Без времени и места - Михаил Чумалов

class="p1">Всё услышанное было столь необычным, что Ланселот утёр со лба испарину.

– Если всё так, как вы говорите, то вы – удивительный народ. Не могу не задать этот вопрос: как вам удалось изменить человеческую природу? Неужели нет таких, кто по-прежнему хотел бы владеть миром?

– Вы опять задаёте правильный вопрос, – отвечал Саграмор. – Видите ли, за прошедшие века война и всё, что с ней связано – смерть, грязь, разруха, – стали рутиной и в конце концов так надоели камелотцам, что большинство из них рады были сбросить с себя оковы зла и попробовать жить по-другому. Это, во всяком случае, было для них ново и неизведанно. Но вот что интересно…

* * *

– Да, вот что интересно. – В суховатом ранее голосе Саграмора появилась озабоченность. – Прошли годы, грязь, кровь и зло уже подзабылись, и прошлое покрылось флёром рыцарской романтики. Ну а как же! Турниры, торжественные ритуалы, прекрасные дамы, бросающие цветы победителю, красивые гербы на щитах, громкие титулы и прочая мишура… Всё это не беда, просто невинная игра, пока за ней не вырастает нечто большее: мечи, осадные башни, поверженные ниц враги, лёгкая добыча, слава… Увы, но и это выглядит привлекательным для незрелого ума. И меня, как бургомистра, это очень беспокоит. Наша церковь учит, что рыцарство – это в первую очередь благородство, чистота помыслов и милосердие и только потом – воинское мастерство. Но, боюсь, не все усвоили это учение.

– Я понял, – не утерпел Ланселот, – вы, наверное, говорите о реставраторах?

– Вот именно… Так вы с ними уже знакомы?

– Откровенно говоря, нет. Так, видел на улице… Кстати, что означает птица с двумя головами?

– Такая птица была на гербе Мордреда. Это очень древний символ. Помните греческий миф о многоголовой Лернейской гидре? Ну той, которую убил Геракл? Это символ войны, зла и разрушения. Так и для нас, камелотцев, двухголовая птица Мордреда – аллегория войны и насилия. А для них, реставраторов, – символ великого прошлого Камелота. Безумцы, как они заблуждаются!

– Так кто же они?

– В большинстве своём – молодые люди, никогда настоящего пороха не нюхавшие. Для них прошлое – уже миф. И этот миф – героический. Такой, в котором доблестные камелотские воины – хозяева мира. И им хотелось бы стать частью этого мифа, превратить его в быль. Они хотят славы, не понимая ещё, какой ценой эта слава достаётся… Ну и ещё старики, для которых годы их молодости – лучшее время на земле.

– И много их, этих реставраторов? – спросил Ланселот.

– Пока нет, слава Галахаду, – отвечал Саграмор. – Но год от года их число растёт, и они становятся напористее.

– Как же вы справляетесь с этим?

– Ну, во-первых, рыцарские турниры. Для нас это способ выпустить пар агрессии, распирающий молодежь. А для них – путь к славе без войны и крови. Лучшие бойцы у нас просто купаются в славе. И мы это поощряем. А во-вторых, этот самый чудо-меч Эскалибур…

– Как это? – не понял Ланс. – При чем здесь меч?

– Да очень просто. Я же говорил уже, что этот меч очень важен для нас. Так вот, как только у реставраторов появляются сильные лидеры, и они выдвигают свои требования, мы говорим им: «Вы знаете, что нужно Камелоту? Вы готовы повести народ за собой? Тогда докажите, что вы избраны. Что вы достойны быть первыми из нас. Вытащите этот меч – и мы признаем вас своими правителями».

– Позвольте, позвольте, – недоумевал Ланселот. – Но зачем же так рисковать? А ну как найдется какой-нибудь далёкий потомок того же Мордреда…

– Да бросьте вы! – перебил его Саграмор. – Неужели вы, современный человек, образованный, верите в заклятия? Нет тут ничего волшебного. Там, под камнем, спрятан электромагнит такой мощности, что этот меч трактором не вытащишь. Но это государственная тайна.

– Позвольте, как же так, – не понял Ланс, – но ведь я же…

– Нелепая случайность. Молния выбила предохранители. Пока включился резервный трансформатор… У вас был один шанс из миллиарда, и вы его использовали. Поздравляю. Так что должен вас разочаровать: вы не потомок Артура, а просто везунчик. Но закон есть закон. В глазах горожан вы – избранник богов, которыми мы считаем наших великих предков.

* * *

Наступила долгая пауза, в течение которой Ланс усиленно размышлял, а Саграмор испытующе сверлил его глазами.

– Теперь вы знаете всё, – наконец прервал молчание бургомистр. – И я хочу спросить: что вы намерены с этим делать?

Ланселот встал со стула во весь свой немалый рост и торжественно, с расстановкой произнес:

– Я как новый правитель Камелота намерен сегодня же выступить перед своим народом.

– И что вы им скажете?

– Я скажу им вот что: «Вы на правильном пути, идите той же дорогой. Вы – прекрасный, достойный уважения народ. Возвращаю вам этот священный меч». И тут же вставлю Эскалибур на его место, в камень. Надеюсь, трансформатор будет в порядке? А сам поеду домой писать диссертацию.

– Что ж, – улыбнулся бургомистр. – Это верное решение. Желаю вам удачи.

Ланселот двинулся к выходу, но перед самой дверью остановился и повернулся. Один вопрос не давал ему покоя.

– Скажите, почему же вы назвали этот праздник Днем Победы? Ведь победы не было. Скорее наоборот.

Бургомистр вздохнул глубоко, подошёл и положил руку Лансу на плечо:

– Как же вы не поняли, мой друг! Победа была! И это была главная и самая нелёгкая победа в нашей истории. Это победа над собой. Над своими животными инстинктами, низменными страстями. В конце концов, мы одолели дракона внутри себя. Огромного, кровожадного, коварного и очень опасного дракона о трёх головах, имена которым жадность, жестокость и лень.

Ланселот пожал бургомистру руку и вышел из комнаты в прекрасном расположении духа: диссертация на тему «Праздничные обряды Камелота» была, считай, у него в кармане.

2023

Левое дело

Я уже рассказывал про своего приятеля Ланса, антрополога. Помните? Это тот, что поехал в далёкий город Камелот на свидание с курортной знакомой и оказался там в гуще невероятных событий. Он вытащил из камня меч самого короля Артура и чуть было не стал правителем Камелота. «День Победы» – так назывался этот рассказ. Вспомнили?

Так вот – этот неугомонный парень опять попал в переплёт, да такой нешуточный, что едва цел остался. Правда, женщина тут ни при чём. Всё дело в его, Ланселота, характере, своенравном и упрямом. Он, если помните, потомок рыцарского рода.

Дело было так. Ланс привёз из Камелота прекрасный материал для диссертации и вскоре её