Патриция Хайсмит - Игра мистера Рипли

Том протянул Джонатану стакан со словами:

– Ваше здоровье!

Потом повернулся к Липпо.

– Где ваша штаб-квартира, Липпо? В Милане?

Липпо предпочел хранить презрительное молчание. Каков негодяй. Надо бы устроить ему небольшую встряску. Том с отвращением посмотрел на пятно высыхающей крови под головой Энджи, поставил свой стакан на деревянный сундук возле двери и снова пошел на кухню. Он смочил толстую половую тряпку – мадам Аннет называла ее torchon – и вытер кровь с натертого воском паркета. Приподняв ногой голову Энджи, Том подсунул под нее тряпку. Кровь больше не идет, отметил Том. Неожиданно он встрепенулся и более тщательно обыскал карманы Энджи, ощупав его брюки и пиджак. Он нашел сигареты, зажигалку, мелочь. Бумажник он оставил в нагрудном кармане. В кармане брюк оказался сложенный носовой платок, и, когда Том потащил за него, вместе с платком вывалилась удавка.

– Смотрите-ка! – воскликнул Том. – Как раз этого мне и не хватало! Ох уж эти мне мафиозные четки!

Том поднял удавку и с удовольствием рассмеялся.

– Это тебе, Липпо, если не будешь пай-мальчиком, – сказал Том по-итальянски. – Мы ведь вообще-то и не собирались стрелять – столько шуму, правда?

Том направился к Липпо, наматывая удавку себе на палец. Джонатан стоял, уставившись в пол.

– Ты ведь принадлежишь к известному семейству Дженотти, non е vero[108], Липпо?

Липпо помолчал, но недолго, точно отрицательный ответ лишь мелькнул у него в голове.

– Si, – твердо произнес он с оттенком vergogna[109].

Том усмехнулся. Эти семьи сильны числом своих членов, когда держатся вместе. Оказавшись в одиночестве, как вот этот, мафиози желтеют, а то и зеленеют. Том сожалел, что с рукой Липпо что-то случилось, но он его все-таки не мучил, хотя знал, каким мучениям подвергает мафия свои жертвы, если те не спешат расставаться с деньгами или не оказывают ожидаемых от них услуг, – вырывают ногти из пальцев ног, тушат о тело сигареты и т. п.

– Сколько человек ты убил, Липпо?

– Nessuno! – крикнул Липпо.

– Ни одного, – перевел Том Джонатану. – Ха-ха.

Напротив парадного входа находился небольшой туалет. Том сходил туда и сполоснул руки. Потом допил то, что оставалось в стакане, взял полено, лежавшее возле двери и подошел к Липпо.

– Липпо, ты сегодня позвонишь своему боссу. А может, новому шефу, а? Где он сегодня вечером? В Милане? В Monaco di Bavaria?[110]

Том ударил Липпо поленом по голове, просто чтобы показать, что у него серьезные намерения, но удар получился довольно сильным, потому что Том нервничал.

– Не надо! – закричал Липпо.

Он закачался, едва не теряя сознание. Одной рукой он схватился за голову. На него было жалко смотреть.

– Бить человека с одной рукой! – вопил он. Теперь он заговорил на родном языке – на неаполитанском диалекте, сколько мог судить Том по гортанным звукам, хотя это могло быть и миланское наречие. Том не разбирался в такого рода тонкостях.

– Sissi![111] Да к тому же двое против одного! – отвечал Том. – Нечестно с нашей стороны, а? На это ты жалуешься?

Том обозвал его каким-то грубым словом и резко повернулся, чтобы взять сигарету.

– Почему ты не молишься Деве Марии? – бросил Том через плечо. – И хватит орать, – добавил он по-английски, – не то живо получишь по башке!

Он резко махнул поленом, демонстрируя, что имеет в виду.

– Вот что убило Энджи.

Липпо сощурился, его рот слегка приоткрылся. Слышно было, как он часто дышит.

Джонатан допил свой стакан. Направив револьвер на Липпо, он держал его в обеих руках, потому что револьвер потяжелел. Он был не совсем уверен, что сможет выстрелить в Липпо, если ему придется это сделать, да к тому же Том то и дело оказывался между ним и Липпо. Теперь Том тряс итальянца за ремень. Джонатан не все понимал из того, что говорил Том, – он тараторил очень быстро, вставляя между итальянскими словами французские и английские. Сначала Том почти шептал, но в конце концов вышел из себя, повысил голос и, оттолкнув итальянца, отвернулся от него. Итальянец молчал. Том подошел к радиоприемнику и нажал на пару кнопок. Передавали концерт для виолончели. Он сделал звук погромче, потом подошел к окнам, выходившим на улицу, чтобы убедиться, что портьеры плотно задернуты.

– Вот ужас, – извиняющимся тоном сказал Том Джонатану. – Мерзавец не хочет мне сказать, где его босс, поэтому придется за него взяться как следует. Понятно, он своего босса боится больше меня.

Том быстро улыбнулся Джонатану, потом подошел к радио и покрутил ручку настройки. Другая станция передавала поп-музыку. Он решительно взял в руки полено.

От первого удара Липпо увернулся, но Том ударил его в висок слева. До этого Липпо вопил, а теперь запричитал:

– No! Lasciame![112]

– Телефон босса! – кричал Том. Следующий удар пришелся Липпо в руку, которой он защищал живот. На пол посыпались мелкие осколки разбитого стекла. Липпо носил на правой руке часы, они, должно быть, разбились. Липпо, прижимая ушибленную руку к животу, уставился на осколки, валявшиеся на полу. Дышал он с трудом.

Том подождал, держа полено над головой.

– В Милане! – сказал Липпо.

– Хорошо, теперь ты… Остального Джонатан не расслышал.

Том жестом указывал на телефон. Подойдя к столику возле окна, на котором стоял аппарат, он достал карандаш и бумагу и спросил у итальянца номер в Милане.

Липпо назвал номер, и Том записал.

Затем Том произнес более длинную тираду, после чего повернулся к Джонатану:

– Я сказал этому парню, что задушу его, если он не позвонит своему боссу и не скажет ему то, что я прикажу.

Том приготовил удавку, но, едва он повернулся лицом к Липпо, как услышал, что у ворот остановилась машина.

Джонатан поднялся, решив, что это либо итальянское подкрепление, либо Симона в машине Жерара. Джонатан и сам не знал, что хуже, – ведь и в том, и в другом случае ему в данной ситуации не светит ничего хорошего.

Том не стал раздвигать занавески и выглядывать в окно. Двигатель по-прежнему гудел. В выражении лица Липпо ничего не изменилось – Том даже облегчения не заметил.

Машина между тем поехала направо. Том выглянул между занавесок. Машина ехала, не останавливаясь. Все было хорошо, только бы из нее не выскочили несколько человек и не спрятались в кустах, а потом не открыли стрельбу по окнам. Том прислушивался несколько секунд. А что, если это чета Грэ, подумал Том, это они звонили несколько минут назад, может, увидели незнакомую машину на дорожке за воротами возле дома и решили проехать мимо, полагая, что у Рипли гости.

– Вот что, Липпо, – спокойно произнес Том, – ты позвонишь своему боссу, а я буду вас слушать с помощью этого небольшого приспособления.

Том взял круглый наушник, который был прикреплен к телефонному аппарату сзади. Французы приставляют его ко второму уху, чтобы было лучше слышно.

– А если что-то мне покажется не так, – продолжал Том теперь уже по-французски – он видел, что итальянец понимает этот язык, – я затяну узел, ясно?

Том продемонстрировал на своем запястье, как он это сделает, потом подошел к Липпо и набросил удавку ему на шею.

Липпо удивленно дернулся, и Том повел его к телефону, как собаку на поводке. Он подтолкнул Липпо к стулу, тот сел, а сам Том оказался в удобном положении и мог, если понадобится, в любой момент с силой затянуть удавку.

– Теперь я наберу номер – боюсь, разговор будет за его счет. Ты скажешь, что ты во Франции и что вам с Энджи кажется, будто за вами следят. Скажешь, что видел Тома Рипли, но Энджи говорит, что он не тот, кто вам нужен. Понял? Любые шуточки, закодированные слова и… – Том затянул удавку, но не настолько, чтобы она впилась Липпо в шею.

– Sissi! – произнес Липпо, в ужасе глядя то на Тома, то на телефон.

Том набрал номер и попросил телефонистку соединить его с Миланом. Когда телефонистка спросила номер его телефона, как это принято во Франции, Том назвал.

– Кто будет говорить? – спросила телефонистка.

– Липпо. Просто Липпо, – ответил Том. Затем он дал ей номер телефона в Италии.

Телефонистка сказала, что перезвонит.

– Если окажется, что это лавка на углу или твоя подружка, я тебя задушу! Capish?[113] – предупредил он Липпо.

Липпо передернуло. У него был такой вид, будто он отчаянно пытается придумать, как бы сбежать, а в голову ничего не приходит.

Зазвонил телефон.

Том жестом велел Липпо снять трубку, а сам приложил к уху наушник. Телефонистка сообщила, что сейчас соединят.

– Pronto?[114] – произнес мужской голос на другом конце.

Липпо прижимал трубку правой рукой к левому уху.

– Pronto. Это Липпо. Луиджи!

– Si, – ответили на другом конце.

– Послушай, я… – Липпо вспотел, его рубашка прилипла к спине. – Мы видели…

Том слегка дернул удавку, давая Липпо понять, чтобы он продолжал в том же духе.