Марина Цветаева - Том 3. Книга 1. Поэмы. Поэмы-сказки

Вторник

Как над той землей, где . . .христосовались,Разудалая одна — косищи чесывала.Сокрушай, заря, расчёску-треск-гребеночку!Воспускай из-за прилавочка орлёныша!

Должно, паренекСвоих рук не берег,Своих рук не берег,Купцам кучу загреб.

Паренек-то, взглянуть, — ерой!И к прилавочку — ступ — второй.

— «Ну что, купец,Как Бог нам дал?»

А тот в ответ:— «Так Бог нам дал,

Ровно праздник какой престольный!Весь товар твой, отец, пристроил!»

Взыграл купец:— «Где ж жар-казна?»А тот в ответ:«Сказал — казна!

[Чай] вся иная пошла музыка:Никакой уж и нет — казны-то!»

Как я словцоСказал: платеж,Ну уж и войПошел, галдеж!

«Одурел . . . . . .ай сбрендил?Кто ж товар продает за деньги?»

Как затрясусь:«Купец велел!»Ох ты пострел,Орут, безус!

Да как гаркнут [рявкнут] все разом сразу:«Ишь царёву грубить указу!»

«Какой указ —Шепчу — приказ?»«А тот указ,Орут, приказ:

Всем купцам, молодым и старым:Весь товар продавать задаром!»

Как размахнусь,Да в ножки — бух!— Ох ты пентюх,Орут, лопух!

Гнить бы в яме тебе царёвой —Как не первый твой день торговый!. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Купец. . . . . . . . . . . . . . .— «Туман-дурман,Вопит, обман!

Не царю ты, а сброду-твари,Всей дороге челом ударил!

Ох ум твой худ,Карман твой свист,Кошель мой туг,Доход мой чист!

Ох рубли мои свет прибытки!»А Егор, рукава внакидку:

«Как мой совсем особый склад,Как на башку — выходит — слаб,Чтоб мозги мои — впредь — свежее,Наклади мне, отец, по шее!»

Тут по плечу его второй:«Ты, паренек, должно, ерой!

А дурак — не с дурного ль глазу?Подождем до другого разу!»

Среда

Как над той землей, козой несытой Сидоровой,Разудалая одна — монистом игрывала…Задавай, заря, во все рубли-целковики!Воспускáй из-за прилавочка соколика!

Должно, паренекСвоих рук не берег,Своих рук не берег,Купцам кучу загреб.

А взглянуть-то — дитя дитёй!И к прилавочку — ступ — третёй.

— Ну што, купец,Как жар-казна?А тот в ответ:— «Така казна,

Уж и мастер народ ваш тратить!Всех ларей твоих, дед, не хватит!

Первее всех,Отец, нам слыть!»Взыграл купец:«Ну, парень, сыпь!»

А волчок, из-под ног осклабясь:— «Все — е до солнышка обещались!»

Вздрогнýл купец:. . . . . . . . . . . . . . .«Ох ты Рязань,Кричит, Казань!

Ох ты Русь моя-дурь-Рассея!Весь товар . . . . . .посеял!

Коль не . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . . . . .

Вот и вся вам святая Русь-то!»А Егор, с превеликой грустью:

— «Что зря словаВо рту молоть?Кто оплошал —Того колоть.

С колокольной-толкай-хошь-кровли!Не пойму я твоей торговли!»

Тут по плечуЕго третёй:«Хоть с каланчу —Дитё — дитёй!. . . . . . . . . . . . . . .Подождем до другого разу!»

Четверг

Как над той землей, избой кленовой, ясеневой,Разудалая одна — да распоясывалась.Расплещись, заря, во все шелка разливчаты!Воспускай из-за прилавочка счастливчика!

Должнó, паренекСвоих рук не берег,Своих рук не берег,Купцам кучу загреб.

Не пенькой торговал, —Парчой.И к прилавочку— Ступ — старшой.

«Ну што, купец,Kaк звон-казна?»А тот в ответ:«Ну да, казна!

Цельный, знаешь, мешок пузатый,Да не любит меня казна-то!»

Взревел купец:«Да кто ж? Да што ж?»А тот в ответ:«Ругай, как хошь!

Видно, ум у меня слабéнек, —Не пойму я московских денег!

Как стал считать —Бревно-бревном!Такой уж знобВ костях — и лом!

А в ушах-то, что улей-пчелки,Так тебе и жужжит: „Обчелся!“»

. . . . . . . . . . . . . . .Пошел и шум.Вдруг кто-то: ррраз!Здорово, кум!

Почеши, говорю, в затылке!А когда ж у тебя крестил-то?

Коли не кум,Орет, так брат.Ты на язык,Я вижу, хват.

А считать, посмотрю, не школет.Подсобить тебе, парень, что ли?

Как зачастит —Зерно зерном!Как в молокеЛежу парном.

Ровно гущу-хлебаю-твóрог.А тот знай себе: шесть да сорок,

Да пять да шесть,Да шесть да семь.— «Как ни считай,Ворчит, всё темь!

Все как будто забыл чего-то…Видно, враные ваши счеты!

Вот так статья,Ворчит, вóт стих!Пойду-ка сверюНа своих!»

А волчок, над хвостом стараясь:— «О сю пору сидит, сверяет».

Вздохнул купец:«. . . . .ты гусь!»А тот в ответ:«И сам дивлюсь!

. . . . . . . . . . . . . . .Знать уж . . .така: Егорий…

Мне и до трех,Отец, не счесть.Каков рожден —Таков и есть».

. . . . . . . . . . . . . . .Тут по плечуЕго — старшой:«Хоть не пенькойСплошал — парчой —

Да глаза-то твои — алмазы!Подождем до другого разу!»

Пятница

Как над той землей, чудней какой не видывала,Разудалая одна — юбчонку скидывала.Раскрутись, заря, во все свои полотнища,Воспускай из-за прилавочка молодчика!

Должно, паренекСвоих рук не берег,Своих рук не берег,Купцам кучу загреб.

В само небо,Чай, — прет горой!И к прилавочку— Ступ — второй.

— Ну што, купец,Как звон-казна?А тот в ответ:. . . . . . . .казна.

Нынче дело другого рода:Ни один твой вершок не продан.

Глядит купец:. . . . . . . . . . . .Как сам потопПрошел волной.

— Самовар твой, кричит, с угаром!Аль опять отдавал задаром?

Ох ты упырь,Кричит, шакал! —А тот в ответ:«Отец, сплошал!

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Весь товар твой — до нитки — скраден!»

Не голова —Отец, — арбуз!Качнусь-очнусь,Качнусь-очнусь,

Как болванчик какой китаец,Ровно в люльке лежу — мотаюсь.

Встряхнусь это —Опять нырну.И так этоСквозь сон-дремý:

— Отчего ж это, мыслю, братцы,Всё другим это — бабы снятся?

Да как на грех еще —Сверчок.— Посторожи, прошу,Волчок!

Всё горошек в глазах персидский, —Может, баба кака приснится.

Ну и залег —Кульком кулёк.Тут вперебойЕму — волчок:

— «Заворчал, эдак вот, зачавкал,Ну и встал я, отец, к прилавку.

Гляжу: чернецБредут с попом.Да взвидят как,Что волк — купцом:

„Поддавай, орут, ветер в полы!Сам Нечистый сошел с престолу!“

Ну уж и трусУ вас народ!Чуть шелохнусь —Уж тряс берет:

— Ворочай, орут, Русь, по трахту!Сам Нечистый у них в купцах-то!»

. . . . . . . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . . . . .Тут вперерезЕму Егор:— «A мне, значит, взамен девиц-тоВсе какая-то мелочь снится:

Как будто грибНашел — сморчок…»Тут вперебойЕму — волчок:

— «Хоть и вид мой, пою, предивный,А зато продаю за гривну.

Гляжу — хромецИдет . . . . . . . . . . . .Совсем было сошлись, —Ан нет:

„Хороша, говорит, лавчонка,Да уж больно купец страшон-то!“

Кто ни взойдет,Отец, — страмит.Терпел, терпел,Аж сон кренит —

Отчего ж это, мыслю, братцы,Все другим это — овцы снятся?

Хошь бы одну бКаку — на вкус!Качнусь-очнусь,Качнусь-очнусь, —

. . . . . . . . . . . . . . .Может . . . . . .приснится?

Ан: самоварВ глазах — прибор…»Тут вперебойЕму — Егор:

«Пока блюдцы-считал-стаканы,Весь товар твой, отец, и канул».

Как ухватилсяТот за плешь:

«A самовар,Вопит, мой где ж?»— «И с . . . . . .прощайся:Из-под . . . . . .придется чай пить!»

Пыхтит купец,Как в баньке взмок.Чтоб энтот сон,. . . . . .вам впрóк —

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Сволоку-ка вас, братцы, в волость!А волчок-то с Егоркой в голос:

— «Тащи, отец!Сошли, отец!Озолоти,. . . . . .отец!

После пытки таковской — торгу,Хошь в петлю затяни — просторно!»

Вопит Егор:«Уж как здоров —От ладанныхПомру паров!»

А волчок пареньку в защиту:«Запаршивел с твоей парчи-то!»

Тут по плечуЕго — второй:«Не удушу,Ворчит, не вой!»

Путь-то . . . . . .— не медом мазан!Подождем до другого разу.

Суббота