Книжная аптека - Екатерина Пятницкая

его четырнадцатого числа, в День Святого Валентина. Пусть не все признавали этот праздник, но тема книги подходила идеально, словно звезды сошлись.

Мы с Крис закончили нарезать красивые бумажные фигурки, изображающие то, что может олицетворять отсутствие одиночества. Кот на коленках, объятия, две сцепленные руки. Этим мы будем украшать наши окна и повесим на ниточках под потолок, чтобы создавать настроение.

Повсюду остались обрезки бумажек и цветных салфеток, блестки были по всей аптеке.

– Наша уборщица наверняка взбесится, – сказала я Кристине, осмотревшись вокруг.

– Да уж, и не говори. – Вечно ноет и жалуется.

Я пожала плечами, что тут скажешь, ведь Тина приходила два или три раза в неделю, и в самом деле каждый раз была чем-то недовольна, ворчала все время своей уборки.

– Слава богу, она каждый день не приходит.

– Ага.

– Кстати, она же сегодня должна прийти?

– Точно, наверное скоро будет.

Мы обе поежились, ожидая порцию негатива за оставленный беспорядок. Но мы делали свою работу, готовили праздничное мероприятие. А она пусть делает свою, тем более, мы всегда благодарили ее за уборку, но в ответ слышали только упреки и жалобы на жизнь.

Сначала я недоумевала, ведь если тебе здесь не нравится, это не твое, тогда иди по другому пути. Но Тина, как я уже понимала, поработав здесь, была вечной жертвой.

Пока я размышляла, она уже стояла на пороге книжной аптеки. Мы с Крис повернули головы, услышав:

– Это же надо, не туда уехала, пришлось две остановки пешком идти!

Ну как обычно, Тина постоянно то что-то забывала, то уезжала "не туда", несколько раз оставляла в подсобке свой телефон, и мы его потом обходили, чтобы не разбить. В общем, была она очень рассеянной и невнимательной. А еще все делала несказанно медленно. Конечно, это само по себе не хорошо и не плохо, может у человека быть такой склад характера. Вопрос скорее в том, как организовать свою жизнь, чтобы использовать свои самые сильные стороны. Тина же словно несла на подносе перед собой все то, в чем были ее слабости.

Тине было за шестьдесят, а работала он здесь почти с самого открытия, но часто вела себя так, словно впервые пришла сюда.

Сначала я ощущала некую вину, что испытываю от этого человека раздражение, думала, что это ведь дама в возрасте, и у всех свой характер, но чем больше я разбиралась в человеческих душах, в себе и жизни, тем больше понимала, что мои чувства правильны и закономерны.

У нас нашлось несколько книг от бывших психологов, которые рассказывали про треугольник Карпмана и все его подводные камни. Я и правда ощущала, что с таким вот человеком в позиции жертвы можно быть либо спасателем, либо тираном, просто нормальное общение на равных он выносить не может. Люди, живущие в этом "замкнутом треугольнике", сами по нему ходят, а еще втягивают в него других.

Тина чаще всего вела себя, как жертва, но иногда переходила в позицию тирана, тогда могла обвинять кого-то, либо же примеряла на себя роль "спасателя" и навязывала абсолютно ненужную помощь, скорее мешая другим. Все это было нездоровыми видами общения, потому и вызывало интуитивно желание отстраниться. Так что я перестала себя мысленно ругать за свои эмоции.

Я сама была человеком, которого в родном доме заставляли быть жертвой, проявляя тиранию, когда я еще не могла себя защитить или уйти, а теперь всеми силами стремилась избавиться от этого груза. Именно поэтому я не очень понимала, как можно хотеть всю жизнь оставаться в такой роли.

Одной из любимых игр Тины был поиск спасателя, когда она приходила и начинала причитать, что не умеет вязать, но хочет научиться, каждый раз приносила схемы на разные кофты и шарфы, мол, может вы подскажите. А сама даже не начинала вязать по этой схеме, как я понимала.

– А у меня не получается шарф, – снова пожаловалась она и в этот раз.

Так вы его вообще вяжете или только говорите всем, что собираетесь? – этот вопрос назрел в моей голове уже давно.

– Я думала, вы так и планировали, чтобы у вас не получался шарф. Иначе уже продвинулись бы хоть немного в своем "увлечении", – сказала я, взяв последнее слово в воздушные кавычки на уровне своей головы.

Тина от неожиданности приоткрыла рот, но ничего не нашлась ответить. Поэтому просто начала с обиженным лицом медленно приносить то ведро с водой, то швабру.

Когда она увидела все те бумажки, которые мы навырезали, то буркнула что-то вроде:

– Вот же неряхи! А мне убирать.

А вот и тиран в ней проснулся. Бумажки от декоративных фигурок – это не грязь. И было бы странно, если бы ей каждый раз нужно было мыть уже идеально чистый пол.

– Мы украшаем зал к мероприятию, – вступилась за нас Крис.

Тина уже ушла куда-то вглубь и что-то там елозила, продолжая ворчать и причитать. Мы уже собирались уходить, когда она все еще протирала пол, и там, где она проходилась шваброй, тут же можно было увидеть остатки грязи и какой-то мелкий мусор.

Кое-как убравшись, она так же медленно переоделать и направилась на выход.

– Спасибо за вашу работу, – крикнула я ей вслед.

– Никто мне не помогает, кругом одни неряхи, – проворчала она, уходя.

Мы с Кристиной почти хором сказали:

– Она нам тоже не помогает!

Мы рассмеялись и разложили подготовленные украшения на столе. Завтра самое загадочное мероприятие за все время моей стажировки здесь.

***

Зал был почти готов, теперь мы с Крис по очереди держали стремянку и копошились под потолком книжной аптеки, прежде чем все тематические украшения заняли свои места.

У входа тоже разместили картонную фигуру человека, обнимающего самого себя. Это по сути и отражало основную идею книги "Одиночества не существует". Что когда человек холит и лелеит сам себя, слушает свои истинные потребности и желания, то он не будет ощущать одиночество и какую-то пустоту в душе.

И мы по-прежнему пытались угадать, кто же автор нашумевшей книги.

– Бывший психолог! – предположила я.

– Эээ одинокая женщина!

– Которая наполнила свою жизнь и все переоценила?

– Да.

– Хм, а может, может это студент какой?

– Какой студент?

– Ну не знаю, молодые люди часто ощущают себя лишними, не вписываются в компанию и прочее.

Крис кивнула, мы с нетерпением ждали появления нашего загадочного гостя. Читатели же, которые хотели бы лично с ним встретиться и взять автограф, должны были приходить в 16.00, была суббота, и мы ждали большое количество постоянных посетителей.

Моя напарница ушла работать в архив, а я