Джон Гришем - Рождество с неудачниками

— Не можем же мы его оставить, — жалобно сказала Бев.

— Да, не можем, — кивнул Уолт.

Лютер терпеть не мог кошек.

— А если попросить Джуд Бекер? — спросила Бев.

— Не проблема. Я с ней договорюсь, — сказал Лютер и нервно сглотнул. Он знал, что договариваться придется Норе и что она закатит ему хороший скандал.

— Ты уверен? — как-то слишком быстро спросил Уолт.

— Конечно, какие проблемы!

Кот еще раз пристально и злобно взглянул на Лютера и шмыгнул в гостиную. Их чувства были взаимными.

Потом они долго прощались, и, обняв Бев, Лютер вдруг испугался, что может невольно раздавить ее. Под просторным свитером — кожа да кости. Какая же она хрупкая, исстрадавшаяся женщина! По щекам Бев ползли слезы.

— Я позвоню Норе, — шепнула она. — Спасибо, спасибо вам!..

Даже у непрошибаемого Уолтера глаза были на мокром месте. Уже выйдя на крыльцо, он последний раз пожал Лютеру руку и сказал:

— Это очень много значит для нас, Лютер. Спасибо тебе, друг.

Шёли заперли дверь, Лютер двинулся к дому. Без конверта с дорогими билетами и толстыми рекламными проспектами идти стало легче и свободнее. И еще он был страшно доволен тем, что сделал соседям такой замечательный подарок. Спина у Лютера выпрямилась, он шагал быстро, почти не хромая, и весело постукивал тросточкой по тротуару.

Посреди улицы обернулся. Дом Шёлей, еще несколько минут назад погруженный во мрак, теперь сиял огнями. Свет горел и на первом, и на втором этажах. Всю ночь будут паковать вещи, подумал Лютер.

В доме Крэнков отворилась дверь, чета Гэлди, как обычно шумно, прощалась с хозяевами и гостями. Из гостиной до Лютера донесся смех, звуки музыки эхом разлетелись по Хемлок-стрит. Похоже, вечеринка подходила к концу.

Лютер стоял на тротуаре, на шерстяном шарфе и воротнике блистали снежинки. Он стоял и смотрел на свой нарядно украшенный дом, где сегодня собрались почти все соседи, и не уставал благодарить судьбу. Блэр дома, привезла с собой очень славного, красивого и вежливого молодого человека, который к тому же совершенно от нее без ума. Мало того, Энрике так мило развлек гостей пением и музыкой вместе с этим Марти... как его там дальше.

Ему, Лютеру, необычайно повезло. Ведь он вполне мог покоиться сейчас в морге имени Франклина. Или лежать на койке реанимационного отделения больницы с иголками, воткнутыми во все вены. Ведь катился с крыши прямо как снежный ком, да еще головой вниз. При одном воспоминании об этом становилось страшно. Да, везунчик он, вот кто!

Благослови, Господь, всех его соседей, которые пришли на помощь в трудную минуту. Спасли его. Мало того — пожертвовали своими планами и пришли встречать Рождество с ним.

Лютер посмотрел вверх и увидел на крыше снеговика. Тот не спускал с него глаз. Круглая улыбающаяся физиономия, шляпа-цилиндр, смешной кукурузный нос. Через косо летящие снежинки Лютеру даже показалось, что снеговик подмигивает ему.

И вдруг он почувствовал, что просто умирает от голода. И еще ему почему-то бешено захотелось именно копченой форели. Лютер решительно зашагал к калитке, оставляя следы на снегу. От фруктового торта тоже не отказался бы, подумал он.

Пропустить Рождество. Что за дурацкая идея!

Ну, разве что на следующий год...

Примечания

1

«Юнайтед уэй ов Америка» — благотворительная общественная организация, основана в 1918 г. Занимается сбором средств на оказание гуманитарной помощи.

2

Храмовники — члены американского тайного братства «Древний арабский орден благородных адептов Таинственного храма».

3

Кэнди-Кейн — леденцовая тросточка, популярное в США лакомство.