Заложница - Клер Макинтош

Мужчина медленно опускается в свободное кресло.

– Меня зовут Миссури, – продолжает женщина. – Но я не одна.

Она обводит взглядом салон, и мы следуем ее примеру. Я смотрю на каждого пассажира. Джейсон Поук, чета Талботов, Финли с матерью. Леди Барроу. Нервный араб. Миниатюрная блондинка, плакавшая, когда мы взлетали.

– Мои друзья и сподвижники сидят среди вас, – произносит Миссури. Ее губы трогает еле заметная улыбка. – Попытайтесь оказать хоть малейшее сопротивление, и мы сразу об этом узнаем.

Сердце у меня начинает колотиться. Я-то думала, что выполняла приказания одного угонщика, мужчины с угловато-рубленым лицом, который теперь управляет нашим самолетом. А угонщиков больше. Мы не знаем, сколько именно. И неизвестно, где они сидят.

Никому доверять нельзя.

Глава двадцать восьмая

Пассажир 1G

Как правило, я предпочитаю работать один. Это сокращает риски (неосторожная болтовня и все такое) и избавляет от бессмысленных дискуссий с массой говорильни, но почти полным отсутствием реальных действий.

Однако многие задачи слишком объемны и трудны для одного человека.

С течением лет я оказался руководителем радикального крыла Группы действий за спасение климата, в которую вступил вскоре после снизошедшего на меня озарения. Крыло это несло в себе целеустремленность и энергию политического движения, однако без свойственной таковым четкой вертикальной структуры подчинения и жестких ограничительных правил. Я долго и тщательно оценивал присоединявшихся к нам: мне не нужны были индивидуалисты, непредсказуемые личности и одинокие волки. Мне была необходима сплоченная команда. Я искал последователей, а не лидеров.

Вскоре я начал подбирать себе сподвижников.

Средства массовой информации преднамеренно создают искаженные и неприглядные стереотипные образы защитников окружающей среды. Изображают нас с неряшливыми пучками дредов на голове, с бородами, босыми ногами и грязными руками. Преподносят нас живущими на пособия, обитающими в лесах в обнимку с деревьями. Выставляют нас на посмешище и тем самым тонко и изощренно влияют на общество, чтобы сделать посмешищем наши цели и проблемы. Если защитники окружающей среды – шуты, то и сама защита окружающей среды наверняка не более чем анекдот.

В реальности же мы выходцы из самых разных слоев общества.

Одной из первых завербованных мною была домохозяйкой. Я администрировал группу в «Фейсбуке», тогда называвшуюся «Лайфхаки в домашнем хозяйстве». Контент скоро сместился в сторону отказа от использования одноразовой пластиковой упаковки, и я начал размещать все больше и больше изображений животных, наблюдая, какую реакцию они вызовут в группе. Вскоре изменил название группы на «Спасем климат» и слил ее с основной группой. Таким образом, я уже создал сообщество, состоявшее из более чем ста тысяч людей со всех концов света.

Поодиночке каждый из нас – слабый голосок. Вместе – мы мощный рев.

Какая-то женщина прикрепила эмоджи со слезами на картинке умирающего с голоду белого медведя.

Прошло восемь дней с начала моего месяца отказа от пластика, написала она. Если честно, то тяжеловато, но эта фотка напомнила мне, зачем я это делаю.

Под ее постом образовалась крохотная ветка обсуждения.

Отличное начало – так держать!

Спасибо . Муж терпеть не может, когда ему заворачивают сэндвичи в вощеную бумагу. Никто не знает, чем бы ее заменить?

Фольгой?

Конечно! Какая же я дура!

Она часто упоминала своего мужа. Похоже, ему нравилось все делать по-своему. Включая отношения с ней.

Сегодня утром попробовала пастообразный шампунь – явно лошадь бы напугала. Ржу-не-могу!

Если брать по отдельности, то ее посты были едва заметны: в группе насчитывалось три тысячи активных пользователей, и темы на каждой странице быстро менялись. Но если каждый ее комментарий или ответ прочитать внимательно, как это сделал я, то они складывались в картину.

Кто-нибудь знает, как удалить жир с галстука? Очень надо, а?

Нормально ли заменить масло низкокалорийным спреем?

С ее фото профиля на меня смотрела хорошенькая блондинка с осиной талией. Если пощелкать фотки по годам, то она, похоже, сжималась, совершенно теряясь на фоне мужчины рядом с ней почти на каждом фото, с видом полновластного хозяина обнимавшего ее за плечи.

Я написал ей!

– Привет! Спасибо за самое активное участие в группе «Лайфхаки в домашнем хозяйстве»! Хочу, чтобы ты знала, как высоко я ценю твои посты и комментарии.

Она ответила сразу:

– Ух ты, вот спасибо! Группа такая дружная и доброжелательная, даже не знаю, что бы я без нее делала!

– Жир с галстука вывела?

– Нет. – Рядом – грустное эмоджи со стекающей по щеке слезинкой.

– Ай, да ладно. На свете еще много галстуков…

– Ты это моему мужу скажи…

Мы чатились почти каждый день. У меня уже сложилось впечатление, что это за женщина и как протекает ее семейная жизнь, но даже я был ошарашен, когда после нескольких дней молчания она отписала, что пролежала в больнице после жуткого перелома предплечья.

– Он не виноват, – оправдывалась она. – У него серьезные неприятности на работе.

Мои пальцы, повисшие над клавиатурой в ожидании очередного чата, где я лишь мельком постарался бы ее утешить, сжались в кулаки. Вот бедняжка! И какой же мерзавец ее муж.

– Раньше он такое проделывал?

Экран мерцал мне в лицо. Я представлял ее нерешительность. Она что-то печатает, потом удаляет, снова печатает, опять удаляет.

– Почти каждый день. Но так сильно – никогда.

И тут, словно я открыл кран, на меня обрушился поток. Всех его извинений, ошибок. Я выискивал правду между напечатанных ею строк, и увиденное повергло меня ужас. Он успешно и эффективно отсек ее от подруг. Полностью контролировал их семейный бюджет. Она оказалась в западне, откуда не выбраться.

– Я возглавляю Группу действий за спасение климата, ответил я ей. Нас тысячи по всему миру, но организаторов закулисных акций – лишь несколько. Ты должна вступить в наши ряды.

– От меня не будет никакого толку. Как повторяет мой муж, я не смогла бы вылить воду из сапога, даже если бы инструкция размещалась на каблуке!

– В группе «Лайфхаков в домашнем хозяйстве» ты всегда находишь и предлагаешь верные решения. Ты стала бы ценным участником нашей команды.

– Моему мужу это не понравится.

– А ты ему не сообщай. Это же все в онлайне – я подберу тебе псевдоним. Это прекрасная группа, и я уверен, что остальные сразу тебя полюбят.

Именно это и стало отправной точкой. То, в чем женщина нуждалась больше всего на свете, было очень простым. Ей всего-то было нужно, чтобы кто-то ее любил.

– Тогда ладно! Большое-пребольшое тебе спасибо, обнимаю.

Позднее она призналась мне, что возблагодарила судьбу, что именно я случайно написал ей, когда необходимо было с кем-то поговорить, но об удачном стечении обстоятельств речи не шло. Дело не в судьбе и не в провидении. Мы сами