Елена Некрасова - Щукинск и города

А ведь был почти в кармане. И так каждый раз… только подумаешь — ага, наконец-то попался, а вот хрен… да, говорят, был недавно, видели, как же… Хорошо, хоть Билли не теряет надежды, держится молодцом… а Буряк ускользает, как червяк. Буряк — червяк… Буряк — маньяк… Буряк пиджак… что же ещё… Буряк, Буряк… мудак. Иконописец сраный… чуть не трахнул близнецов, мало ему было этой Марины? Марина, конечно, не красавица, мягко говоря… ну так сам же её и спаивал столько лет… на нимфеток его потянуло… хотя почему? Батюшка сказал, что девочкам скоро должно исполниться восемнадцать, и тогда они покинут монастырь. Покинут… интересно, а куда они денутся? Ни квартиры, ни паспорта. А монахов это не волнует, настоятель отписал письмо в мэрию, пусть там разбираются, так что девочкам прямая дорога на панель… отличная история, надо будет её запечатлеть в журнале. Вот только как, под каким соусом… а, можно так — моя Кристина любит посещать мужские монастыри, это страшно возбуждает её сексуальную фантазию… Ну да, сказать, что её не хотели впускать, но она вызвала настоятеля и пообещала сделать щедрое пожертвование… Нам повезло, в монастыре происходила показательная экзекуция — молодого монаха розгами наказывали за блуд… да, про художника упоминать необязательно, пусть будет монах… типа мы спросили, за что его секут, а настоятель сказал, у них теперь каждый день кого-то секут… а дальше можно всю правду, как и было. Однажды зимой в монастырь постучалась женщина с двумя девочками-близняшками лет десяти и, плача, попросила их приютить… она рассказала настоятелю, что муж отобрал квартиру и живёт там с любовницей, а их троих выгнал на мороз… настоятель поселил их в дальней келье, но, когда навёл справки, выяснилось, что мамаша эта не в себе… работала библиотекарем, замужем не была и, кто отец этих девочек, не известно… но с ума она сходила постепенно — сначала никто и не заподозрил… думали, что продаёт квартиру, чтобы купить другую. А она купила трёх лошадей и сообщила дочерям, что теперь они свободные люди… но зимой в палатке стало жить невозможно, девочки простудились, лошади сдохли от голода, тёплую одежду украли другие бомжи. Куда идти? А рядом монастырь… вот только мужской. Короче, непонятно, что с ними делать… мамашу сдали в дурдом, а девочки остались, жалко их… Настоятель пытался пристроить девочек в женский монастырь, но матушка-игуменья не согласилась — это вам, говорит, их Бог послал, вверил в ваши руки… вот если они сами к нам придут, когда вырастут, тогда милости просим. Но девицы явно метили не в монастырь, а в фотомодели… так что монахам жить стало неспокойно, многие каялись в плотском волнении и ночном рукоблудии… да, история что надо. Вот только непонятно, эти девочки в школу-то ходили? Об этом настоятель ничего не рассказывал… Надо ещё присочинить, как монахи подглядывали за девицами, потом друг за другом, и все поголовно впали в грех, даже настоятель… а закончить тем, что Кристина ужасно возбудилась и всю ночь играла роль девственницы, совращаемой старым монахом… роль монаха досталась известно кому…

Да, история… этот настоятель с таким смиренным видом рассказывал, какое тяжелое испытание для монастыря эти девицы, особенно для молодёжи… какая-то чушь… зачем уходить в монастырь, если хочется трахаться? Уж если ничего уже не хочется… или в этом и состоит смысл? Тебе охота, а ты ни-ни… но тогда девицы — просто находка… где-то он читал, что в Средневековье существовали совмещенные монастыри, муже-женские, и монах с монахиней должны были спать в одной постели голые, чтобы победить свои желания… получалось у них, интересно? Не делать — ещё не значит не хотеть… даже кастраты хотят… Вот как победить плоть? Сидеть взаперти? А потом увидишь разок бабу и понеслось… бред. Но так много молодых монахов… а может, они просто в монастыре косят от армии? Тогда понятно… И тут появляется иконописец Буряк, сатир пенсионного возраста. И на глазах у несчастных монахов преспокойно ходит в девичью келью… беседовать об искусстве… А однажды всех троих застали на монастырском пляже, девицы делали художнику массаж спины. Буряка выгнали вон. А измученные соблазнами рабы божьи ждут не дождутся совершеннолетия подлых девиц, чтобы с чистой совестью отправить их к чертям собачьим… Всё бы смешно, но Буряк запил, сволочь… где-то у друга, не сообщив своей Марине. Марина пошла искать любимого в монастырь и выслушала весь этот ужас… когда же он явился наконец, Марина решила немного помучить предателя, сказала, что не откроет дверь. Буряк не стал с ней спорить, ушел и больше не появлялся… с октября месяца. Мастерская закрыта наглухо, она много раз проверяла. Где он шляется столько времени, совершенно не ясно… Марину наградили сотней баксов, и она объездила с ними всех друзей и знакомых, у которых бывала с Буряком… кто-то видел его на остановке троллейбуса, а может, и обознался… одному художнику Буряк звонил, напрашивался в гости… другой мужик уверял, что Буряк давно уже сдал свою мастерскую какому-то ювелиру, но это вряд ли, что-то не похоже… и только вчера опять затеплилась надежда. Вконец отчаявшись, они явились к его бывшей жене и заполучили этот очаковский адрес… такая милая оказалась женщина, напоила их кофе, отчего было раньше к ней не зайти… оказывается, в Очакове проживает двоюродный брат Буряка, пенсионер-вдовец и тоже не дурак выпить… в общем, вместе им хорошо, во всяком случае, раньше Буряк мог поехать в гости к брату, да и остаться на пару месяцев, как он говорил, порыбачить… Странно, что Марина не в курсе… хотя почему? Наоборот. Знай Марина о существовании брата, давно бы уже достала своего Димчика, как она его называет…

— Во дают! Ты слышал?

— Что?

— Да по радио, про Гарри Поттера…

— А, нет, я не слушал…

— Так нашли могилу Гарри Поттера, где-то в Израиле… и теперь туда съезжаются паломники со всего мира, это ж надо! Проводят там какие-то ритуалы…

— Как это Гарри Поттера? Литературного героя?

— Ну да! А там похоронен какой-то английский солдат, просто Гарри Поттер — его настоящее имя.

— Понятно, фанаты… а далеко ещё?

— Да минут двадцать, не больше… к одиннадцати точно будем.

— А Очаков большой город?

— Ещё бы! Минут за десять можно объехать, нам какая улица нужна?

— Шмидта… сейчас я скажу номер дома…

— А, знаю такую, это в самом центре, там ещё Дом культуры такой здоровенный…

Билли проснулся и опять вертит головой. Пока что Очаков напоминает щукинское Заречье, такая же унылая дыра, тихая серость… Одноэтажные домишки, покосившиеся замызганные заборы, повсюду бродят куры с гусями… кажется, что вернулся домой. Радио поёт про шоколадного зайца, бодренькая такая песня, Билли посвистывает в такт… «дворники» весело размазывают грязь, водитель уже и не пытается объезжать лужи и ямы, мелкий гравий барабанит по стеклам… ай! Даже жалко машину… если треснет лобовое, оно ему встанет дороже заработанных денег, туда и обратно мужик запросил сто двадцать баксов, по мнению Жени, такая поездка должна стоить как минимум в два раза дороже, но не предлагать же больше… да, не жадный попался мужик. Хочется хорошего кофе, но где ж его тут найдешь… а вот и улица Шмидта. И это у них называется центр города?! Да уж… сквер с каким-то памятником, универмаг… ага, банк имеется… но почему все говорят «город»? Очаков — это большое село…

Так, где бумажка… посмотрим, как зовут братца… Иван Иванович Приходько… где же звонок? Калитка не заперта, собак во дворе вроде бы нет, сушится бельё…

— Хозяева! Иван Ива-а-нович!! Вы дома? Иван Ивано-в-и-ич… Глухо, как в танке. Давай я один пока зайду, мало ли… в таких дворах бывают злые собаки.

— Странно, Джек… почему здесь так мало телефонов? И у Марьины нет телефона, у многих нету… Ведь этот дом — частная собственность? Смотри, тут своя земля… земля — это дорого, разве нет? И нет телефона! А в России есть телефоны? Или тоже надо ехать сто километров, чтобы поговорить с человеком?

— Билли, я не понял… я хотел съездить один, ты же сам рвался в Очаков!

— Нет, дело не в этом, мне интересно посмотреть Украину… но всё-таки очень странно, Джек.

— Кто ж спорит… Иван Ивано-ви-и-ич!! К вам при-шли-и-и! Всё, я пошёл вовнутрь…

Во дворе никого нет, дверь в дом приоткрыта… а если обойти дом… тоже никого, постучим…

— Хозяин дома?! Иван Иванович!.. Есть кто-нибудь дома?

— Иду-иду я! Зараз прыйду…

Хм, откликнулась какая-то старушка, а говорили, вдовец… женился, что ли… или адрес неправильный, чёрт, этого ещё не хватало!

— Иду вжэ, иду…

— Здравствуйте! Извините, я не нашел звонка… а могу я увидеть Ивана Ивановича Приходько? Он здесь живёт?

— Так помэр вин… два рокы вже тому, як помэр…

— Умер?! Он умер, да? Я вас правильно понял?

— Помэр. Утоп вин, утонув…