Успеть. Поэма о живых душах - Слаповский Алексей Иванович

Антон вручил ей пакет с вином и сигаретами, она поблагодарила, он снял куртку, разулся, Эста ногой пододвинула ему мягкие безразмерные тапки.

Квартира была крохотной, чуть не треть комнаты занимала кровать, отделенная от прихожей стенкой-перегородкой, получилось что-то вроде ниши или алькова — Антон помнил слово «альков», но не помнил его точного значения. От постели до окна с балконной дверью тянулся по стене шкаф-купе с зеркальными дверьми, посредине комнаты стоял стеклянный стол на металлических ножках, было тут несколько стульев, тоже металлических, на стенах висели в рамках какие-то абстракции, как-то все холодно, безлико, бесприютно.

Эста пригласила Антона в кухню, где вручила ему штопор и попросила откупорить вино.

— Очень спешите? — спросила.

— Да так…

— Выпьете со мной?

— Я за рулем.

— Оно легкое.

— Нет, спасибо.

— Тогда я одна, можно?

— На здоровье.

Эста налила себе, отпила небольшой глоток, а потом пододвинула к себе чайное блюдце, на котором была россыпь белых таблеток. Эста пальцем отделила две штучки, подумала, добавила третью, еще подумала, вернула третью назад, к россыпи, а две таблетки положила в рот, запила вином. После этого закурила, приложила ладонь ко лбу, смотрела в стол. Так и сидела довольно долго и неподвижно, только рука время от времени размеренно поднималась, поднося сигарету ко рту, а потом бессильно опускалась, почти падала на стол.

Убрала ладонь, посмотрела на Антона, прищурившись.

А Антон смотрел на ее губы. Они были очень необычно оконтурены, словно обрисованы красно-бурым карандашом.

Эста заметила взгляд, сказала:

— Татуаж. Нравится?

— Эффектно.

— Еще недоделано, на все губы хочу нанести цвет. Перманентный татуаж. Немного болезненно, но безвредно, это не силиконом накачивать. Видели накаченные губы?

— Да.

— Нравится?

— Нет.

— Не понимаю. Ни один мужчина не сказал, что ему нравятся эти плюхи, а они все равно накачивают. Загадка. Андрей, не думайте…

— Антон.

— Прошу прощения. Антон, это не наркота, это стимуляторы. К сожалению, должна принимать. Хотите попробовать?

— Нет.

— И правильно. Вы, наверно, очень здоровый?

— Не жалуюсь.

— И красивый. Вам сколько лет?

— Тридцать семь.

— Прекрасный возраст. А мне, как думаете, сколько?

— Двадцать пять?

— Раньше давали двадцать.

— Извините.

— Наоборот, спасибо. Мне тридцать два. Но у меня феноменальная кожа. Я ничего с ней не делаю, а она не увядает. Смотрите.

Эста приподняла край футболки и показала живот.

— Да, — сказал Антон.

— Бюстгальтера на мне, если заметили, тоже нет. И никаких подтяжек, никакого силикона, все от природы. Наверно, я сразу постарею и тут же умру. Я не против. Вы бизнесмен? Или каким-то творчеством занимаетесь? У вас творческое лицо.

— Я приехал ноутбук вам починить, — напомнил Антон.

— Ну да, конечно. Сейчас.

Эста пошла в комнату, там что-то открывала, выдвигала, роняла.

Принесла серебристый ноутбук, положила на стол. Антон открыл его, экран остался черным.

— Разряжен.

— И что делать?

— Зарядить.

— Нужен шнур?

— Да. Эста, в вашей заявке указано, что тормозит браузер, что все очень медленно открывается…

— Катастрофически! Вам нравится мое имя?

— Красивое.

— И настоящее. Никаких псевдонимов. Было другое, но я сменила прямо в паспорте. Долго искала вариант и нашла — Эста. Значит — звезда. Или, если по-английски, воздух. Воздушная звезда! Согласны?

— Вполне. Давайте я своей зарядкой заряжу и посмотрим, что тут у нас, хорошо?

— Вам виднее.

Антон достал свой зарядный кабель, подключил ноутбук.

— И все-таки я не поняла, — сказала Эста. — Мы будем с этой ерундой разбираться? Время идет.

— Я для этого и приехал.

— Андрей, мы друг друга не поняли.

— Антон.

— Да. Антон, ты меня заводишь. Меня никто так не заводил уже сто лет.

— Спасибо, но…

— При чем тут спасибо? Я конкретно говорю.

— Хорошо. Ага, уже можно посмотреть.

Антон быстро протестировал оживший ноутбук и понял, что все работает нормально. Но, судя по обновлениям, вернее, их отсутствию, им довольно давно не пользовались.

Эста в это время проглотила еще пару таблеток, выпила вина, покурила, без интереса наблюдая за действиями Антона.

— Что там?

— Все в порядке.

— Он мне не нужен, зачем вы с ним возитесь? Я все делаю через телефон.

— Уже закончил. Вы должны мне только за выезд и диагностику. Тысяча двести. Плюс за вино и сигареты. Можете наличными или на карту, на телефон, как вам удобней.

— Ты о чем?

— Об оплате.

Эста прикрыла глаза и сидела так, покачиваясь. Антон ждал. Она открыла глаза, спросила:

— Прости, еще раз?

— Я говорю: можно наличными или на карту, как удобней.

— Все равно. Можешь на карту.

— Что?

— Заплатить.

— Я — вам?

— А кто еще?

— Эста, вы уверены, что понимаете, о чем мы говорим?

— Конечно. Это же ты ко мне приехал. Хочешь, удивлю?

Антон не успел согласиться, а Эста уже удивила: она сняла футболку, под которой и впрямь ничего не было (имеется в виду одежда, остальное было), и встала перед Антоном, подбоченившись и выставив ногу, как модель на подиуме.

— Ты не верил — убедись.

— Я верил…

— Удивительно, как ты меня завел! — поразилась Эста. — Все, быстро в душ, а мне не надо, уже была. Я жду!

Она пошла в комнату. Антон, не оборачиваясь, по мягким всхлопывающим звукам понял, что расстилается постель. Он собрал свои приспособления, зарядку, сложил в сумку. Встал, обернулся. Возле постели лежали комом спортивные брюки, всю Эсту в нише не было видно, только голую ногу от колена до ступни. Антон тихо пошел в прихожую, тихо обулся, надел куртку.

— Ты скоро? — спросила Эста.

Антон промолчал.

— Андрей?

Антон аккуратно отодвигал задвижку, но все же послышался тихий металлический звук.

— В чем дело?

Он оглянулся.

Эста стояла перед ним, чуть пошатываясь, и Антон не мог не оценить девическую удивительную стройность и ладность этой женщины.

Вот тебе и возможность хоть как-то отомстить Насте, подумал он. С красивой женщиной, пусть и ясно, кто она по профессии.

Но, хоть он и любовался Эстой, а желания — полный ноль. Будто не живую женщину видит, а скульптуру в музее. Да, красивая, очень красивая, но ты же не дошел до того, чтобы захотеть скульптуру. Ничего не выйдет при всем желании, если нет желания. Да, так и получается: желание желания есть, а самого желания — нет.

— До свидания, — сказал Антон, открывая дверь.

— Мальчик мой, это что за фокусы? Визит оплачивается независимо от результата! Плати, если не хочешь неприятностей!

— В другой раз, — сказал Антон и вышел.

Он долго сидел в машине, а потом написал Насте:

«Я хочу с ним встретиться».

Настя тут же ответила:

«Когда?»

«В любое время».

Через несколько минут Настя сообщила:

«Сегодня вечером в 19.00 Пушкин устроит?»

«У памятника?»

«Ресторан».

«Там машину негде воткнуть».

«Парковщики найдут место, не волнуйся».

Антон написал:

«Мне удобней в Му-Му у Щелковской».

Но стер, отослал короткое:

«Ладно».

И добавил:

«Он телефон мой знает?»

«Да. А вот его».

И номер телефона, переадресованный Настей из списка контактов вместе с именем, которое Антон наконец узнал: Дмитрий Алексеевич Согдеев. Официально записала. Для конспирации.

9

Эста, прикончив таблетки, решила покончить и с собой, но было нечем. Прыжок с балкона, газ и прочее ее не устраивали, она хотела только отравиться. Нашла упаковку аспирина, проглотила штук двадцать, равномерно запивая остатками вина, вызвала скорую помощь, очень не скоро приехавшую, в машине судорожно металась, бредила, повторяла: