу мое введенное в жизнь обращение «товарищ».

– Товарищ? Товарищей сейчас очень мало осталось, – усмехнулся лысый пенсионер. – Теперь бывшие товарищи, если даже они раньше говорили разные совковые коммунистические бредни, стали называться господами.

Высокий пенсионер вновь вступился за Ленина:

– Хватит смеяться над нашим вождем!

– Вождем? А мы вроде племени папуасов, которое лишь кланяется ему и в рот смотрит? – усмехнулся пенсионер в очках.

– Вождь, тебе плита нужна? – спросил лысый пенсионер.

– Какая плита?

– Мраморная.

– Не пытайтесь меня закопать! – рявкнул Ленин, махая одной левой рукой. – Не выйдет у вас ничего!.. Сколько я пролежал в мавзолее, так еще пролежу, вас еще переживу!

– Да?

– Вот именно! Ленин живее всех живых!

– М-да, учение было липовое, рука тоже оказалась липовая, – ехидно заметил лысый пенсионер. – Одна рука отвалилась, потом другая…

– Неужели?

– Тело разлагается по частям, вернее, мумия или то, что осталось… Ваши агитки тоже нам не нужны!

– Рабы божьи! – громко произнес отец Володимир. – Божье правосудие должно свершиться, мумия должна быть предана земле! Все противники бога, богохульники должны быть наказаны и преданы земле. Грех телу неупокоенному! Грех тем, кто не хоронит человеческую плоть, а выставляет ее напоказ, на осмеяние или всеобщее обозрение, токмо невидаль какую. Богохульники, монстры должны похоронены и забыты! Тогда всё у нас успокоится, а ложные идеи и ложные лозунги, мешающие людям жить, будут похоронены вместе с телом монстра.

– Какого монстра? – недовольно спросил высокий пенсионер.

– Того самого монстра, того самого палача, который не дает нам всем спокойно жить. Почему я говорю: монстр? А потому, что это человекоподобный, а человек Не человек в истинном понимании этого слова, не любящий жизнь, а крушащий всё на своем пути во имя своей ложной и абсурдной идеи! Нельзя насильно сделать всех нас счастливыми, нельзя решать всё за нас. Нужно не осквернение памятников, а упокоение душ этих людей на земле! Если есть осужденные, если есть оправданные от разных нарушений законности люди, то должны быть и палачи. Это не самосуд, как понимаете. Это призыв к очищению нации, призыв к очищению от исторической грязи, исторического лицемерия, от избавления от власти палачей и монстров!.. Пока монстр жив и не упокоен, он будет мешать людям жить, отравлять жизнь вам и вашим детям. Подумайте хоть о ваших детях и внуках!.. Похороните монстра, осудите палачей, не нарушая закона. И также похороните монстра в себе! И не создайте себе кумира! Пока дух усопшего неупокоен, у нас не будет счастья и успеха в делах наших. А дух усопшего бродит по миру, внося сомнения в наши умы! Похоронив монстра, похоронив усопшего, мы ставим точку на прошлом и с надеждой и новыми силами взираем вдаль, ожидая милость и прощение.