Пропавшая сестра - Меган Дэвидхизар

экзаменам, вместо того чтобы изучать новый материал.

Почему-то я сомневаюсь, что их подсчеты верны, но не вмешиваюсь.

– Учитывая обстоятельства, – вкрадчиво говорит она, – сдача выпускных экзаменов необязательна, и оценкой за семестр будет средняя за третью и четвертую четверти.

Прежде чем я успеваю поверить, что мне не придется выполнять гору домашней работы, регулярно борясь с изнурительными головными болями и оплакивая смерть сестры, при этом мучаясь провалами в памяти, на столе раздается треск радиоприемника, вызывающего директора Эйвери. Ноутбук сообщает, что на электронную почту пришло новое сообщение. У мамы звонит телефон.

Один из членов администрации, чей голос я не узнаю, сообщает:

– Последние новости.

Она бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем повернуть экран к директору Эйвери. У мамы перехватывает дыхание, когда она берет в руки телефон. Я смотрю маме через плечо. Сообщение от папы и ссылка:

«Произведен арест по делу об убийстве в академии Форест-Лейн».

Глава 16

Мэдди

24 апреля

Эдриану понравились мои стихи. На следующее утро в ванной я понимаю, что от одной мысли об этом у меня до сих пор кружится голова. Возможно, они понравились ему только потому, что написала их я, и от этого становится еще приятнее. В отличие от моих родителей, чьи комплименты звучат неубедительно, он искренне и с интересом слушал меня.

Он увидел меня. Он услышал меня. И он захотел остаться со мной.

Я расплываюсь в такой широкой улыбке, что капля зубной пасты падает мне на рубашку.

Тори появляется у раковины рядом со мной, одетая в мятно-зеленую пижаму на пуговицах с повторяющимся рисунком в виде кошек и клубков пряжи. Я слегка машу рукой с зубной щеткой, вынутой изо рта, пока вытираю рубашку бумажным полотенцем. Она зевает в ответ:

– Извини, мы с Грейс допоздна болтали.

Тори проводит расческой по своим волнистым волосам, придавая им еще больший объем. Я киваю и стараюсь не испачкаться снова.

– Она, э-э, рассказала мне о вашем занятии в маленькой группе и о Матео.

Я машинально перестаю причесываться.

– Грейс все время повторяла, как ты ее поддерживала. – Лицо Тори за огромными очками светится восхищением. – Я рада, что рядом с ней был такой человек, как ты.

– Угу. – Я полощу горло и наклоняюсь, чтобы сплюнуть. Я полощу рот долго, но горький привкус вины не проходит. Когда я выпрямляюсь, то понимаю, что Тори ждет ответа. – Спасибо. Я тоже рада, что у нее есть ты.

Я быстро выхожу из ванной, чтобы она не успела заметить, что у меня дрожат руки. Никогда не смогу забыть о том, что я сделала с Матео. Я всегда буду вспоминать об этом, как бы мучительно мне ни было. Не важно, как я отнеслась к Грейс после того, как это случилось. Это не отменяет того, что я сделала. Должно быть, я ужасный человек, если сожалею о том, что была добра к своей сестре. Джейд в комнате, склонившись над кроватью, роется в одной из своих сумок. Только когда она встает, я понимаю, что это вовсе не Джейд. Это Николь.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– О, эм, – пищит она, отпрыгивая от пакета, словно тот внезапно попытался укусить ее за тонкие пальцы. Взгляд ее льдисто-голубых глаз мечется от меня к сумкам и к двери.

– Грейс искала свой выпрямитель, не смогла его найти и подумала, что он у тебя.

Николь обходит сумки и устремляется к двери.

– Это не мои сумки. Это сумки Джейд.

– О, извини. Я скажу Грейс, что у тебя его нет. – Тон ее голоса становится спокойным, но она едва не спотыкается, пытаясь уйти.

– Подожди. – Я роюсь в сумке и достаю выпрямитель для волос. – Вот он.

Не успеваю я подойти к двери, как Николь бесследно исчезает, лишь взмахнув кончиками идеально подстриженных светлых волос.

– Не думаю, что у тебя будет время, чтобы выпрямить волосы, – говорит Джейд, появляясь на лестничной клетке. – Сандерсон хочет видеть всех внизу через пять минут.

Я откладываю выпрямитель в сторону, признавая свое поражение:

– Нет, я вошла в комнату и обнаружила, что Николь роется в твоих вещах. Она сказала Грейс…

– Что?

Джейд не ждет моих объяснений. Она протискивается мимо меня в комнату и роется в своей сумке. Футболки и носки вылетают из сумки и падают на пол.

– Она сказала, что Грейс хотела одолжить мой выпрямитель, – говорю я. – Она перепутала сумки.

Джейд, сосредоточенная на своих мыслях, игнорирует меня. Внезапно она откидывается на спинку стула, держа в руке телефон, оставшийся без внимания миссис Сандерсон.

– Эта маленькая… – Она издает грубое рычание и яростно запихивает все обратно в сумку. Ее лицо приобретает тот же оттенок, что и пряди волос.

Я прижимаюсь к комоду, чтобы не мешать ей.

– Я так понимаю, дело было не в выпрямителе? – спрашиваю я, откладывая его в сторону.

– Нет.

Она падает на кровать и сыплет ругательствами.

– Она искала мой телефон. И нашла его!

– Зачем ей твой телефон?

– Потому что я… – Джейд замолкает и снова рычит. Она расправляет плечи и встряхивает руками, прежде чем заговорить: – Я не знаю. Наверное, подумала, что это будет забавно. Еще один розыгрыш. Это она сделала фотку Гаттера с лошадью. Вот почему я подумала, что Грейс могла быть с ней заодно – они ведь лучшие подруги, верно?

– Да, они близки, – говорю я.

Джейд и глазом не моргает:

– Ты думаешь, Грейс могла бы это сделать?

Я пытюсь хорошенько все обдумать. Я бы никогда не заподозрила Николь в том, что это она сделала фото и подписала его: «Мне нравятся молодые и необузданные». Разве Грейс могла?..

– Нет, – говорю я. – Она бы этого не сделала.

У Джейд вытягивается лицо, но я достаточно хорошо знаю Грейс, чтобы понимать, что она не стала бы рисковать своим будущим, отправляя подобное фото.

– Почему ты так заинтересовалась фотографией мистера Гаттера? – спрашиваю я.

Она поднимает на меня взгляд и замирает. В ее темных глазах нет никаких эмоций, пока она не начинает смеяться.

– Я не такая, – говорит она и берет меня за руку.

– Пойдем, миссис Сандерсон ждет.

Я не настолько глупа, чтобы не понять, что Джейд не все мне рассказала. Она недостаточно доверяет мне, чтобы быть честной. Эрика иногда ведет себя так же, когда не хочет, чтобы я знала, что там у нее происходит с ее парнем. Я всегда думала, что лучшие подруги рассказывают друг другу все, но по моему опыту – это миф, которым активно пользуются на телевидении, в ток-шоу, где