Мередит Милети - Послевкусие: Роман в пяти блюдах

— Потом он поедет в ресторан, чтобы немного поработать с бумагами. Возможно, задержится до ланча и ты его застанешь.

Ее голос звучит спокойно и равнодушно. Так она могла бы говорить с кем угодно. И это для меня страшнее всего. Очевидно, я больше не представляю для нее угрозу. Любовь Джейка дает ей ощущение полной безопасности: ей больше не нужно меня бояться.

Я молчу. Теперь моя очередь говорить, но в данный момент та область мозга, что отвечает за речь, полностью отключается.

— Мира!

В ее голосе слышится напряжение, от сонливости не осталось и следа. Я не отвечаю и кладу трубку.

Поработать с бумагами. Ушел рано утром. Что-то здесь не так. Во-первых, Джейк никогда не работает с бумагами. Этим занимаюсь я. Мы с Джейком по очереди заказываем фрукты, овощи и рыбу прямо с рынка. Заказы на мясо мы делаем по телефону или факсу, а потом, в конце месяца, оплачиваем счета. Специями, сыром, оливковым маслом и приправами нас обеспечивает Рената Бруссани. Наш бармен, он же сомелье, занимается заказами вин, отбирая их по собственному усмотрению, и в конце каждого месяца представляет мне подробный отчет, который я тщательно проверяю. Я самолично занимаюсь счетами, поскольку Джейк находит эту работу слишком прозаической, а потому не стоящей его внимания. Он считает себя артистической натурой и всю рутину с радостью перекладывает на меня.

Впрочем, не так давно я заметила, что Джейк начал украдкой заглядывать мне через плечо, пытаясь понять, что я делаю и как. На прошлой неделе я застала его в нашем офисе, где он просматривал списки кухонного оборудования. А во вторник он сообщил, что нужно заменить огнетушители в помещении второй кухни, — до сих пор такие мелочи его не интересовали.

Попробую поговорить с ним в ресторане. В конце концов, нужно его предупредить, что я не смогу заняться ланчем. Я не хочу оставлять Хлою и, кроме того, падаю от усталости из-за бессонной ночи. Единственное, что я сделаю сегодня, это встречусь с Ренатой Бруссани, которая поставляет нам оливковое масло и сыр. Неужели Джейк захочет присутствовать на нашей встрече? Это часть его грандиозного плана по захвату ресторана? Хорошо, что все бумага я унесла домой: черта с два Джейк узнает, какие продукты нам нужны.

Я звоню в «Граппу» и прошу позвать Тони, помощника шеф-повара. Он говорит мне, что Джейк еще не приехал, но, если нужно, он сам проследит за ланчем. Тони удивляется, когда я сообщаю ему, что Джейк уже едет в ресторан, и обещает позвонить мне, как только тот явится.

Следующий звонок — Ренате. Рабочий день начинается у нее рано, со встреч с клиентами, большинство из которых шеф-повара и владельцы ресторанов, и ей нужно успеть переговорить с ними до того, как они займутся ланчами и вечерней едой. Попрошу Ренату заехать ко мне домой, а не в ресторан.

Второй раз за это утро я вздрагиваю от неожиданности, когда вместо Ренаты мне отвечает сонный мужской голос, и только тогда вспоминаю, что несколько недель назад она вышла замуж. Должно быть, это ее муж, чье имя совершенно вылетело у меня из головы. Они поженились в Вегасе, после чего закатили грандиозную вечеринку в шикарных апартаментах Ренаты в Трибеке[5]. Я тоже была приглашена, но не пошла. Просто была не готова праздновать соединение двух идеалистов, которые, захлебываясь от восторга, сообщали всем и каждому, что второй раз в жизни встретили настоящую любовь. Я все еще зализываю раны после собственного неудачного замужества.

Рената берет трубку.

— Buon giorno[6], Мира, встречаемся, как договорились, в десять тридцать?

Ее голос звучит бодро и деловито. Возможно, она уже полностью одета и накрашена, хотя еще только восемь часов утра. Ренату нельзя назвать классической красавицей, но все известные мне мужчины, включая Джейка, считают ее таковой. Знойная, фигуристая, со средиземноморской смуглой кожей и обалденными пухлыми губами — вылитая Изабелла Росселини в молодости. Что касается женщин, то они прежде всего отмечают умение Ренаты одеваться: итальянские костюмы и шелковые блузки (обычно расстегнутые на несколько пуговок, дабы продемонстрировать соблазнительное декольте) и обязательно шарфик и серьги. Я бросаю полный отвращения взгляд на свой спортивный костюм, весь в красных пятнах и следах блевотины.

— Конечно, я готова встретиться, но, понимаешь, Хлоя заболела, я не могу ее оставить. Сегодня ночью она побывала в реанимации. Ты не могла бы приехать ко мне домой? Все бумаги у меня здесь.

— А как Хлоя сейчас? Может, хочешь отложить встречу? — спрашивает Рената.

— Ничего, не беспокойся, с ней все в порядке. Но нам срочно нужна новая партия сыра. А то придется закрыть ресторан, если мы останемся без пармиджано реджано[7]. Джейк у нас щедрая душа, ты же знаешь.

— Знаю, да благословит его Господь.

— Ну, это как сказать.

Рената смеется.

— Ой, прости, совсем забыла — чертов ублюдок!

За годы сотрудничества мы с Ренатой перестали быть просто деловыми партнерами. Когда «Граппа» еще только становилась на ноги, Рената не раз помогала мне ценными советами, и через несколько лет мы уже были близкими подругами. Когда у нее случались нервные срывы, особенно после одного неудавшегося брака, я нянчилась с ней, как с ребенком, а потом она поддерживала меня во время моего бракоразводного процесса, несмотря на свой обычный эгоцентризм. Кроме того, Рената ловкая, опытная бизнес-леди, и я подозреваю, что, если Джейку каким-то образом удастся вырвать из моих рук ресторан, Рената продолжит сотрудничать с ним как ни в чем не бывало, во всяком случае по части сыров и оливкового масла. И все же не любить Ренату невозможно. Если оставить в стороне все прочее, ее умение вести бизнес поистине восхищает. В свое время она внедрилась на рынок, где доминируют мужчины, лишь с помощью своего изворотливого ума, умения держать язык за зубами и безукоризненного вкуса во всем, что касается приготовления пищи. Да, шкафы в ее доме набиты сумочками от Фенди и обувью от Феррагамо, но она происходит из простой семьи, чьи предки веками пасли овец у подножия холмов Абруццо. В глубине души Рената осталась простой девчонкой, которая, когда ее никто не видит, не гнушается домашней работой, целыми мисками поглощает итальянскую пасту и плюется оливковыми косточками из окна своей шикарной квартиры в Трибеке.

Я никогда не расспрашиваю ее про супружескую жизнь, прекрасно зная, что при первой же нашей встрече на меня обрушится целый поток впечатлений. Рената отлично разбирается в мужчинах. Между прочим, именно она первой предупредила меня относительно Николь. Вскоре после появления у нас Николь я, помнится, представила ее Ренате как нашу новую служащую. Они сердечно поздоровались, мгновенно оценив друг друга так, как умеют только женщины, сознающие свою силу.

«Мира, — зашипела мне на ухо Рената, как только мы отошли от Николь подальше, — ты что, с ума сошла? Ты о чем думаешь?» Я была на седьмом месяце беременности и очень уставала. Для моего одурманенного гормонами разума Николь была всего лишь размытой тенью. Вспоминая об этом, я спрашиваю себя, не заметила ли Рената в Джейке что-нибудь этакое, не догадалась ли по блуждающему взгляду. Привлекательные женщины мгновенно замечают реакцию мужчины. В тот раз я задумалась было над словами Ренаты, но скоро о них забыла, слепо веря в то, что Джейк не может полюбить другую женщину.

Мы переносим встречу на половину двенадцатого, значит, я успею привести в порядок дом и себя и покормить Хлою, если она проснется. Рената обещает захватить с собой чего-нибудь перекусить, и я не отказываюсь. Я кладу трубку, полная приятных ожиданий. После душа я вновь почувствую себя человеком, а потом у нас будет роскошный ланч. Пожалуй, я даже сделаю на десерт ореховые бискотти[8] — подам к эспрессо.

От мыслей меня отрывает телефонный звонок. От неожиданности я роняю трубку переносного телефона, она проваливается между диванными подушками, и, пока я пытаюсь ее нащупать, включается автоответчик.

— Мира, это Джейк. Уже почти девять. Не знаю, смогу ли я поговорить с тобой до ланча…

Наконец я нахожу телефонную трубку.

— Привет, Джейк, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и сосредоточенно.

— Это Джейк.

— Я знаю.

В течение нескольких секунд никто из нас не произносит ни слова.

— Мне передали, что ты звонила. Тони сказал, что-то случилось с ребенком.

Так и хочется сказать Джейку что у ребенка есть имя и неплохо было бы с его стороны хоть изредка его использовать.

— Да, Хлоя подхватила какой-то вирус. Я возила ее в больницу среди ночи, когда температура подскочила до сорока двух.

— О господи, как она?

Хочется рассказать ему, как мне было страшно, как я испугалась за Хлою, но я молчу.