Наталья Баклина - Девушка с Рублевки

Плохо мне тогда стало. Так плохо, что решила я завязывать с этим бизнесом. И с Челябинском завязывать. И с Угловым. При первой же возможности стала вытаскивать наличность, долю свою из бизнеса вынимать. Успела собрать три тысячи долларов, но тут Углов заметил мои маневры и устроил разборки. Я ему и выдала. И про квартиру для любовницы, и про вранье наглое, и про то, что не пошел бы он куда подальше со своим сетевым маркетингом, и про то, что я уезжаю в Москву. Там быстрее себе на квартиру заработаю. Себе, а не его поб... Короче, поцапались мы по-черному. И этот паразит, мало того, что мою часть прибыли мне не отдал, еще и облаял меня напоследок, вон до сих пор икается.

Здесь, в Москве, тоже все пошло как-то по-дурацки. Хотела устроиться на работу по основной своей специальности. Я ведь инженер-строитель. Только на стройках сроду не работала, в стройуправлении сидела личным помощником руководителя. Документы печатала, праздники для народа организовывала, мероприятия всякие. С легкой руки начальника своего, Иван Иваныча, компьютер освоила, он меня специально на курсы посылал. Платил только маловато, оттого в сетевой бизнес и кинулась.

Ну так вот, принялась я тут в Москве по объявлениям звонить, кому секретарша требуется. Да все невпопад: то строго москвичка нужна, то не старше тридцати и чтобы внешность модельная, а я старше и не модель, то со знанием специальных программ по документообороту. Пару недель ходила, радовалась, что жилье удачно нашла – сняла комнату в Бибирево. Квартира оказалась коммунальной, на две комнаты. Хозяин моей комнаты умер, и его брат решил квартирантов пускать, просил шесть тысяч рублей в месяц. Хозяйка второй комнаты в квартире не жила и тоже ее сдавала. Когда я заселилась, моими соседями была супружеская чета из Донецка. Спокойные люди, чистоплотные и тихие, они совершенно меня не напрягали и не беспокоили.

Галка, так звали соседку, видя безуспешность моих поисков, даже предложила похлопотать за меня в своей фирме, там как раз штат набирали. Она, Галка, вон за три месяца как доросла. Деньги хорошие платят, тысяч по пятнадцать рублей у рядовых получается, у бригадиров – двадцать. Когда я узнала, чем ее фирма занимается, хохотала как ненормальная. Клининговая компания! То есть уборка помещений! Получается, в уборщицы меня Галка звала! С карьерными перспективами! Привет от Углова!

Видимо, от шока при таком совпадении что-то сместилось у меня в голове, и я, отложив Галкин вариант трудоустройства на самый крайний случай, решила смотаться в московский офис компании, чью продукцию мы с Угловым так хорошо двигали в Челябинске. Тем более что адрес в мозгу засел намертво. Уж не знаю точно, на что я надеялась, когда блуждала по незнакомым улицам в получасе ходьбы от метро «Петровско-Разумовская», и только упрямство заставило меня приставать с расспросами к прохожим. Но то, что я увидела в офисе, разочаровало меня абсолютно. Длинный коридор и два окошка. В одно нужно называть свой регистрационный номер и отдавать деньги. Из второго получать товар. И по всему коридору – очередь из дилеров.

Не знаю зачем, но я встала в эту очередь за ухоженной дамой лет пятидесяти. Женщина явно маялась этим ожиданием, переминалась с ноги на ногу, дождалась, пока за мной встал коренастый парень в кожанке, и вдруг предложила:

– Пойдемте покурим?

Вообще-то я не курю, но незнакомка мне понравилась, и я решила составить ей компанию. Во дворике здания, где размещался офис, нашлась скамейка, и мы обе плюхнулись на нее, с наслаждением переводя дух. Я вытянула гудящие от беготни ноги в черных штанинах и ботинках на низких каблуках. Она – затянутые в чулки и обутые в модные ботики на шпильках и, видимо, тоже ноющие от топтания в очереди.

– Зря я сегодня пришла, забыла, что среда – день региональных дилеров, – сказала женщина и протянула мне узкую голубую пачку сигарет.

– Спасибо, не курю. Я просто так вышла, за компанию.

– Меня, кстати, Татьяной зовут, – кивнула дама и прикурила от изящной золотистой зажигалки.

– Лариса, – представилась я.

– Вы тоже из региона? – Татьяна выпустила дым в сторону, чтобы не попадать на меня.

– Ну, как сказать... Вообще-то я из Челябинска, но сейчас решила в Москве работу поискать.

– В сетевом маркетинге?

– Нет, вообще-то я пытаюсь найти работу по специальности. А сетевым маркетингом я в Челябинске занималась и больше пока не хочу. – Я поймала заинтересованный взгляд Татьяны и поспешила объяснить: – А сюда не знаю зачем пришла. Просто нет в Москве знакомых никого, а с этой линией я все-таки почти год проработала.

– Продавали?

– Нет, в основном администратором работала. Я ведь почти на вершине пирамиды была, второй уровень. Движение по уровням отслеживала, бонусы распределяла, акции всякие организовывала, праздники для членов сети. У меня это гораздо лучше получается, чем прямые продажи.

– Так вы заработали и решили перебраться в столицу! – понимающе кивнула Татьяна. – Квартиру уже купили или подыскиваете? Могу хорошее агентство порекомендовать, берут всего два процента от сделки.

– Что вы, какая квартира! – нервно хихикнула я. – Сняла комнату в Бибирево и рада. Теперь вот нужно срочно работу найти, пока сбережения не проела.

– А что так? – прищурилась Татьяна. – Не пошел бизнес в Челябинске?

– Пошел. Только деньги не мне достались. – Я не стала вдаваться в подробности, а Татьяна не стала настаивать.

– Так, значит, у вас есть хороший опыт административной работы, общения людьми, организации мероприятий... С компьютером как?

– Офисные приложения знаю, специальные программы – нет.

– А с текстами как работаете?

– Нормально. Я и шефу своему в строительной компании все тексты докладов редактировала, в местную газету статьи про компанию писала. И в сетевом бизнесе писала тексты для листовок, и в городской газете колонку вела «Советы хозяйкам».

– Слушайте, Лариса, похоже, я могу вам помочь с работой. – Татьяна достала из сумочки визитку и что-то написала на обратной стороне. – Вот, позвоните, скажете, что от Татьяны Николаевны.

«Пенкин Виктор Алексеевич», – прочитала я.

– Это сын моей хорошей приятельницы, он занимается издательским бизнесом, сейчас подыскивает себе личного помощника. Мне почему-то кажется, что вы ему подойдете.

Глава 2

Крышка на чайнике задребезжала, и я очнулась от грустных воспоминаний. Чай в пакетиках оказался с бергамотом, который я терпеть не могу. Поэтому я быстренько вытащила из бокала пакетик, пока не успел настояться, и, отхлебывая подкрашенный кипяток, подошла к окну и открыла пыльную створку. За окнами мчались машины. Вот оно, Рублевское шоссе. Самое обыкновенное, разве что полосы движения машин перегорожены забором, чтобы пешеходы не бегали. Хотя где тут побегаешь – автомобили сплошным потоком. А для пешеходов переходы-галереи построили, мы с Сергеем по такому шли от метро. Ничего так труба-переходик: карабкаешься по бетонным ступеням до высоты третьего этажа, потом спускаешься. Мне-то, молодой-красивой-неотягощенной, несложно было. А вот Серега со своим пузом пыхтел. А как старикам здесь карабкаться? А с багажом как? Видимо, тех, кто эти трубы понастроил да подвесил над шоссе, такие мелочи не волновали.

Вот домики через дорогу поновее этого будут. И посимпатичнее. А там, слева, вообще роскошные постройки. Элитный дом, наверное. Эдакая кирпичная башня с круглым застекленным верхом. Вот если бы Пенкин меня в такой дом поселил! На Рублевке! Если бы да кабы... Все, хорош страдать, хоть и убитая квартира, да почти задарма и без соседей. Еду в Бибирево за вещами.

Дверь в квартиру закрылась не сразу – оказывается, ее нужно было придерживать одной рукой, а второй аккуратно поворачивать ключ. Иначе ключ вытягивал замок, тот съезжал и заклинивался. Судя по всему, дверь когда-то высаживали, потому что расщепленный косяк был наскоро укреплен дощечкой с прорезью для язычка замка, а сам замок болтался в дверном пазу, замаскированном дерматином, из-под которого торчали клочки ваты. Так, еще и с дверью надо что-то делать. Ну, Пенкин! Ты сам-то видел эти хоромы «на Рублевке»?

Под лавочкой возле подъезда валялся крупный седой старик. Рядом переминался товарищ помельче и помоложе.

– Плохо человеку? «Скорую» вызвать? – переполошилась я.

– Нет, нормально все. Иваныч перебрал маленько. Сейчас Толик спустится, и мы его домой отведем.

– На двенадцатый этаж? – попыталась я вспомнить, где живет протестующий алкаш. – Так этот старикан, что ли, из протеста в лифте гадит?

– Зачем это? Иваныч на втором живет, – не понял мужичок, а я не стала объяснять.

Оказывается, в этом подъезде живут по меньшей мере два алкоголика. М-да, привет с Рублевки! Не простыл бы старик, хоть и теплый апрель выдался, а земля еще холодная.