Радио молчание - Элис Осман

Провал

Это был крик о помощи.

Весь подкаст, от первого до последнего звука, был криком о помощи.

Брат звал сестру.

За выходные я поняла, что именно должна сделать, чтобы помочь Аледу.

Найти Кэрис.

Теперь только она могла его спасти.

Письма к Февралю были в подкасте с самого начала. Алед годами писал о Кэрис. Он скучал по ней, хотел с ней поговорить – и понятия не имел, где она.

Если она до сих пор была где-то.

Кэрол Ласт держала местонахождение Кэрис в тайне. Я не знала как и зачем. Но теперь не могла перестать думать об этом. Меня грызла тревога. Когда-то я могла помочь Кэрис, но упустила свой шанс.

Ведь именно это и случилось?

Я могла ей помочь – и все испортила.

А я очень не люблю совершать ошибки.

Девушка с серебряными волосами

– Йоу, блондинчик, освободи-ка место.

Я оторвалась от домашнего задания по истории и увидела, как девушка с серебряными волосами спихивает парня, сидевшего рядом со мной. Устроившись поудобнее, она облокотилась на стол, подперла ладонью подбородок и посмотрела на меня. Девушкой с серебряными волосами была Рейн Сенгупта. Она недавно перекрасилась и слегка «подправила» стрижку – выбрила всю правую сторону головы. Волосы – окно в душу.

– Фрэнсис, друг мой, вижу, дела у тебя неважно, – сказала она, торжественно кивая.

В школе я по-прежнему зависала с Рейн, Майей и другими одногодками, и с Рейн мы часто болтали о пустяках, но они ничего не знали об Аледе или «Городе Юниверс».

Я рассмеялась.

– Ты о чем?

– О том, что вид у тебя – краше в гроб кладут. – Она вздохнула. – До сих пор скорбишь по Кембриджу.

Меня так и подмывало рассказать, как я паникую из-за Аледа и Кэрис, как отчаянно хочу им помочь, чтобы хоть раз в своей несчастной жизни сделать что-нибудь полезное, но вместо этого я выдавила из себя улыбку:

– Нет, нет, все хорошо. Честное слово.

– Что ж, здорово.

– Ага.

Какое-то время Рейн продолжала сверлить меня взглядом, потом посмотрела на листок, который лежал передом мной, и обнаружила, что я рисую на полях вместо того, чтобы вписывать ответы.

– Ух ты, круто! Похоже на твои рисунки для «Города Юниверс».

– Спасибо, – кивнула я.

– Наплюй ты на этот университет и поступай в художественный колледж, – сказала Рейн. – Мисс Гарсия тебя расцелует. – Она, конечно, пошутила, но на краткий миг я восприняла эту идею всерьез и очень удивилась. Мне потребовалось сделать над собой усилие, чтобы перестать об этом думать.

– А как вообще дела? – продолжила Рейн как ни в чем не бывало.

Я и хотела, и не хотела поделиться с ней всем, что камнем лежало у меня на душе. Мне нужно было рассказать хоть кому-то, но я сомневалась, что Рейн – подходящий человек. Хотя, если подумать, – кому вообще можно такое рассказывать?

Поэтому я решила рискнуть.

И вывалила на Рейн все, начиная с моей работы над подкастом и того, как Алед поступил с Дэниелом, и заканчивая тем, что я сделала с Аледом, что с ним сделала его мать, последним эпизодом «Города Юниверс» и тем, что Февральская Пятница – на самом деле Кэрис.

Я умолчала только о нас с Кэрис. Это я могла рассказать только Аледу. У меня по-прежнему не хватало слов, чтобы заговорить о том злополучном вечере.

– Ничего себе, – покачала головой Рейн. – И что думаешь делать?

– В смысле?

– Неужели ты оставишь все как есть? – Она сложила руки на груди. – Алед совсем один, застрял в своем университете, а Кэрис где-то пропадает и понятия не имеет, что творится с ее братом. «Город Юниверс» закончился непонятно чем. И никто даже пальцем не шевельнет, чтобы все это исправить. Кроме, может быть, тебя.

Я молча уставилась на листок с заданием по истории.

– Ну… Я хочу найти Кэрис, чтобы она помогла Аледу… Но, боюсь, это невозможно.

– Разве Алед не твой друг?

– Конечно.

– Разве ты не хочешь ему помочь?

– Ну… – Разумеется, я хотела ему помочь. Так почему же я колебалась? – Не знаю.

Рейн заправила серебристые волосы за левое ухо.

– Ладно, наверное, это прозвучит странно, но моя мама в таких случаях – когда слишком много всего происходит – так вот, она говорит, что нужно посмотреть на картину в целом. То есть сделать шаг назад, увидеть картину целиком и решить, что в настоящий момент действительно важно.

Я выпрямилась.

– Моя мама говорит то же самое.

– Что? Да ладно!

– Только она называет это «В масштабах вселенной»!

– Вот это да! Именно об этом я и говорю.

Мы ухмыльнулись. Я поняла, что Рейн хочет мне помочь.

– Знаешь, что, на мой взгляд, нужно сделать в первую очередь в масштабах вселенной? – Рейн закинула ногу на ногу и посмотрела мне в глаза. – Найти Кэрис Ласт.

Органайзер

Причины, по которым я боялась искать Кэрис Ласт, были следующими.

• В последний раз мы виделись восемнадцать месяцев назад.

• Когда мы виделись в последний раз, я поцеловала ее без разрешения, и она этому совершенно не обрадовалась. Не обрадовалась до такой степени, что сбежала из дома, и я с тех пор каждый день мучилась стыдом и чувством вины.

• Чтобы узнать о местонахождении Кэрис Ласт, мне, скорее всего, придется разговаривать с ее матерью – хладнокровной убийцей собак. От подобной перспективы уровень стресса у меня зашкаливал (при том что он был стабильно очень высоким).

Несмотря на все перечисленное, мысль о том, чтобы сделать что-то полезное в своей абсолютно беспросветной жизни, воодушевляла.

В том-то и суть.

Меня не взяли в Кембридж, и теперь я мучилась осознанием, что столько времени потратила впустую.

Да, знаю, это глупо и жалко. Поверьте, я в курсе.

Рейн пришла ко мне домой после уроков, чтобы обсудить план поисков Кэрис.

Из-за того что оценки Рейн по-прежнему оставляли желать лучшего, она до сих пор просиживала все перемены в приемной доктора Афолаян. А значит, видела всех, кто выходил из директорского кабинета, который больше напоминал конференц-зал с кондиционером, плазменным телевизором на стене, растениями в горшках и удобными мягкими креслами.

Кэрол Ласт, глава родительского комитета, была частой гостьей доктора Афолаян.

И всякий раз заявлялась к директрисе с розовым органайзером в руках.

Рейн была свято уверена, что если Кэрол где и записала адрес Кэрис, то там.

Вот только я понятия не имела, как мы стащим у Кэрол органайзер. Да, признаюсь, и не горела желанием. Я в жизни ничего не крала и не собиралась становиться воровкой. От одной мысли, что Кэрол Ласт поймает нас на месте преступления, меня начинало подташнивать.

– Да не парься ты так, – беспечно махнула рукой Рейн. Мы сидели у меня на кухне и ели печенье прямо из пачки. – У меня моральные принципы более гибкие. Я и раньше воровала.

– Воровала?

– Ну… в каком-то смысле. Я украла кроссовки Томаса Листера, потому что он кинул в меня бутерброд в автобусе. – Рейн улыбнулась и подняла глаза к потолку. – Ему пришлось идти по снегу в одних носках. Восхитительно.

План Рейн заключался в том, что она столкнется с Кэрол в приемной доктора Афолаян и уронит кипу учебников. Подразумевалось, что Кэрол тоже уронит свой органайзер, и Рейн сможет незаметно прихватить его с собой.

Я посчитала этот план ужасным, поскольку в нем было слишком много слабых мест. Во-первых, кто сказал, что Кэрол не спрячет органайзер в сумку? Во-вторых, слабо верилось, что у Рейн получится раскидать учебники так, что Кэрол не заметит пропажу органайзера. В-третьих, с чего Рейн взяла, что Кэрол