Нереальность - Анна Платонова

«Скорую или охрану?» – вертелось в голове у Егора. Он сел, надел маску и поднеся к щеке два пальца в жесте «V», спросил:

– Ня?

Анастасия Викторовна ахнула, широко улыбнулась и ответила:

– Ня!

– Kawaii? – спросил Егор, наклоняя голову к плечу и подмигивая.

– Kawaii!!! – воскликнула Анастасия Викторовна и хлопнула обеими ладонями по столу: «Это ты?!»

Егор развёл руками: «Прости, дорогая, так получилось».

– Анастасия Викторовна, у вас всё в порядке? – дверь приоткрылась и в кабинет заглянула секретарь.

– Ня! – ответила Анастасия Викторовна.

– Чего? – брови секретаря поползли вверх.

– Ой, – Анастасия Викторовна прижала ладонь ко рту. – Светочка, оформите молодого человека, пожалуйста. – Она взглянула на Егора и подмигнула в ответ. – Думаю, мы сработаемся!

Егор закатил глаза к потолку: «А ты ещё сомневалась!», и Анастасия Викторовна хихикнула.

«Ну совсем, как девчонка» – подумал Егор и улыбнулся.

Дождь

Гулко упала первая капля. Бухнулась на землю, выбив столбик пыли, и замерла. За ней последовала вторая, третья и сразу четвёртая. Дальше они падали непрерывным потоком. Лились с неба сплошной стеной, заполняя всё вокруг мягким шуршанием. Шумели возмущённые листья деревьев, трещали, споря с тяжёлыми каплями влаги, кустарники. А капли всё равно падали, деловито собирались в глубокие лужи, не обращая внимания на то, что кто-то может быть против дождя и его мокрых сопровождающих.

Закончились огромные каплищи, и дождь затих. Мелкие капельки нежно, почти шепотом, падали на уже мокрую землю.

– Ну-у, такой надолго затянется! – проворчал Никита. – Замороси-ил! – протянул он, обращаясь к другу Ваське, сидящему рядом.

Тот пригладил мокрые волосы, стряхивая с них дождь, и огляделся.

– Красиво! – тихо сказал он, любуясь умытой улицей.

Зазеленели деревья, заблистали на выглянувшем в щёлку облаков солнце умытые руины домов. Даже вывернутая взрывом арматура, бывшая когда-то автомобилем, выглядела свежо и бодро. То тут, то там блестели нашивки на форме. Дождь смыл кровь и грязь с убитых солдат. Вася отвернулся и посмотрел в другую сторону. Небольшая церквушка в конце улицы чудом уцелела. Её белые стены утопали в зелени деревьев, и только коптящий бронетранспортер у самых дверей портил мирную картину.

– Красиво! – повторил Вася, любуясь на то, как играют солнечные блики в мокрой листве.

На колокольне сверкнул отблеск. Выстрела Вася не услышал. Он замертво упал на искусственную насыпь, за которой они сидели. Никита пригнулся, дотянулся до друга и оттащил его тело назад. Рядом ударила вторая пуля. Он сел, почти лёг, и прижался спиной к насыпи, прячась. Мельком выглянул в сторону церкви.

– Блядь! – выругался снайпер. Поставил винтовку рядом и в который раз протёр оптику. – Этот дождь! – Капля дождя смазала прицел. Он промазал. – Мало того, что этих щенков сторожить пришлось, так ты и сейчас продолжаешь мне мешать! – Снайпер снова выругался и поставил винтовку обратно, нашёл в глазок прицела место, где только что пристрелил парня, и осмотрел ещё раз. – Я знаю, что ты там! – шепнул он и пообещал: – В этот раз я тебя достану!

А дождь продолжал, не обращая внимания ни на солдат, ни на снайпера. Он знал своё дело и просто продолжал. Ведь там, за следующим холмом его ждёт крохотная деревушка, спрятавшаяся глубоко в лесу. И когда он придёт туда, на улицу выбегут дети. Выбегут гурьбой, смеясь от его мокрых капель. И они будут бегать по грязным лужам наперегонки и ловить его ртом. Ловить, закрыв глаза и улыбаясь. Поэтому дождь продолжал. Не обращая внимания на ругань снайпера и слёзы оставшегося одного Никиты, он продолжал. Дождь привык и поэтому продолжал, не обращая внимания ни на броневики, выползающие на улицу, чтобы в упор расстрелять белоснежную церквушку – единственную оставшуюся целой после вчерашнего авианалёта, ни на созданий, сидящих в них и называющих себя …людьми.

21.07.2006г.

Гардины

Пальцами заскорузлыми берёт телефон наш Паша. Кажется, так ему сын говорил. И Паша чуть видит экран. «Очки. Мне нужно очки, – в голове, а поверх: – Валя, Валюшенька, Валечка. Просила и надо найти. Прямо сейчас. А зачем же откладывать. Это же Валечка».

И Паша ищет очки. Очки на месте. В футляре. Синий такой. Строгий. Сам выбирал. Он тогда ещё инженер: умный, красивый. Не то, что сейчас, убогий! Развалина! Ну ты и сдал, старина. Но ничего, ещё повоюем. Очки на носу. Экран не дрожит. Или то руки. Вот ты ту старость поди и пойми.

– Но ничего, – шепчет, – осталась лишь малость. Валя просила…

Экран. Ничего. Пустота. Тишина. Как дома сейчас. Но не до того. Паше срочно нужно другое. И палец находит «П».

…почта

…посылки

…погода

…пенсия

Но всё не то. А где другие хорошие слова? …и тоже на п? Первый. Папа. Паша, в конце концов. Да. Он никогда и не был лучшим из отцов. Но и Паша папа, и сын у него есть. Олег. Олег скоро будет. Заходил, кажется, совсем недавно. Прими это как данность, Паша. Вырастают дети. И уходят, а у нас остаётся лишь старость…

Но ни погода, ни пенсия сегодня ему не нужны. Паша ищет другое. Ведь Валя просила…

«ПО»

…а в запросах всё то же. Паша хмыкнул. Технологии. Что ж он никак не привыкнет. Глупее людей, но глупые люди ставят их на пьедестал и клеймят тех, кто отстал, кто не понял, кто устарел. Вот! Паша! Ты не стар. Ты просто их не догнал.

– А зачем? – вопрошает шёпотом Паша.

И правда. Зачем ему гонки? У него есть дом, сын Олег и его – понимаешь ты, глупый! – его Валюша! А у неё батарея рассады на подоконнике, запах всегда сладкий с кухни и руки, нежные такие, обнимают. Всегда тёплые. Но Валюша просила ж…

«ПОВ»

…повышение пенсии

…повысилось давление

…поводок для собак

Паша смеётся. Ну и помощник. И предложил же такое. Да что он знает о Паше. Чем может ему помочь, кроме как запутать совсем.

– И жили ж как-то раньше без тебя. И не было никаких проблем.

Качает наш Паша головою седой. Путает его поиск. Да что ж это за поисковик такой. Вот раньше, когда Паша был молод. Он ещё не переехал в город. Походы, реки и сплавы. Огонь у костра и бурные переправы. Теперь лишь фотографии в альбоме. Да и тех людей, что там молодые, улыбаются все как на подбор, Паша уже и не вспомнит. Только одну. Самую, что ни на есть свою.

«ПОВЕ»

…поверка счётчика

И всё. «Как будто более ничто в поверке не нуждается, – раздумывает Паша. – А как же нравственность детей. А состояние