Кубик 6 - Михаил Петрович Гаёхо

и был нож в сапоге. А первый, похоже, расстрелял всё, что у него было, хоть и продолжал стоять с поднятым автоматом.

Третий на один щелчок прокрутил барабан револьвера и перевел ствол на господина с черненым зубом, чувствуя в нем главного.

— Поговорим? — Он подошел ближе. — Смерти, конечно, нет, но я могу выстрелить в плечо или ногу.

Господин сделал знак свободной левой рукой (а в правой держал фонарь), и солдат опустил автомат.

— Хорошо, — улыбнулся третий, — а то ведь что происходит? Мы стреляем друг в друга, и это получается как бы само собой.

— Ружье часто стреляет без спросу, — сказал первый.

— Одну, собственно, вещь я хотел бы узнать. — Третий посмотрел на человека Ю. — Нас здесь трое и один, или же нас двое и двое?

Человек молчал, как бы равнодушный к тому, что происходило.

Третий вглядывался в его лицо, ожидая какого-нибудь намека или знака, но ничего не увидел.

— Похоже на то, что дама сделала свой выбор, — усмехнулся господин, — в этом случае джентльмен не должен настаивать.

«Все-таки дама», — подумал третий ревнуя.

— Впрочем, я не возражаю против того, чтобы нас стало четверо, — сказал господин с зубом.

— А что такое «джентльмен»? — спросил третий и, отведя ствол револьвера вниз и в сторону, выстрелил.

Пуля попала в фонарь в руке господина, и фонарь погас.

136

«Нас все-таки двое», — думал Эф третий, в десятый раз сворачивая из одного темного коридора в другой темный. Рядом, на расстоянии ближе, чем локоть, был человек Ю. До первого поворота третий тащил его за руку, а теперь шли в согласии. Мрак вокруг был совсем как родной.

Появлялся лабардан лабиринта. Чтобы видеть его, не нужно было закрывать глаза. Спереди он не был похож на что-нибудь, а боком не поворачивался.

«Лабардан, — бормотал про себя третий, — да здравствует лабардан. Слава лабардану. Спасибо лабардану за все». Лабардан дышал, темнота дышала. Третий остановился. В темноте было тепло и уютно. Он чувствовал себя, как должен чувствовать палец в теплой варежке рядом с другими пальцами. «Надо, однако, проснуться, — откуда-то со стороны пришла трезвая мысль, — пора зажигать свет».

Руки казались чужими и слишком длинными. Спички не зажигались. Не зря третий предпочитал кремень и кресало. Наконец, фонарь удалось разжечь. Стекло в нем было разбито, но нужные для работы части уцелели.

При свете третий увидел лицо человека Ю, и это было правильно, но солдат Аш первый и господин с черненым зубом сверх ожидания тоже были рядом.

— Однако, нас реально четверо, — сказал господин, — не так ли?

— Нет, — мотнул головой третий, — не хочу.

— В этой темноте нам не разделиться, — сказал господин, — поэтому придется на свету решать наши проблемы.

Рука третьего потянулась к револьверу. Был в барабане один патрон, был нож в сапоге. Но прибегать к силе не хотелось. Первый опустил руку. После совместного путешествия в темноту он чувствовал какое-то расположение к своим недавним противникам.

— Впрочем, кажется, есть способ, — сказал господин. — Я с фонарем становлюсь по одну сторону этого угла, вы со своей свечой — по другую сторону. Так, чтобы мы не видели друг друга. Я гашу фонарь, и мы оказываемся в темноте. После этого мы сразу зажигаем наши светильники.

«Откуда он знает, что у меня свеча?» — с подозрением подумал третий.

— И что будет? — произнес он вслух.

— Право не знаю, — улыбнулся господин, — но моя интуиция говорит мне, что стоит попробовать.

— С нами двумя понятно, а где в это время будут остальные двое?

— Во главе угла, там где сходятся стенки. Так что каждый из нас сможет видеть обоих, и наоборот.

— Я предпочитаю полагаться на собственные силы, а не на случай, который кончится неизвестно чем.

— Будете стрелять? — участливо спросил господин. — Перережете мне горло?

— Сделай, как он говорит, — попросил человек Ю, положив руку на плечо первого.

137

Пребывание в темноте было недолгим, а когда свеча разгорелась, третий увидел лицо человека Ю по другую сторону огня. И никого больше.

— Как это получилось? — удивился третий.

— Не знаю, — сказал человек. — Спасибо лабардану.

Третий огляделся по сторонам. Действительно никого не было вокруг. Сделал шаг, чтобы посмотреть по другую сторону угла.

— Не смотри туда, — сказал человек.

— Почему? — удивился третий. — Что такого я могу там увидеть?

— Не надо, — попросил человек.

— Ерунда, — отмахнулся третий и, подойдя, посмотрел.

В дальнем конце коридора он увидел свет фонаря и три уходящие тени — две большие и одну маленькую.

138

На что похож лабардан лабиринта? — четверо спрашивали друг друга.

— Нет таких слов, чтобы сказать, на что он похож, — сказал один.

— Нет такой вещи, на которую он был бы похож, — сказал второй.

— Он похож на белого верблюда с рогами во лбу, — сказал третий.

— А я сам лабардан, похожий на любого другого, — сказал пятый.

139

Вот слова, которые содержатся в слове ЛАБАРДАН, то есть которые можно составить из букв этого слова.

БАЛ, БАР, ДАР, ЛАД, БАРД, ЛАДАН, БАНДА, БАЛДА, БАРДА, АРБА, РАНА, БАДАН, БАЛАНДА.

Слева направо можно прочесть БАРАН, и потом — АРАБ, в обратную сторону.

Есть несколько слов, таких как РАБ, АР, БРА, еще не обнаруженных при составлении списка, поэтому не вошедших туда.

И еще больше других, пока еще не имеющих смысла, — РАДАН, БАРЛАН, АЛАДАР, АНДАЛА.

140

«Направо пойдешь, ничего не найдешь, налево пойдешь, совсем пропадешь».

Надпись была у развилки коридоров на письменном камне. Естественного происхождения крючки и черточки на его поверхности случайным образом сложились в буквы, а буквы — в осмысленную фразу. Так иногда бывает.

Эф третий прочел эту надпись, которая никем не была написана, — сперва про себя, затем вслух — и направился полевому коридору. Этот выбор в полной мере соответствовал его настроению. Человек Ю молча шел следом.

Прошли десять или одиннадцать шагов, и человек не выдержал.

— Обязательно ли нам идти этим