Записки продавца - Николай Валентинович Куценко

и в то же время явно было что-то не так. И стал звонить жене:

– Наташа, я только что сильно поссорился с начальством, ну больше чем обычно. И меня, по-моему, уволили. Так что сегодня приеду пораньше. Можешь ставить ужин.

Но его не уволили, – спустя примерно месяц он ушел сам. Мы тепло распрощались с ним, по сей день оставшись близкими друзьями. Мне сильно не хватает его стоического спокойствия и способности воспринимать все происходящее как бы через призму его картин: ничего не страшно и все можно поправить, нанеся лишь еще один слой краски. Он был моим главным учителем, и тогда сложно было предположить, что судьба еще сведет нас в одном нелегком поединке, где ученик сможет показать все, чему научил его учитель.

Володю же просто уволили, – вернее, предложили написать «по собственному», вроде как отдавая дань его заслугам. Он должен был находиться в офисе в момент приезда очередного начальника и рассказать про наших основных заказчиков, но он умудрился опоздать на встречу примерно на сутки, застряв на машине где-то между Украиной и Россией. Не знаю почему он решил не сообщать об аварии начальству… Но ему даже ничего не пришлось объяснять: стороны поняли намерения друг друга с первого взгляда, и Володя вышел из кабинета с подписанной бумагой. Десять лет пребывания в компании завершились довольно бесславно. Он ушел, не попрощавшись ни с кем, – его обида витала в воздухе еще несколько дней, пока окончательно не рассеялась с приходом новых продавцов. В этот момент я контролировал уже все продажи компании.

Потихоньку стали появляться новые люди, занимая кабинеты и места предыдущих. Но я чувствовал себя одиноко: вновь пришедшие были жалкой тенью предыдущих. В мою задачу входило их контролировать, но большую часть работы приходилось делать самому. Однажды меня вызвал Вячеслав:

– Николай, а знаете, как я научился управлять людьми? Хотите послушать?

– Да, конечно.

– Так вот, все изменилось, после того как я прослушал один курс про то, как надо в людей посылать сообщения.

– Какие еще сообщения, что Вы имеете в виду?

– Это не просто сообщения, Николай, я покажу. Вот видите: в коридоре в какой-то прострации стоит Кирилл и о чем-то думает. Вы знаете, что он хочет уволиться, потому что мы не будем его повышать? Так вот, встаньте недалеко от него и слушайте, что я ему скажу.

Я последовал его совету. Вячеслав, пропорхав легкой походкой, остановился рядом с ним:

– Кирилл, здравствуйте, вы знаете, я тут на днях решал ваш вопрос, ну, по поводу сами знаете чего.

– И как…?

– Все просто замечательно! Вы даже представить себе не можете насколько.

– То есть меня все-таки…

– Конечно, конечно, никаких сомнений!

– А когда?

– Скоро, очень скоро, вы ждите и не делайте глупостей.

– Конечно, раз так. Вячеслав, спасибо вам огромное…

Никто Кирилла так и не повысил, и через год он перевелся… в другую страну, но после того разговора первые полгода усиленно пахал, пытаясь отработать оказанное доверие, вторые – хандрил, понимая, что все идет не так.

Я вернулся в кабинет к Вячеславу.

– Так вот видите, Николай, вы тоже должны так научиться. И я вас научу – мы же команда! Только представьте, что все за этими дверями – Кириллы, и для каждого нам надо придумать сообщение и послать его, в нужный момент времени. Да, еще кое что: этот момент времени имеет большое значение – человек должен быть как бы в трансе, понимаете, отвлечен, думать о чем-то своем. Вы же понимаете, что там у них в головах, лучше даже чем я, поэтому уверен, что вы отлично справитесь. Вот, собственно, это и весь секрет. И как только я понял это, моя жизнь сильно изменилась.

– А меня вы тоже такими «сообщениями» закидывали?

– Конечно, и гораздо больше, чем других.

– И какими же?

– Да любыми! Вы же медалист, кандидат, в общем, ответственный очень. Вы у нас во всем пионер, – не обижайтесь, но это было очень легко. Вы же не обижаетесь?

– Нет, я просто немого удивлен.

– Так вот, Николай, научитесь этому, если не хотите всю жизнь пахать, – пусть другие это делают за вас. Иначе так и будете работать как раб. Да и еще одно, я уезжаю из России, вместо меня остается Антон. Поедемте со мной? Я перевожусь в Индонезию, буду руководить азиатским регионом.

– Когда?

– Примерно через месяц. Кстати, давайте позовем Антона, нам надо обсудить наши планы.

В кабинет зашел Антон.

– Антон, я хочу забрать Николая, ты тут без него как-нибудь справишься. Мы тебе и так готовый регион отдаем, за это должен уже быть благодарен. А нам с Николаем все заново надо будет начинать. Уверен, ты не против.

– Да. Но все-таки, может, он вернется обратно через, например, полгода, ну, после того как тебе поможет? Он же здесь за все продажи отвечает.

– Посмотрим, сейчас он мне нужен там. А тут сами разбирайтесь.

Я решил, что пришло время и мне вставить слово:

– Вячеслав, если честно, я сейчас не могу с вами в Индонезию… У меня личные причины.

– Какие еще причины, Николай? Вы меня пугаете. Я вам такое предложение делаю! Представляете, будем вместе таким регионом управлять, там стран только десятка полтора! Николай, вам надо расти, вы же это хорошо понимаете.

– У меня жена беременная, я не могу ее оставить.

– Это не проблема: пусть там рожает! Там медицина лучше, чем у нас, так что бояться нечего. Значит, все, решено, едем вместе!

– Но я должен обсудить с семьей! Сами понимаете, что такие решения не принимаются с бухты барахты.

– Конечно, обсуждайте. Но подумайте про то, что я сказал. Вам однозначно надо уезжать из этой глуши, и это Ваш шанс! Я вам его даю. Мы же команда, помните, мы тогда поклялись помогать друг другу.

– Да, помню, но мне все же надо обсудить с семьей.

Через месяц он уехал, забыв про меня почти сразу – у него хорошо пошел бизнес, и я ему уже не был нужен. Я окончательно превратился в рабочую лошадку и тоже быстро про него забыл.

Дела у бизнеса шли хорошо и главным образом из-за стремительного роста цен на нефть. Мы с трудом успевали обрабатывать приходящие заказы, командировки были скорее данью нашей работе, но не необходимостью, способной реально на что-то повлиять. Так я оказался в нужном месте в нужное время. Мои продавцы были скорее продвинутыми секретаршами, способными, в лучшем случае понимать, что мы продаем, чем реально что-то продавать. Но этого и не требовалось: все продавалось