Дураков нет - Руссо Ричард

– Ты чего такой дерганый? – спросила она.

Салли и правда испугался.

– Я тебя не ждал, – ответил он.

Она посмотрела на него:

– Твоя жизнь, должно быть, полна сюрпризов.

Так и было, Салли не стал отпираться. Вот и сегодня весь день сюрприз на сюрпризе, с утра до вечера.

– Как же ты его пустила?

– Я не пускала, – ответила Тоби. – Наверное, Хорас дал ему ключ, грязный двуличный гад. Я вернулась из Шуйлера, а Карл уже дома.

При упоминании о Шуйлере Салли кое-что вспомнил.

– Мне неприятно это говорить, но о тебе ходят сплетни.

– Правда? – Тоби с деланым восторгом хлопнула в ладоши. – Радость-то какая! Рассказывай.

– У тебя любовник в Шуйлере.

Тоби устремила на него серьезный взгляд, и Салли поежился, насмешив Тоби.

– Бедный Салли, – проговорила она. – Ты такой забавный.

Как почти всегда с женщинами, Салли вдруг почувствовал, что назревает разговор.

– Я же не сам это выдумал, – пояснил он. – И я ответил тому, кто мне об этом сказал, что я ему не верю.

Тоби Робак вновь рассмеялась, но на этот раз успокоилась быстрее.

– Ты правда очень милый, – произнесла она, стараясь сохранять серьезность.

– Так и есть, – подтвердил Салли. – Вот бы все женщины это понимали.

Карл подошел к окну и украдкой, по-скаутски, выглянул. Вряд ли он увидел что-то, кроме собственного отражения. Салли завел мотор, догадавшись, что, наверное, Карл подошел к окну, потому что не слышал, чтобы Салли уехал.

– Может, тебе сегодня не ночевать дома, – предложил Салли. – Он совсем развинтился.

Тоби заметила, куда смотрит Салли.

– Я так больше не могу, – призналась она. – Ты погляди на него.

Карл, приставив ладонь ко лбу, по-прежнему таращился на улицу. Он явно едва стоял на ногах, того и гляди покачнется и выпадет в окно.

– Ты можешь уехать ненадолго, – предложил Салли. – Я за ним присмотрю.

Его предложение вызвало улыбку.

– Смешно. Чтобы ты и за кем-то присматривал…

– А что тут такого?

– Ой, да ладно, не обижайся, – сказала Тоби. – Я знаю, что ты предложил от чистого сердца. Но ты же через пару минут отвлечешься, забудешь о нем и вспомнишь только через две недели после похорон. Будешь ходить по городу и удивляться: чего это Карла давно не видно?

Карл отлепился от окна, повернулся спиной к ним, убрел вглубь комнаты.

– Кстати, где он прячет снегоуборщик?

– В сарае на том дворе, где тяжелая техника, – сообщила Тоби.

– Окей, – сказал Салли. – Завтра-послезавтра я его сопру.

– Ты осторожнее, у нас злая собака.

– Собаку я не боюсь, – ответил Салли. – Главное сообразить, как перелезть через забор.

– Ты уникальная личность.

– Спасибо.

– Это не комплимент, – заверила его Тоби.

– Ты мог бы и не наряжаться ради того, чтобы прийти сюда, – сказал Малыш, когда Салли, чисто выбритый, одетый для визита к Вере, вошел в таверну и уселся с краю барной стойки.

Рубашку подарила ему Рут несколько месяцев назад, он надел ее впервые. Достал прямо из пакета. Складки на рубашке до сих пор соответствовали скорее вложенной в нее картонке, чем торсу Салли. Даже дырки от булавок еще были видны.

По телевизору шел футбол, играли какие-то университетские команды, за ними внимательно следила дюжина мужчин, под вечер сбежавших от семейств. Праздник начался ранним утром с парада “Мэйси”, за всей этой суматохой они не посмотрели дневной матч и надеялись хотя бы в “Лошади” спокойно посмотреть второй.

– Когда за стойкой ты, я стараюсь принарядиться, – ответил Салли.

Малыш был в добром расположении духа, и вчерашняя склока возобновится разве что поздно вечером. А в ближайшие несколько часов оба будут делать вид, что впредь ссориться не собираются, и перестанут притворяться, только когда уже сцепятся.

– Где твой лучший клиент?

Малыш посмотрел на часы.

– Должен прийти с минуты на минуту, – ответил он. – Ты сегодня у нас нарасхват. Я открылся всего час назад, а тебе уже позвонили и кое-что принесли. – Малыш достал из-под стойки тарелку, накрытую фольгой. – Пахнет индейкой.

Салли заглянул под фольгу. Фаршированная индейка, тыква, клюквенное желе. Тарелка еще теплая. Он оглядел фольгу с обеих сторон.

– Без обратного адреса.

– Твоя бывшая, – пояснил Малыш. – Принес этот, как его. Почтальон.

– Ральф?

– Сказал, что ты пропустил обед.

– Вообще-то я только что поел. А звонил кто? – спросил он, полагая, что звонила Рут и, разумеется, не представилась.

– Кто-то насчет работы. – Малыш протянул Салли записку с номером телефона и именем человека: Майлз Андерсон.

Салли нахмурился:

– Кто такой Майлз Андерсон, черт побери?

– Впервые слышу, – ответил Малыш. – Он сказал, что недавно купил дом в городе. И ему нужно что-то там сделать. Наверное, очередной мудак-яппи.

– Да уж, этих развелось видимо-невидимо, – согласился Салли. – Но у них хотя бы есть деньги.

– Потому-то они и яппи, – сказал Малыш. – Без денег были бы обычными мудаками.

– Жаль, нельзя работать только у тех, кем я восхищаюсь, – посетовал Салли.

Он пил второй стакан пива и дружелюбно болтал с Малышом, когда на соседний табурет неуклюже взгромоздился Уэрф.

– Радостно видеть, что мои близкие люди опять разговаривают друг с другом, – заметил он. – Что это? – Уэрф указал на тарелку под фольгой возле локтя Салли. – Пахнет едой.

– Не обедал, да? – спросил Салли.

– Обедал, с тобой, – напомнил ему Уэрф. – Или ты забыл?

– Это было вчера, – заметил Салли.

– Ой. – Уэрф ухмыльнулся. – Ты хотел сказать, сегодня?

– Будь другом, поставь это в микроволновку. – Салли пододвинул тарелку Малышу.

Малыш исполнил просьбу, хоть Салли и показалось, что без особой охоты.

– А вечером разноется из-за этого, – предсказал Салли.

– Да уж, он предпочел бы продать мне за вечер дюжину маринованных яиц, – согласился Уэрф. – И кто его упрекнет?

– Я, только еще пива выпью.

Звякнула микроволновка, Малыш вернулся с тарелкой фаршированной индейки, над нею вился пар. Кое-кто из посетителей, смотревших футбольный матч, заказал то же самое.

– Видишь, что ты наделал? – спросил Малыш.

Уэрф буквально набросился на еду.

– Глаза бы мои на это не глядели, – сказал Салли, дивясь, как так можно: на адвоката выучился, а ест жадно, как дикарь. В левой руке Уэрф держал вилку, в правой нож и положил приборы, лишь когда в них отпала нужда.

Салли подошел к телефону и набрал номер, написанный на бумажке, которую дал Малыш.

– “Адирондак”.

– Что?

– Мотель “Адирондак”.

– У вас там есть такой Майлз Андерсон?

– Сейчас проверю.

– Уж проверьте.

Чуть погодя:

– Майлз Андерсон.

– Это Дон Салливан.

– Кто?

– Окей, пока.

– Ах да… мистер Салливан. Прошу прощения. Послушайте. Я только что купил дом в городе. На Верхней Главной. Знаете, где это?

– Слыхал, – ответил Салли.

– А. – Майлз Андерсон замялся. – Я так понимаю, это шутка.

– Я живу на Верхней Главной, – пояснил Салли.

– Правда? – В голосе слышалось недоверие.

– Какой дом вы купили?

– Напротив “Сан-Мерси”.

– Суси.

– Точно, – сказал Майлз Андерсон. – Я запомнил, что без чего-то там. Наверное, думал о Китсе[28].

– Наверное, – согласился Салли. – Это большой дом, мистер Андерсон.

Салли понял, о каком доме идет речь, – о самом просторном на Верхней Главной.

– Я планирую превратить его в ПП, – сообщил Майлз Андерсон.

– Окей, сдаюсь, – сказал Салли. – Что такое ПП, кроме полного привода?

– Полупансион, – пояснил Андерсон. – Вы ведь слышали о полупансионах?

– Никогда.

– Они сейчас в моде.

Салли не стал возражать.

Долгая пауза.

– В общем, дом, так сказать, не в лучшем состоянии. И его необходимо привести в порядок.