Гостья - Эмма Клайн

Определенно нет. – Он склонил голову набок: – Погоди-ка. Ты меня, что, жалеешь?

– Нет. С чего бы мне тебя жалеть?

– Твое лицо… – Он улыбнулся. Улыбка была недоброй. – Мне, знаешь ли, нравится моя жизнь.

– Я и не говорила, что тебе не нравится твоя жизнь. – Но, вероятно, лицо ее говорило о другом.

– Тебя, наверное, друзья ждут, – сказал мужчина. Он был так любезен, что дал ей благовидный предлог уйти.

Алекс поморщилась.

– Они, что, не твои друзья?

– Я не знаю никого из этих людей, – ответила она.

Его это, похоже, рассмешило, и он закашлялся от смеха.

– Да, – сказал он. – Я, бля, тоже не знаю никого из этих людей.

Маргарет и ее брат были там же, где Алекс их оставила, но ее мальчик исчез.

Первое, что пришло Алекс в голову, – катастрофа, мальчик на дне бассейна. Внутри все так и сжалось. Она лихорадочно оглядела воду – уже не сомневаясь в трагедии, она ведь была предрешена. Конечно, все это должно было кончиться плохо, конечно, ее ждет наказание.

Но уже в следующий миг Алекс увидела Кельвина. Она чуть не обезумела от облегчения. Вот он, с ним все в порядке.

Кельвина тащила за собой няня. Он извивался, пытаясь вырваться, но няня решительно тянула своего подопечного вперед.

Все обошлось, не так ли? С мальчиком не случилось ничего плохого. Его просто забрала женщина, которая должна за ним присматривать, да и что такого дурного сделала Алекс? Покормила его мороженым, нырнула с ним на дно бассейна, но ведь он крепко обнимал ее за шею, и этот день стал лишь маленьким звеном в цепочке нескончаемых летних удовольствий.

Алекс забрала свой телефон и зарядку из обеденного зала, по-прежнему пустого. Сердце билось чуть неровно, как будто худшее все-таки произошло. Бармен опускал металлическую решетку на окно гриль-бара. С этого ракурса, в резком солнечном свете, он совсем не показался ей привлекательным.

Ей хотелось уйти. Но куда именно она пойдет?

В окно она увидела Маргарет, ее силуэт расплывался за изъеденным непогодой стеклом.

Глава 7

Как только они въехали на подъездную дорожку к дому Маргарет, им навстречу поспешила женщина, одетая в безукоризненно чистую футболку, брюки цвета хаки и белые кеды. Она попыталась забрать из рук Алекс сумку.

– Ой, не надо, спасибо, – сказала Алекс.

– Карен, – произнесла Маргарет с легким раздражением, – нам ничего не нужно.

Карен, как предположила Алекс, была помощницей по хозяйству, или домоправительницей, или как там еще ее называют, лишь бы не звать прислугой.

– Лука с миссис Э.? – спросила Карен, и Маргарет кивнула, сказав, что плохо себя почувствовала и ушла пораньше.

– Твоя сестра в кинозале, – сказала Карен.

Они последовали за женщиной к боковому входу в низкий, обшитый деревом дом с черными ставнями, рядом находился бассейн, словно утопленный в траве.

– У нас с ней один донор, – мимоходом пояснила Маргарет, – так что мы полные сестры. Они с Лукой близнецы.

В комнате с деревянными панелями и задернутыми шторами маленькая девочка смотрела «В поисках Немо». Она была в купальнике, руки торжественно сложены на груди.

– Поздоровайся с сестрой, – велела Карен, задержавшись в дверном проеме.

Девочка не ответила. На подносе перед ней стояли тарелка макарон с сыром и блюдце с ломтиками авокадо, уже побуревшими.

С минуту Маргарет и Карен стояли, глядя на экран. Алекс наблюдала за девочкой на диване – та словно пребывала в прострации, упоенно ковыряя в носу. Девочка вытащила палец, внимательно изучила содержимое носа, а затем, быстро глянув на Карен, украдкой вытерла палец о спинку дивана.

Спальню Маргарет устилал лиловый ковер, шторы тоже были лиловыми, как и покрывало на кровати. Прикроватные светильники были раза в два больше разумного, но, похоже, обитатели дома имели склонность к гигантомании: огромные лампы стояли на каждой горизонтальной поверхности, окруженные горами вещей – блокноты, пеналы с простыми карандашами, ротанговые салфетницы.

– Это твоя комната? – спросила Алекс.

Она попыталась представить Маргарет в детстве. Хотя, вероятно, Маргарет была из тех детей, что даже в детстве выглядят маленькими взрослыми. На стене была пришпилена вырезанная по трафарету фигурка бабочки, на полке стояли книги: серия репринтов первых изданий, так и не освобожденных от упаковочной пленки.

Алекс взяла в руки «Убить пересмешника».

– Это что-то вроде подписки, – объяснила Маргарет. – Рождественский подарок.

Алекс сидела на кровати, ее телефон заряжался на тумбочке, а Маргарет устроилась за письменным столом, заставленным косметикой в пластиковых органайзерах. Робкий стук в дверной косяк, и на пороге возникла Карен, к ее ногам жалась сестра Маргарет.

– Девочки? Хотите пойти с нами? – предложила Карен. – Мы собираемся в теннисный клуб.

На шее у Карен Алекс заметила серебряный крестик.

– Не-а. – Маргарет даже не посмотрела в сторону Карен.

– Сегодня турнир, – сказала та. Ее ладони лежали на плечах подопечной. Ноздри у девочки были белыми от солнцезащитного крема. Лицо у нее такое же унылое, как у Маргарет и Луки, – подумала Алекс. При упоминании о теннисе девочка насупилась.

– Мы победим, да? – Карен сжала ее плечи.

– Ты не видела мою синюю блузку? – спросила Маргарет, наконец глянув на нее. – Ту, что на пуговицах?

– Она висит в постирочной, – ответила Карен. – Я могу погладить ее вечером.

Маргарет закатила глаза.

– Она была даже не грязная, – пробормотала Маргарет себе под нос.

Карен продолжала улыбаться, как будто не слышала.

– Ну, мы пошли, – сказала она. – Пожелай сестре удачи.

– Пока-пока. – Маргарет уткнулась в телефон.

– Удачи, – Алекс улыбнулась девочке.

Та не отреагировала.

Да и с чего бы? Алекс тут никто.

– Итак, – сказала Маргарет после того, как с улицы донесся шорох гравия под колесами машины. – Чем хочешь заняться?

Пауза, во время которой Алекс вдруг совсем некстати вспомнились неоплаченные долги. Продолжай в том же духе, пусть день остается в тумане. Она пожала плечами.

– Не знаю. Может, выпьем немного вина?

Маргарет открыла холодильник. Он оказался набит мини-баночками колы, арахисовым маслом и бутылками белого вина. Алекс заглянула в кладовку. На полках громоздились нераспечатанные пластиковые коробки с конфетами, явно подарки. Одна из коробок – прозрачный куб, набитый сахарными розочками. Похожи на лимонные леденцы, только розовые, с бледными от сахара лепестками. Она открыла коробку, положила одну сахарную розочку на ладонь, затем сунула в рот, пососала, покатала от щеки к щеке. Выглядят такими аппетитными. Такие привлекательные и милые, но в то же время пугающие – просто вылитые злокачественные опухоли.

Алекс погремела коробкой:

– Можно я возьму их наверх?

– Бери, конечно, – ответила Маргарет.

Она держала два бокала без ножек, под мышкой – уже открытая бутылка,