Маленький книжный магазинчик в Тегеране - Камали Марьян

Уолтер долго выбирал, сравнивал, откладывал шредеры, брал другие, но все-таки выбрал и повел Ройю по пропахшим химией рядам на поиски скрепок. Наконец они нашли скрепки, но их оказалось так много и таких разных, во всевозможных упаковках, что снова последовали долгие раздумья. Наконец они выбрали прозрачную коробку с разноцветными скрепками – ярко-синими, зелеными, как трава, ярко-желтыми и темно-красными.

Стоя в очереди в кассу (одну из восьми – так много!), Ройя достала из корзины маленький ручной санитайзер. Флакончик с резиновой петлей, чтобы повесить его на сумочку, брелок, куда угодно. Теперь Ройе будут не страшны простуды, грипп, пневмония и прочие болезни. Защитил бы он Мэриголд от острого ларингита? – тут же подумала она. Этот пластиковый пузырек с антибактериальным гелем?

– Магазин такой огромный, что никто из тех подростков не знает, где тут и что, – проворчала Ройя, когда они наконец подошли к кассе.

Кассирша вскинула голову с мягкими седыми кудрями. Пожалуй, ей было под семьдесят, ненамного меньше, чем Ройе. Ройя забеспокоилась, что обидела женщину, обругав сотрудников магазина. Но кассирша улыбнулась.

– Не знаю, – сказала она, посмотрев на Ройю темно-синими глазами. – Они хорошие ребятишки. Разве можно их осуждать? Мы постоянно получаем новые товары, трудно все запомнить.

– Конечно нет. Просто… помещение такое огромное, – пробормотала Ройя.

– О, некоторым магазин нравится. Тут найдется все! Мамаши любят его, потому что перед началом учебного года здесь можно купить сразу все необходимое. Но когда я прихожу на работу, у меня иногда кружится голова. Скажу вам по секрету, – шепнула она, наклонившись, – что в конце дня я и сама мечтаю о работе в маленьком магазинчике по соседству с домом. Только не говорите моему боссу!

Уолтер порылся в портмоне, вытащил кредитную карточку, провел ею по платежному терминалу и ждал ответа.

– Те дни прошли, – вздохнула Ройя. – Нет уже маленьких лавочек.

– О, кое-где еще остались маленькие семейные магазинчики канцтоваров, – сказала кассирша, укладывая в сумочку скрепки и санитайзер, а Уолтер снова положил в тележку шредер. – Я имею в виду не аптеки, где теперь продают и канцелярские принадлежности – дешевые блокнотики и прочее. Нет, я имею в вину настоящие магазины канцтоваров. Какие были раньше. Например, один такой есть в Ньютоне на Уолнат-стрит. Там лучшие авторучки. Пузырьки с чернилами! Не знаю, сколько они еще продержатся при нынешней конкуренции с такими гигантами, как наш магазин. Но тот просто чудо, скажу я вам. Настоящая машина времени.

– Благодарю вас. И желаю вам приятного дня, – сказал Уолтер и покатил тележку к выходу. Его не интересовали советы кассирши.

Ройя внезапно ощутила симпатию к этой приветливой женщине.

– Спасибо вам большое.

– Я тоже желаю вам приятного дня, – ответила кассирша, передразнивая Уолтера, и подмигнула Ройе.

Ройя подмигнула в ответ и проследовала за Уолтером на холодную парковку.

– Странная особа, – буркнул Уолтер, перегружая шредер в багажник.

– Мне показалось, что она хотела нам помочь.

– Бедная, одинокая, старая летучая мышь, – сказал Уолтер и поспешно добавил: – Я пошутил!

Они ехали домой по обледеневшим дорогам. На коленях у Ройи лежала пластиковая сумка со скрепками и санитайзером.

На автоответчике их ждало сообщение из ортопедической клиники.

– Ты слышал, Уолтер? – спросила Ройя. – Тебе нужно сделать новые слепки для твоих ортопедических стелек.

– Новые слепки для стелек. Развлечение, которому нет конца! – пробурчал Уолтер.

– Да, ты прав, – подтвердила Ройя, доставая рыбные палочки. В последние дни она слишком уставала, чтобы готовить персидские блюда. Когда тебе под восемьдесят, от некоторых вещей невольно отказываешься.

На следующей неделе Ройя сидела с Уолтером в ортопедической клинике. Они всегда ездили в клинику в Белмонт, но она временно закрылась на ремонт, и секретарша педиатра направила их в новую клинику возле медицинского центра «Ньютон-Уэлсли». Ройя нетерпеливо ерзала в кресле. Казалось, что в тот день на прием явились все спортсмены-старшеклассники и все разболтанные подростки из пригорода.

– Ройя, тебе не нужно тут сидеть. Иди и погуляй. Наконец-то погода хорошая, – сказал Уолтер.

– Я посижу тут с тобой. Все нормально.

– Не надо, не надо. Пройдись по магазинам. Глотни кофе, если хочешь. Мне есть чем заняться, – Уолтер похлопал по юридическому журналу. – Ждать еще долго.

Ройя с облегчением вышла из надоевшей приемной, где галдели подростки, прилипшие к своим айфонам. Воздух на улице показался ей почти приятным. Уолтер прав: так тепло не было давно, несколько месяцев. Редкий день в середине января! Она толком не гуляла больше месяца. «Сестрица, тебе не надоели вечные морозы? Приезжай ко мне в Калифорнию!»

Ройя осторожно шла по тротуару. Меньше всего ей хотелось сейчас поскользнуться и упасть. Хорошо еще, что у нее удобные туфли: на толстой подошве, серые, с маленьким бантиком. Пройдя несколько кварталов, она оказалась в центре Ньютона. За стеклом булочной сидел кот и лениво глядел на нее. Возле винтажной сапожной мастерской стояли рядами обувь и баночки с кремом для обуви. Ройе понравилась эта часть города – тут все просто и по-человечески. Никаких огромных торговых центров.

Когда она проходила мимо маленькой пиццерии, сладкий запах томатного соуса искушал ее купить кусок пиццы. Она уже была готова зайти, но тут ее привлекла вывеска в конце квартала. Она свисала с балкончика второго этажа, черная, с причудливыми золотыми буквами: «МАГАЗИН КАНЦТОВАРОВ».

Там лучшие авторучки. Чернильницы! В памяти Ройи всплыли слова кассирши из огромного магазина-склада. Значит, она дошла до Уолнат-стрит? Вероятно, да. Гонимая необъяснимой силой, она направилась к вывеске.

Когда она открыла дверь, прозвенел знакомый колокольчик. Давным-давно она не заходила в магазин с такими колокольчиками. Боже мой, все эти старинные колокольчики звучали одинаково.

Ее глаза не сразу привыкли к темноватому, душному помещению. Но вскоре она увидела полки с красочными блокнотами и тетрадями всех форм и размеров. Слева от нее на столике лежали сувениры и гаджеты: будильники, пазлы, кружки, дорогое мыло. В центре магазина на полках виднелись всевозможные ручки и карандаши в маленьких коробках. Она прошлась по проходу среди пишущих принадлежностей. Люди пробовали ручки, писали на боках картонных коробок завитушки и разные слова: «хэлло», «окей» и другие. Там же лежали аккуратными рядами архаичные точилки и яркие пеналы для карандашей.

Ройя, словно во сне, бродила по магазину. Перед главным прилавком она остановилась как вкопанная. Там, в большой стеклянной витрине, лежали блестящие авторучки и пузырьки с чернилами, как и рассказывала кассирша. Они украшали витрину: сапфирно-синие, изумрудно-зеленые и даже лиловые. В одном пузырьке чернила были цвета граната. Ей захотелось развинтить авторучку, осторожно накачать в нее чернила и написать что-нибудь на чистой странице. У нее в прошлом была специальная промокашка для тех, давних, писем, которые она писала когда-то, чтобы ни одно слово не смазалось; те письма она, положив в конверт, прятала в томике стихотворений Руми.

– Вам тут нравится?

Она испуганно оглянулась, словно ее поймали на краже. В глубине торгового зала возле двери стоял смуглый темноглазый мужчина с начинающими седеть волосами.

– О да… – У нее внезапно перехватило голос и закружилась голова. Ей стало трудно дышать.

– Вам плохо? – спросил мужчина. Его голос… В его голосе ей почудилось что-то знакомое.

– Нет-нет, все в порядке. – Но у нее подкашивались ноги. – Можно мне сесть, пожалуйста?

Он подошел к ней и, бережно взяв под руку, отвел за прилавок к креслу с розовой подушкой. Она с облегчением села и откинулась на спинку кресла. У нее пульсировала жилка на лбу.

– Мэм? Вам принести воды?

– Нет-нет. Мне просто нужно перевести дыхание.