Записки продавца - Николай Валентинович Куценко

Грандиозный по масштабам своих афер, он с легкостью переплюнул самого Бендера. С молодости он организовывал проекты в разных сферах человеческой деятельности, умело выбивал под них деньги, а потом исчезал, с деньгами, естественно. После этого где-то отсиживался несколько лет и снова, как ни в чем не бывало всплывал в каком-нибудь другом регионе с амбициозными планами, что полностью изменят жизнь людей… А – главное! – с умением вселить в них надежду. Среди его проектов были самые разные – от заготовки овощей на зиму до строительства социального жилья. Меня поразило то, что все они стремительно и удачно развивались и если бы Евгений хотел их довести до конца, то его, несомненно, ждал бы успех. Но у Евгения были другие цели. Успешный манипулятор и знаток человеческих душ, он был способен управлять толпами, направляя в них нечеловеческую темную энергию, которую он непонятно где черпал.

В субботу я проснулся от трезвона телефона: это был Евгений. Но я не стал брать трубку: просто не хотел с ним говорить. Да и о чем, собственно, было с ним говорить? Мы были людьми разных миров – теперь я это хорошо понимал. Но он не унимался, звонки продолжались минут по пятнадцать, потом на время смолкали и начинались вновь. Я знал, если возьму трубку, то он овладеет моей волей, по телефонным проводам в меня проникнет его энергетика и растечется по всем частям тела, убивая способность ему противостоять. Я отключил телефон.

Глава 7

Почтальоны человеческих судеб

Я никогда не пытался выяснить была ли история про бизнес Вячеслава в Баку истинной или являлась вымыслом наших сейлзов – просто боялся, вдруг это окажется правдой, и тогда я не смогу с ним больше работать. По этой причине я постарался ее забыть и никогда больше не вспоминать. Наши отношения развивались стремительно и плодотворно, и я руководил уже почти всеми продажами компании. Вячеслав заходил ко мне каждое утро. В то же время начали сбываться и его прогнозы: один за другим от нас стали уходить сейлзы.

Первым ушел Артем, когда его таки прокатили с премией. Сделал он это гордо, с высоко поднятой головой. Казалось, что он только ждал повода, но в глубине души все же надеялся, что ему заплатят. Но чудес, как говорится, не бывает, и продавцы в первую очередь должны это понимать. Мне казалось, что я был расстроен его уходом больше, чем он сам. Заметив это, он сказал: «Любые изменения в жизни всегда к лучшему, Коля, и это – не исключение». Он всегда был уверен в своей правоте и часто говорил: «Мы просто обречены на успех, иначе и быть не может: кто, если не мы?! Понимаешь Коля, мы – лучшие, и нам даже не надо сомневаться, что в конце пути мы все будем на вершинах этого мира». Я никогда не разделял его оптимизма, но его присутствие рядом все же внушало в меня надежду. Помню, как один раз он пригласил меня на шашлыки к себе на дачу, которая находилась в довольно элитном районе недалеко от Москвы. Все шло по обычной программе: мы жарили шашлыки и пили пиво, пока вдруг не поняли, что уже далеко за полночь и надо ложиться спать. Вдруг он повернулся ко мне и сказал:

– Пойдем, я покажу тебе одну вещь. Будет немного страшно, но ты просто иди за мной и не теряйся.

Мы пошли через лес. Я с трудом успевал за ним, периодически натыкаясь на ветки. Вокруг была кромешная тьма и через пять минут я понял, что обратной дороги мне не найти и остается только следовать за ним, в надежде, что он все-таки знает куда мы идем. Путь был неблизкий и минут через двадцать я стал роптать в уверенности, что мы потерялись. Внезапно мы вышли на поляну, в центре которой протекала небольшая река, по берегам которой густо росли камыши. Я был поражен – никогда не встречал ничего подобного в окрестностях Москвы. Это место показалось мне девственным, нетронутым человеком. Как будто угадывая мои мысли, Артем произнес:

– Об этом месте никто не знает, я нашел его, когда был еще ребенком. Раздевайся, будем плавать, тут очень чистая, но холодная вода.

Мы разделись и вошли в реку. Глубина была примерно по пояс, но мы могли плыть вдоль берега. Луна в этот день была полной и покрывала всю поверхность реки серебристыми искрами. Через полчаса мы, замерзнув, уже бежали к дому, наполненные мистической энергией неведомой реки.

Мне кажется, что следующим утром я проснулся самым счастливым человеком, хотя проспал от силы часа три. Не знаю, почему Артем вдруг решил показать мне это место, лично для него очень дорогое, но в тот день я хорошо понял, что обязательно должен найти что-то, что будет также как эта река, наполнять меня силами, чтобы я мог двигаться.

С Мишей ситуация была гораздо сложнее: он понимал, что отдал компании слишком много сил, чтобы просто так взять и уйти. И стал совершать довольно забавные поступки, которые окончательно убивали все его шансы на продвижение вверх по карьерной лестнице. Как-то раз к нам приехал крупный начальник и повел всех в ресторан. Вячеслав с Антоном суетились с самого утра: они боялись, что кто-то может ляпнуть лишнее, не по протоколу, и напряженно поглядывали весь день на Мишу. И вот в самый разгар разговора, босс обратился именно к Мише, спросив, что тот ждет от компании после всех своих достижений, рассчитывая на какой-нибудь шаблонный ответ. Но все пошло не по плану:

– Я хочу быть здесь главным, – самым главным. Вот что я хочу, если это вас и правда интересует.

Босс заерзал на стуле, глупо улыбнулся и не нашелся, что ответить. Вячеслав и Антон побледнели. Но Миша продолжил:

– Однако я вижу, вас это удивляет. Позвольте спросить, отчего же? В силу того, что мои профессиональные качества не подвергаются сомнению, рискну предположить, что вас наверно, и это справедливо, тревожит судьба нынешнего руководства? Да не переживайте – они уже довольно старенькие и им самое время отдохнуть. Не правда ли? – он посмотрел на Вячеслава с Антоном.

В общем, сам себе подписал приговор. Боссу пытались что-то объяснить, сведя все к шутке, но глупая улыбка не сходила с его лица, а зад все еще ерзал по стулу: произошедшее выходило за грани понимания иностранца.

Как-то раз Миша зашел в кабинет в странном состоянии: внешне вроде было все, как обычно,